Когда они вернулись в общежитие с едой, изголодавшийся Чжоу Чжи тут же набросился на нее и начал жадно уплетать.
Ся Ханъи протянул ему сдачу, но тот, даже не взглянув, скомкал купюры и швырнул их на стол. Губы Ся Ханъи дрогнули, он хотел напомнить, но в конце концов смущенно закрыл рот и молча принялся разбирать свой багаж.
Пока их не было, Чжоу Чжи освободил занятый им шкаф. Ся Ханъи аккуратно разложил внутри свои немногочисленные вещи и, наконец, поставил на стол кружку.
Наевшись, Чжоу Чжи похлопал себя по набитому животу и удовлетворенно рыгнул:
— Вкусно, гораздо вкуснее, чем в столовой. Спасибо за труд, новый одноклассник.
Ся Ханъи мягко улыбнулся:
— Это все благодаря Ши Му, иначе я бы не нашел.
Чжоу Чжи фыркнул, задумчиво уставившись на его спину, и через мгновение усмехнулся:
— Вечером я куплю еды, дам тебе попробовать нашу столовку.
— Тогда заранее благодарю.
Ся Ханъи повернулся и продолжил раскладывать вещи.
Ши Му вообще не обратила внимания на их разговор, вся ее сущность была сосредоточена на Фу Юньшэне. Юноша ел изящно, медленно пережевывая пищу, словно аристократ. Красивый человек даже за поеданием острой кроличьей головы выглядит благородно…
Вопрос в том, как же заставить такого человека назвать ее папочкой.
Надо было не хвастаться заранее, надо было сказать Ся Ханъи, что это она называет Фу Юньшэня папочкой, вот эта задача была бы легкой! Заработала бы до банкротства системы, ясно?
Везде лезет, ну как же она не может удержать свой дурацкий рот на замке!
Чем больше Ши Му думала, тем злее становилась. Она вдруг подняла руку и сильно шлепнула себя по губам.
Это странное действие наконец привлекло внимание Фу Юньшэня. Юноша поднял глаза, слегка нахмурившись:
— Ты за время прогулки получил солнечный удар?
— Нет, — Ши Му приняла серьезный вид. — Ешьте, товарищ Фу, после еды я хочу кое о чем с вами поговорить, посоветоваться.
…Шестое чувство подсказывало Фу Юньшэню, что ничего хорошего это не сулит. Судя по прошлому опыту, стопроцентно ничего хорошего.
— Кстати, я хотел кое о чем спросить, — сказал Фу Юньшэнь, отложил палочки, вытащил салфетку и вытер уголки губ.
Ши Му выпрямила спину, спокойно ожидая, когда юноша заговорит.
Под взглядами Чжоу Чжи и Ши Му Фу Юньшэнь закатал спортивные штаны до колен. Его голени были крепкими, а мышечный рельеф — сексуальным и сильным.
— Спрашиваю вас, куда подевались волосы на моих ногах.
«…»
Выражение лица Ши Му застыло.
Он не замечал этого все утро, и она уже подумала, что пронесет, а теперь вдруг обнаружил.
Бесстыжий Чжоу Чжи пододвинулся ближе и провел рукой по гладкой голени, а потом с возбуждением, словно открыв новый континент, воскликнул:
— Точно, брат, у тебя волосы пропали! Сам побрил?
Фу Юньшэнь с каменным лицом поднял руку:
— И еще, где волосы под мышками?
— Это… — на лбу Ши Му выступил холодный пот. — Это тебе надо спрашивать у себя.
Чжоу Чжи громко рассмеялся:
— Наверное, ты в пьяном виде сам сбрил. Брат Шэнь, ты в подпитии просто ужасен, еще и пальцы веером растопырил.
Его язык без костей выболтал почти все, что он видел. К счастью, у него осталась капля такта и он не рассказал Фу Юньшэню о том, как Ши Му чуть не поцеловала его, иначе все было бы очень хреново.
Услышав это, Фу Юньшэнь окончательно пришел к выводу: он не хочет знать, что происходило с ним в пьяном состоянии.
Он опустил рукав и молча принялся собирать мусор. Сейчас он был просто рад, что в пьяном угаре не сбрил вообще все волосы. Окажись он лишенным растительности в самых ключевых местах, Фу Юньшэнь, пожалуй, и правда прикончил бы себя.
Диалог троицы был несколько странным, так что Ся Ханъи ничего не понял, но на всякий случай тихонько опустил рукава пониже. Он не хотел, чтобы эти ребята узнали, что у него нет волос даже под мышками. Ему казалось, что, если он расскажет, его непременно начнут травить…
Поскольку Фу Юньшэнь не стал разбираться дальше, на этом временно поставили точку, и Ши Му тоже на время выдохнула.
…Семь вечера, до выполнения задачи осталось меньше пяти часов.
Она притворялась, что читает, лежа на кровати, но на самом деле размышляла, как же прижать Фу Юньшэня. Просить помощи у Чжоу Чжи было ненадежно, тот парень слишком легко переметнется, стоит Фу Юньшэню немного пригрозить, и безжалостно предаст ее. Просить помощи у Ся Ханъи было еще более невозможно, он же настоящий главный герой, как он может заниматься таким постыдным делом?
Перебрав все варианты, она так и не нашла идеального способа.
Брови Ши Му сдвинулись.
«Серьезно, я могу отказаться от этого дурацкого задания?»
Голос системы прозвучал несколько подло: [Извините, случайные задания обязательны к выполнению. Это как неожиданные встречи в игре: выполнив одно задание, можно активировать следующее. Вам стоит ценить такую возможность, хост.]
Ши Му: «Ценю я на твоем хуе банан».
Система: [У девушек, которые ругаются матом, рот покрывается язвами.]
Ши Му лизнула язвочку на нижней десне и промолчала.
В последнее время во рту постоянно вскакивают болячки, неужели и правда из-за мата???
Ставлю под сомнение смысл жизни.
— Брат Му!..
Как раз в самый разгар раздумий в ушах раздался взволнованный голос Чжоу Чжи. Она вздрогнула от испуга, подняла голову и недовольно посмотрела на него.
Чжоу Чжи ухмыльнулся:
— Я пошел в столовку за едой, что будешь?
— Без разницы, в воскресенье в столовой ничего хорошего не готовят.
Чжоу Чжи показал жест «окей»:
— Тогда куплю что будет.
Напевая песенку, он с картой для столовой вышел из комнаты.
Ши Му прищурилась, заметив в его кармане небольшую выпуклость.
— Что это у тебя в кармане?
Спина Чжоу Чжи на мгновение застыла, затем он поспешно замотал головой:
— Ничего, личные вещички.
С этими словами он поспешно ретировался из комнаты.
Ши Му нахмурилась и снова опустила голову к книге.
Чжоу Чжи быстро вернулся с едой для всех и расставил ее по порциям:
— Это брату Шэню, это брату Му, это новому ученику, я попросил для тебя дополнительную порцию супа, обязательно выпей! Мне сначала нужно сходить по делам к братану, я не буду есть с вами…
Коротко объяснив, Чжоу Чжи снова поспешно покинул комнату.
http://tl.rulate.ru/book/74365/4332103
Готово:
