(Глава Анти *, Глава Анти *, Глава Анти *)
(Глава Анти *, Глава Анти *, Глава Анти *)
——————————————————
— Мастер Ван, это может быть последняя группа людей в нашей деревне. Если они погибнут, я останусь в деревне совсем один.
Видя колебания Ван Цзинхао, У Чаншунь мгновенно покраснел и выдавил несколько слезинок.
Хотя в глубине души он хотел спасти жену, ему было действительно небезразлична судьба его односельчан.
Ван Цзинхао пристально посмотрел на него, а затем перевел взгляд на Юэ Да:
— Как ты можешь отпустить его?
Юэ Да закатил глаза и злобно ухмыльнулся:
— Расскажи, как ты воскрес из мертвых и как ты контролируешь мертвецов, и я обещаю, что не трону ни одного из этих людей.
Ты, конечно, обнаглел, просто ты не видишь ясной картины.
Цзян Жэнь поднял брови и, словно человек сторонний, стал ждать, как будут развиваться события.
И точно, Ван Цзинхао, услышав его слова, без колебаний ответил:
— А что, если нет?
— Я не хочу убивать людей, но клинки в руках моих братьев говорят обратное.
Похоже, Юэ Да смирился, и нож приблизился к горлу обнимаемой им женщины, что немедленно напугало ее до слез.
Какие генералы, такие и солдаты.
Солдаты, которые несколько месяцев следовали за Юэ Да, услышав его уверенный голос, бросили на Ван Цзинхао вызывающий взгляд, а многие из них даже нанесли пленникам несколько ран, которые не угрожали их жизни.
— Хозяин, спаси нас!
Пленники внезапно призвали на помощь Ван Цзинхао.
Услышав это, Ван Цзинхао растерянно посмотрел на Юэ Да:
— Ты как всегда: противный.
Юэ Да не смутился и ухмыльнулся:
— Спасибо за комплимент, но ты лучше побыстрее запишешь мне необходимую информацию, иначе я не гарантирую безопасность этих пленников, и если с ними что-то случится, это будет только твоя вина.
— Господин Ван, я узнал, что вас завалило снегом. В эти дни почти вся наша деревня перекапывает сугробы, чтобы найти вас. Иначе эти варвары не найдут вас, и тогда...
У Чаншунь опустился на колени перед Ван Цзинхао, а потом, словно ему было мало, добавил:
— Господин Ван, пожалуйста, спасите их! Умоляю вас!
Ван Цзинхао в муках закрыл глаза и открыл их только через несколько вдохов. В этот момент в его глазах было только одно непреклонное решение:
— Простите.
Как только он это произнес.
Десятки уже подготовленных живых трупов бросились на Юэ Да и его людей.
— Сумасшедший! Ты псих!
Громко выругался Юэ Да, понимая, что ни способ воскрешения, ни демонический метод ему не достать, но ради выживания он не посмел нападать на пленников, поэтому ему пришлось снизить планку и крикнуть:
— Ван Цзинхао, я передумал, только отпусти нас, и я гарантирую, что эти пленники вернутся к тебе в целости и сохранности!
— Господин Ван, пожалуйста, спасите их.
У Чаншунь обнял ногу Ван Цзинхао и умоляюще посмотрел на него.
Однако на сей раз Ван Цзинхао больше не колебался. Столкнувшись с угрозами и просьбами, он снова сказал:
— Простите.
— Сумасшедший! Если я буду страдать, то и ты тоже не будешь в безопасности!
Понимая, что ему не выжить, Юэ Да тут же перерезал горло женщине в своих объятиях, позволив ее крови забрызгать его одежду, а его люди в то же время убивали пленных, а затем он мрачно посмотрел на Ван Цзинхао:
— Видишь? Эти люди погибли из-за тебя, ты чертов палач!
Цзян Жэнь был тайно удивлен, что это моральное давление было довольно умелой игрой.
Очевидно, что он сам почти истребил одну деревню и в гневе перебил всех остальных, но в итоге он перекладывает вину за погибших своими руками на других. Такой подход заставит даже капиталистов плакать.
— Чунэр.
У Чаншунь тупо уселся на землю.
Ван Цзинхао не произнес ни слова, увидев, что все пленники мертвы.
Без преграды пленных живые мертвецы быстро расправились с Юэ Да и другими.
Но за исключением нескольких человек, которые были убиты случайно, остальные не умерли, а просто потеряли способность сопротивляться, в том числе Юэ Да.
— Чуньэр, Чуньэр!
Убедившись в безопасности, У Чаншунь бросился к женщине, которая упала на землю в самый первый момент, и затряс ее за плечи. Видя, что она никак не реагирует, он немедленно поднял голову к небу и разрыдался.
Когда Ван Цзинхао увидел это, он не выдержал и отвернул голову.
Когда он уже раздумывал о том, что делать с Юэ Да и другими, У Чаншунь опустил голову и свирепо посмотрел на него налитыми кровью глазами:
— Это все из-за тебя, если бы не ты, папа не умер бы, и Чуньэр тоже не умерла бы... никто из них не умер бы!
Ван Цзинхао немного помолчал и сказал:
— Мои соболезнования.
— Мои соболезнования? Ты, палач, выражаешь мне свои соболезнования? Разве ты не думаешь, что это все равно что кот плачет и мышь притворяется участливой?
У Чаншунь подошел к нему, весь в гневе и обиде, протянул руку и толкнул его:
— Верни мне моего отца и жену, чудовище, почему ты сам не умрешь...
Внезапно.
У Чаншунь остановился, на его лице появилось выражение удивления, а затем он посмотрел на свою грудь, где был воткнут меч.
— Извини.
Ван Цзинхао вытащил меч, посмотрел на упавшего на землю У Чаншуня и без всякой скорби или радости сказал:
— Я не могу вернуть тебе твоего отца и жену, но я могу воссоединить вас.
По сравнению с его внешним спокойствием в его сердце царила печаль.
Он убил У Чаншуня не потому, что тот его оскорблял и толкал, а потому, что он видел слишком многое из того, что с ним произошло, и теперь он таит на себя обиду. Выплеснет ее на варваров.
Кроме того, он не хотел, чтобы У Чаншунь жил в такой боли.
— Я помогу тебе отомстить, убью все зеленые знамена, уничтожу армию варваров и разгромлю страну варваров...
— За тебя, за людей в этой деревне, за меня, за 200 000 погибших душ в Ечэне и даже за миллионы погибших душ, погибших от рук варваров за последние полгода...
Ван Цзинхао молча пообещал себе.
Затем он направился к Юэ Да, чьи ноги и колени были раздроблены тупым предметом, и приготовился к ответу долгу, который этот человек не погасил больше полугода назад.
— Умереть не страшно.
Цзян Рень бросил взгляд на упавшего на землю У Чаншуня, а затем посмотрел на Ван Цзинхао.
Этот, казалось бы, скромный меч был смертоносным, что свидетельствовало о том, что его первоначальный мягкий характер претерпел большие изменения.
Цзян Рень не знал, к добру или к худу пойдет для него эта перемена.
Но, по крайней мере, сейчас, по крайней мере, в этом неспокойном мире, это позволит ему жить лучше, чем большинству людей.
И на пути мести ему удастся избежать многих препятствий.
— По сравнению с этим делом, больше всего меня должно беспокоить, как замедлить темпы подавления мира.
— Конечно, было бы еще лучше, если бы подавление со стороны мира можно было бы снять.
Цзян Рень покачал головой и отбросил мысль о том, что нужно бежать, прежде чем научишься ходить. Он собирался провести испытания всю ночь. Если он найдет наилучший способ снизить скорость, то и продолжит поиски, если не найдет.
Цзян Рень задумался.
Из-за методов Ван Цзинхао Юэ Да издал крик, который был громче любого звука.
Его рубашку сняли, на груди сделали неглубокий надрез и посыпали его почерневшей солью.
Столкнувшись с такой болью, которую он никогда раньше не испытывал, Юэ Да иногда молил о пощаде, а иногда проклинал, его разум был на грани распада из-за боли, но это не могло повлиять на действия Ван Цзинхао.
Сначала сделать на его теле больше порезов и посыпать как можно большим количеством соли.
Собрал собак, что были в деревне, накормил их ветеринарным лекарством в огромном объёме и запер с Юэ Да на полчаса… В итоге были ободраны шкуры, выколоты глаза и отрезаны языки.
Дождался рассвета.
Юэ Да, лично подвергнутый пыткам Вань Цзинхао, был размыт плотью и кровью, и лишь с трудом можно было распознать в нём человеческий облик.
Что касается тридцати с лишним солдат, которых он специально пощадил, то из них под неточными выстрелами живых трупов погибло половина.
Вань Цзинхао остановился, но Юэ Да не убил.
Чтобы он ещё немного пожил, он даже раздобыл часть семисотлетнего женьшеня у Цзяна Жэня и половину отдал Юэ Да, а другую половину распределил между десятком с лишним выживших косичек.
Затем.
Чтобы они не замёрзли насмерть, Вань Цзинхао также надел толстую одежду на тех, кто не мог шевелить руками и ногами, и приказал живым трупам перенести их в дом, укрытый от ветра и снега, предоставив им самим заботиться о себе.
По дороге домой их вновь осталось двое.
Эмоции Вань Цзинхао наконец улеглись. Сначала он поблагодарил Цзяна Жэня, а затем извинился за своё подростковое поведение той ночью.
Цзян Жэнь улыбнулся: «Успокоился?»
Вань Цзинхао энергично закивал и промычал.
«Хорошо, что успокоился. Сейчас я ненадолго усну…»
Цзян Жэнь не стал скрывать и рассказал Вань Цзинхао о том, как мир подавляет его.
Он также заявил, что усиливающееся подавление мира следует снимать, засыпая. Если только не появится нечто неразрешимое или то, что обязательно нужно озвучить, лучше не будить себя самостоятельно.
За одну ночь Цзян Жэнь испытал только один метод.
Это глубокий сон, который блокирует всё восприятие, а основное сознание после возвращения в основное тело вновь уходит в глубокий сон.
Ожидается, что сон замедлит скорость нарастания подавления мира более чем в три раза, а это значит, что он сможет пробыть в этом мире в три раза дольше.
Повзрослевший Вань Цзинхао верит, что не позволит себе слишком сильно разочароваться.
Вань Цзинхао забеспокоился: «Брат Цзян, эти ограничения не повредят твоему телу?»
Он вспомнил, что человек перед ним – подчинённый бессмертного дедушки, который когда-то говорил, что его тело находится не в этом мире.
«Нет, просто дальше тебе придётся полагаться только на себя».
Цзян Жэнь протянул руку и положил ему на плечо.
Вань Цзинхао хотел ещё что-то сказать, но увидел, как Цзян Жэнь рухнул на землю, он, казалось, стал настоящим трупом, а ещё, похоже, что в его теле появилось что-то лишнее.
Вспомнив то, что только что сказал Цзян Жэнь.
Он понял, что Цзян Жэнь, должно быть, покинул это тело и впал в глубокий сон в его теле.
Спустя некоторое время они вернулись к пещере у подножия горы.
Хуан Ланьси вышла встретить их, сначала озабоченно осмотрела Вань Цзинхао, чтобы узнать, не ранен ли он, а затем спросила о ситуации в деревне.
«Все мертвы, но погиб и дикий отряд, который это сделал».
Лицо Вань Цзинхао было спокойным, он коротко объяснил двумя предложениями, а затем сообщил о том, что среди них был и Юэ Да.
Хуан Ланьси слушала и акцентировала внимание на Юэ Да: «Зверь, черт бы его побрал!»
Вань Цзинхао так и не рассказал ей за эти дни, что однажды умер.
Но он рассказал о том, как Юэ Да и семья Ню арестовали и пытали её семью, что также заставило её преисполниться гневом к Юэ Да и тем людям.
Хуан Ланьси сказала несколько слов утешения, но вдруг обнаружила, что нет Цзян Жэня, и в замешательстве спросила: «Господина Цзяна нема? Он где-то снаружи?»
«Брат Цзян временно занят чем-то, и его цель отличается от нашей, поэтому он ушёл первым».
Кстати об этом, Вань Цзинхао добавил: «Перед уходом он просил передать тебе его слова на прощание».
Хуан Ланьси также немного жаль, что не получилось лично попрощаться, но она не сомневается в том, что сказал Вань Цзинхао.
«Поздно уже, собирай вещи и идём дальше».
Вань Цзинхао вернулся на гору, чтобы посмотреть на отражающийся снег у входа в пещеру, и тайно решил, создавать ли проблемы Цзян Жэнь и отомстить в одиночку.
Если бы не его собственная импульсивность, месть уже была бы совершена наполовину, и брату Цзян, возможно, не пришлось бы спать.
Позже группа отправилась по официальной дороге.
Вскоре они покинули место, где оставались почти десять дней.
Спустя несколько дней.
Лагерь варварской армии, размещённый у стен города Бэйянь, развёл костры в тёмной ночи, и за ними последовали множество панических голосов.
Сверху на городской стене.
Чжао Шоу, император Великой Чжао, которому было за тридцать, изо всех сил пытался увидеть в свой длинноствольный телескоп.
Однако под покровом ночи он мог видеть только один за другим разгорающиеся костры и разбегающихся, как батальоны, варварских солдат.
Но что конкретно вызвало такое событие и почему всё стало настолько серьёзным, было совершенно непонятно.
"Ли Айцин, ты знаешь, почему варварский лагерь стал таким?"
Чжао Шоу отложил бинокль и взглянул на обычного мужчину средних лет с высоким лбом и прямым носом, стоящего рядом с ним.
Ли Цзие улыбнулся и сказал: "Я думаю, что эти варвары, возможно, столкнулись с мстительными духами".
Глаза Чжао Шоу загорелись, и он с любопытством спросил: "О, почему Ли Айцин так думает?"
"Ваше Величество, послушайте повнимательнее".
Ли Цзие поднял руку и указал на варварский лагерь за пределами города: "Не знаю, какой самый чёткий звук?"
Чжао Шоу повернул голову в сторону ~www.wuxiax.com~, прислушался и вскоре его лицо осветилось радостью: "Зло, они говорят о зле!"
"Это зло".
Ли Цзие сказал, глядя на белого старика, который молча стоял в стороне: "Мастер Си, почему бы вам не объяснить Его Величеству связь между злом и мстительной душой".
Старейшина Си слегка нахмурился, холодно посмотрел на него, а затем взволнованных глазах Чжао Шоу объяснил: "Мстительные души, которых мы знаем, исходят из слов, оставленных после каждого появления, и их способность управлять мёртвыми. Но поскольку мстительные духи нацелены только на варварскую армию, варвары также называют их демонами, а мёртвых, которыми они управляют, называют злыми вещами".
"Ясно".
Чжао Шоу был немного равнодушен к нему, просто кивнул, затем снова повернулся, чтобы посмотреть за пределы города: "Но это хорошо, кризис в императорском городе можно решить".
Положив руки на городскую стену, он вздохнул с облегчением и затем с предвкушением сказал: "Я действительно хочу знать, какие бессмертные персонажи стоят за мстительными душами, которые могут управлять мёртвыми. Если их может использовать мой Да Чжао, зачем мне это? Боясь варваров, вернуть потерянную землю - это как вынуть что-то из сумки, даже если варвары будут уничтожены, это несложно".
Смутная улыбка появилась на лице Ли Цзие, а также в его глазах произошли некоторые изменения.
Только у старейшины Си не было не только счастливого выражения на лице, но он покачал головой с печалью.
Новый пересмотренный и обновлённый адрес мобильной станции: https://, данные и закладки синхронизируются с компьютерной станцией, без рекламы и свежий контент!
http://tl.rulate.ru/book/71469/3973901
Готово:
