Готовый перевод Transmigrating to Before the Big Boss Blackened / Переселение до того, как большой босс почернел: Глава 14.1

Лунный свет заливал комнату, черная тень медленно вырастала из пола и постепенно сформировала женский силуэт.

Холодный ветер просочился через щель в окне, взметнув растрепанные пряди волос призрака. Ши Му ясно разглядела ее лицо.

Это было ужасающе перекошенное лицо: на лбу зияла глубокая рана, из которой сочилась зловонная кровь, уголки губ были неестественно растянуты в жуткой улыбке, а глаза были затянуты мутной белесой пленкой.

Ши Му заметила, что на ее теле были десятки кровавых ран, из которых выползали личинки и сочилась густая, почти черная кровь. Она никогда не видела настолько отвратительного призрака, к горлу тут же подкатила тошнота. Она даже не могла представить, как Фу Юньшэнь прожил эти семь лет, ежедневно видя призрак мачехи.

— У-у-у…

Мачеха оторвалась от пола и медленно поплыла к Фу Юньшэню.

Ши Му натянула одеяло повыше и, прищурившись, украдкой наблюдала за происходящим.

— Юнь… шэнь…

Призрак мачехи повторял его имя, приближаясь все ближе. Вскоре она оказалась у его кровати.

В тусклом лунном свете она медленно подняла нож и занесла его над плечом Фу Юньшэня.

В его глазах не было ни капли эмоций. Вся боль и ненависть растворились в ледяном спокойствии. Он не шевелился, просто смотрел на нее.

Когда ему было пять лет, родители развелись. Мать выбрала младшего брата, а он остался с отцом. Отец всегда был слабым человеком — получив огромные алименты, он просто существовал в каком-то углу города. Он не пускал его в школу, не разрешал заводить друзей, не позволял ни с кем общаться.

В детстве Фу Юньшэнь не понимал почему. Позже он осознал.

…Отец боялся его. Или, точнее, боялся, что он принесет несчастье невинным людям.

Вскоре в его и отцовскую жизнь вошла женщина по имени Лю Айлянь. Она стала его новой матерью.

Лю Айлянь была красивой и элегантной. В отличие от родной матери, она не игнорировала его — учила читать и писать, по вечерам готовила вкусные ужины, иногда читала сказки на ночь. Впервые Фу Юньшэнь почувствовал материнскую заботу. Но через три года отец заболел, и лиса показала свои клыки.

Днем, на людях, Лю Айлянь заботилась о нем, а ночью избивала, а затем, заковав в кандалы и заткнув рот, засовывала в тесный шкаф. В это время к мачехе приходил любовник, и они предавались разврату.

Но даже побои не были страшнее зрелища их плотских утех.

Маленький Фу Юньшэнь понимал: она терпела так долго только ради имущества отца.

Отец слабел с каждым днем и уже не мог защитить его, поэтому мальчик молчал. Год за годом, день за днем он терпел. Он не отчаивался, веря, что однажды снова увидит солнце.

Тридцатого декабря отец умер, и все имущество перешло к любимому сыну Фу Юньшэню. Ему только исполнилось десять.

Первого января, в Новый год, Лю Айлянь ворвалась в его комнату с ножом и оставила на его плече глубокий, неизгладимый шрам.

Он вырвал нож, рассек ей лоб и, воспользовавшись моментом, вонзил лезвие в ее тело. Пятнадцать раз.

Крови было много. Очень-очень много. Его глаза, его мир погрузились в багровую тьму.

В двенадцать часов Фу Юньшэнь вызвал полицию.

За окном кто-то запустил фейерверк. Яркие вспышки на мгновение озарили темное небо, а затем исчезли. В тот миг он понял: в этом мире… нет солнца.

Вспомнив все пережитые страдания, Фу Юньшэнь ощутил невиданное прежде спокойствие.

Он достал из-под подушки меч из персикового дерева, уже обмазанный кровью, и в момент, когда Лю Айлянь приблизилась, без колебаний вонзил его прямо ей в лоб. Движение было точным, без тени сомнения — точь-в-точь как в ту ночь, первого января.

Когда клинок погрузился до конца, тело Лю Айлянь вспыхнуло кроваво-красным светом. Ши Му зажмурилась от яркой вспышки и натянула одеяло на голову.

В ушах раздался пронзительный вопль:

— Фу Юньшэнь, как ты посмел!.. Думаешь, я умру? Думаешь, ты убьешь меня во второй раз?! Я проклинаю тебя! Проклинаю на все твои жизни — пусть будешь одинок, без родных, без опоры! Фу Юньшэнь!!!

Лю Айлянь ненавидела его всей душой, она обрушивала на него самые страшные проклятия.

Фу Юньшэнь лишь холодно усмехнулся:

— Думаешь, меня это волнует?

С этими словами он вытащил меч и снова ударил.

— А-а-а!..

Ее крик оборвался, и воцарилась тишина. Когда свет рассеялся, Ши Му осторожно стянула одеяло.

Одержимость Лю Айлянь была слишком сильна: даже после смертельного удара она не исчезла полностью. Ее тело, разрываясь на части, корчилось в муках в воздухе — то собираясь, то рассыпаясь вновь. Зрелище было жутким и пугающим.

Внезапно кроваво-красные глаза Лю Айлянь уставились на Ши Му. Скрипя зубами, она прошипела:

— Так это ты!..

Не в силах смириться с поражением, Лю Айлянь, оскалившись, из последних сил ринулась к Ши Му. Она явно решила утянуть за собой хоть кого-то — даже если ей суждено рассеяться, она заставит Фу Юньшэня жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

[Съешь ее…]

[Съешь ее…]

[Хозяин, съешь ее…]

Низкий, гипнотизирующий голос звучал в сознании. Сердце Ши Му бешено заколотилось, а разум начал затуманиваться.

В тот миг, когда Лю Айлянь приблизилась, Ши Му, потеряв контроль, схватила ее за голову и совершила нечто немыслимое.

Она сжала тело призрака в комок и, заглушая его вопли, проглотила целиком.

*Гулр*

Мир замер.

Фу Юньшэнь на противоположной кровати остолбенел. Меч выпал у него из рук.

Спустя долгие несколько секунд Ши Му наконец пошевелилась. Моргнув, она растерянно пробормотала:

— Фу… Фу Юньшэнь, что делать… я… я съел твою мачеху…

http://tl.rulate.ru/book/74365/3487774