На первый взгляд казалось, что это были «особые» условия, написанные специально для Хаын, как будто она заключала выгодную сделку, но, если вдуматься, всё это было сделано просто для показухи.
«В Интернете было сказано, что они дадут мне пятнадцать миллиардов вон».
Даже детали авансового платежа отсутствовали!
Хаын ответила, закрывая контракт:
— Я откажусь.
— Почему? Трудно будет найти более выгодное предложение, чем это, верно?
Хаын была поражена притворно невинным поведением Ли Хёнок. Кажется, что для того, чтобы стать лидером Корейской гильдии, недостаточно было быть лишь слегка наглым.
Мало того, что условия были не так уж хороши, но то же самое предлагали и остальные гильдии. В частности, мелкие и средние гильдии были готовы пожертвовать ради Хаын даже своими основами.
Если они хотят привлечь Чон Хаын на свою сторон, то должны сделать хотя бы это.
Кроме того, Американская ассоциация охотников уже обратилась к Хаын с предложением в пятьдесят миллионов долларов. Это был контракт, который она отчаянно желала получить, но от которого отказалась, потому что вся её семья жила в Корее.
Хаын решила скрыть свои внутренние переживания и привести для отказа другие доводы.
— Потому что мне ещё предстоит многому научиться.
— Пробуждение — это не что иное, как перерождение. Как только ты пробуждаешься, ты понимаешь, как пользоваться своей силой.
— Я сильна в одиночных сражениях, но всё ещё неопытна в командной работе.
— Приходи в нашу гильдию и учись.
В её ответе вообще не было смысла. Хаын пробормотала, думая о том, что её собеседница самая ккондэ* из всех ккондэ:
П.п.: Ккондэ — это пожилые люди с авторитарным мышлением, бумеры, если говорить на русском сленге.
— Как можно доверять и чему-то учиться у гильдии, которая похищает людей.
Конечно, она говорила достаточно громко, чтобы человек, сидевший рядом с ней на заднем сиденье автомобиля, мог отчётливо её расслышать. Ли Хёнок вздёрнула бровь.
Она что-то не так сказала? Они нисколько не солгала. Хаын пожала плечами.
— Ладно. Я прошу прощения за то, что напросилась на разговор в несколько принудительной манере.
Удивительно, но Ли Хёнок с готовностью извинилась. Хоть и добавила к своим словам «несколько».
— Однако моё предложение о вступлении в Корейскую гильдию искренне. Отбрось глупые отговорки, что тебе ещё предстоит учиться. Есть ли причина не вступать в Корейскую гильдию? Как бы усердно ни старались Ахён и Рассвет, как ты думаешь, они смогут победить нашу гильдию?
— У Ахёна, похоже, больше охотников высокого класса.
— Несмотря на это, гильдия, которая представляет нашу страну, — это Корейская гильдия.
Ли Хёнок очень гордилась организацией, которой управляла. В конце концов Хаын вздохнула и призналась:
— Я хочу работать свободно, не принадлежа ни к одной гильдии.
Она собиралась делать то, что должна, но не выходить за рамки. Девушка хотела избежать конца жизни под названием «смерть от переутомления».
Более того, Хаын уже пообещала участвовать в рейдах по подземельям с Чон Ыну каждые две недели. Вчера её старший брат составлял длиннющий список и размышлял, в какое подземелье отправить Хаын в первую очередь!
— Вот почему я отклоняю приглашение присоединиться к Корейской гильдии.
— Ты уверена, что сможешь это сделать? — Ли Хёнок улыбнулась. Это была добрая, но зловещая улыбка. — Жил-был ребёнок, о котором я заботилась, — она внезапно начала рассказывать какую-то старую историю. Хаын решила пока молча слушать. — Оценка его навыков и способности к обучению были хорошими, поэтому он хорошо справлялся со всеми заданиями, которые я давала ему. И результаты рейдов были замечательными. Все говорили, что когда этот ребёнок вырастет, он сменит меня на посту лидера гильдии.
В Корейской гильдии была такая личность? Ли Хёнок спросила Хаын, наклонив голову набок:
— Как ты думаешь, где этот человек сейчас?
— Учитывая, что лидер вашей гильдии не сменился, он по-прежнему является заместителем лидера гильдии?
— Нет. Этот человек перестал быть охотником.
— Почему?
— Мы разошлись во мнениях по одному важному вопросу. Нет необходимости держать рядом с собой ненужных людей. Конечно, если бы я могла это исправить, я бы так и поступила. Но сколько бы я ни пыталась переубедить его, он не слушал.
— Когда вы говорите, что пытались переубедить его, вы имеете в виду, что разговаривали с ним?
— Он уже не ребёнок, так что нет, — Ли Хёнок, которая невинно смотрела на Хаын и слегка улыбалась, посуровела лицом. — Он прекратил свою деятельность. Он не мог участвовать в рейдах, потому что правительство не давало ему разрешение, и он не мог ничего покупать, потому что его заблокировали на рынке изделий. Время от времени ему поступали частные заказы, но и это скоро прекратилось. Разве этого не достаточно, чтобы прийти в себя?
Хаын не нашлась, что ответить на этот вопрос.
— К сожалению, мы так и не сошлись во взглядах, поэтому в итоге он пошёл другим путём. Сейчас он выращивает мандарины на острове Чеджу.
Девушка холодно посмотрела на Ли Хёнок.
Эта женщина угрожала теперь сделать то же самое с ней, если она её не послушает.
Более того, угрозы на этом не закончились.
— Ли Юнгён. Чон Чжинхо. Чон Ыну. Чон Сехён. Они все хорошие охотники.
— Даже не думайте трогать мою семью.
Хаын зарычала при упоминании имён её родных. Даже если Ли Хёнок совсем не знает её, девушка не сможет простить ей, если она причинит зло её семье. Нет, непозволительно вредительство даже самой Хаын. Кто она такая, что пытается угрожать ей?
— Если вы сделаете нечто подобное, я не стану сидеть сложа руки.
— И что же собирается предпринять охотница Чон Хаын?
Девушка замолчала на некоторое время. Затем уголки её рта поползли вверх.
http://tl.rulate.ru/book/73749/3921636
Готово:
