События происходят во время первого тома пятой части (22 том по сквозной нумерации)
Эта история не вошла в лайт-новеллу. В веб-новелле она была девятнадцатой главой в отдельном сборнике побочных историй.
ВНИМАНИЕ! ВНИМАНИЕ! Эта глава содержит спойлеры к части ранобе, переведённой только рулейтом. Если вы читаете только в переводе novel.tl, вам не следует читать эту главу, вы словите спойлеры и ничего не поймёте.
Рассказ ведется от лица принца Анастасия, получающего от Эглантины доклад о событиях от начала третьего года обучения Розмайн в дворянской академии до главы «Танец посвящения (третий год)»
***
— Проследуйте сюда, пожалуйста.
Вручив мне магический инструмент для защиты от подслушивания, мой слуга Освин зажёг светильник с помощью магического инструмента и аккуратно поставил его на подставку рядом с кроватью. Он спокойно выполнил порученное ему задание, аккуратно закрыв большой балдахин, и ушёл в комнату для слуг.
Тускло освещённое ложе, где горел лишь слабый светильник, становилось сакральным местом, где мы с Эглантиной отчитываемся друг перед другом. Удобно расположившись на нём, мы с помощью магических инструментов, предотвращающих подслушивание, наконец могли спокойно поговорить о том, что происходит вокруг Эренфеста и Розмайн. Слишком многое ещё не может быть придано огласке.
От Эглантины, уже закончившей готовиться ко сну, исходил лёгкий аромат унишама. Потянув за собранную в простой, но изящный узел ленту, свисающую с её светлых волос, чтобы облегчить приготовление ко сну, и сопротивляясь желанию развязать все как можно скорее, я вручил возлюбленной магический инструмент для защиты от подслушивания.
Затем мне пришлось сообщить о решении моего отца, нынешнего короля Юргеншмидта.
— Он хочет, чтобы ты отправилась в дворянскую академию в качестве преподавателя на курс кандидатов в аубы, чтобы узнать, что происходит в десятом, Эренфесте, — Сделав небольшую паузу, чтобы собрать мысли воедино. — Мне жаль, что мы взваливаем на тебя эту роль, Эглантина.
— Это не такая уж неприятная задача, господин Анастасий, учитывая, что она снимет подозрения, возлагаемые на госпожу Розмайн, — Моя любимая жена улыбнулась моим словам. Она всегда была красивой, но сейчас она стала ещё красивее. — Я не слежу за тем, чем занимается госпожа Розмайн, но я присматриваю за ней. Юная леди была воспитана в храме и имеет несколько иной образ мышления, чем прочие дворяне. Я нахожу это привлекательным, но это правда, что несмотря на её здоровье она может казаться опасной.
«Господин Фердинанд из Эренфеста делает из госпожи Розмайн святую и стремится к трону. Он — угроза», — так утверждает командир рыцарей Раоблут. — «Он, должно быть, использует Розмайн, как студентку, которая может свободно посещать дворянскую академию, чтобы найти Глутрисхайт».
— Раоблут выглядит очень уверенным в своих выводах, но я не могу безрассудно принять его точку зрения.
— Честно говоря, мне кажется это смешным. Глутрисхайт, который был утерян вместе с погибшим вторым принцем, долгое время разыскивался Центром, в том числе и твоим отцом. Если они всё ещё не смогли найти его, то что может сделать Эренфест, средняя территория, у которой нет доступа к Королевскому дворцу?
Эглантина кивнула на мои слова.
И отец, и брат сказали Раоблуту то же самое, но Раоблут ответил, что рост Эренфеста за последние несколько лет объясняется тем, что Фердинанд — «семя Адальгизы»
— Тех, кто родился в специальном отдельно стоящем дворце, называют «семя Адальгизы».
Впервые я услышал об Адальгизе из рассказа Раоблута. Королевская принцесса, казненная во время политического переворота, была одной из жительниц дворца Адальгизы, о чём я не имел возможности узнать раньше, поскольку этот отдельный дворец был закрыт до того, как я был принят в дворянскую академию.
Вот-вот должна прибыть принцесса Ланценавии, которую предоставляли вновь каждые несколько поколений, но отец заявил, что больше никогда не откроет «отрешённый» дворец Адальгизы и не поместит принцессу в столь плачевные и жестокие условия. Честно говоря, я чувствую облегчение по этому поводу.
Я и не думал, что в Центре есть такой отдельный мрачный дворец, и что в таких условиях жила некая принцесса, или что Фердинанд был неким «семенем Адальгизы», от которого должны были избавиться ещё до его крещения.
Но я не намерен рассказывать Эглантине об этих обстоятельствах. Такая история сама по себе ужасает. Эглантине не нужно знать об Адальгизе.
Теперь, когда предыдущий король и его окружение поднялись по высокой лестнице, мало кто знает, что Фердинанд является «семенем Адальгизы». Но похоже, что Раоблут что-то знал о Фердинанде благодаря своим отношениям с охранником отделённого дворца.
Единственное «семя», которое каким-то образом досталось предыдущему аубу Эренфесту, смогло избежать ужасной участи и казни во время борьбы за власть между предыдущими погибшими принцами, господин Фердинанд, видимо, по логике Раоблута, замышляет получить грутрисхайт и вернуть себе статус члена королевской семьи.
— ...Это действительно глупо. Учитывая, что он даже не боролся за место ауба со своим сводным братом, смирившись с тем, что его заставили войти в храм, а впоследствии смиренно выполнил королевский приказ, я не могу поверить, что господин Фердинанд — настолько коварный человек, что ему пришло бы в голову использовать юную госпожу Розмайн, чтобы найти грутрисхайт и занять трон.
— Да, ты права.
— Независимо от того, что подозревает Раоблут, если господин Фердинанд в действительности не охотится за грутрисхайтом, никаких проблем больше быть не должно. Поскольку он уже, кажется, на пути в Аренсбах в качестве жениха для госпожи Дитлинды, которая станет следующим аубом территории.
Я не думаю, что с господином Фердинандом есть какие-то проблемы, хотя у нас был лишь кратковременный небольшой разговор во время состязания герцогств. Если и есть проблема, то она связана с Розмайн, которая совершенно непредсказуема в своих действиях. Мне хорошо запомнилось, как она взглянула на меня с раздражённым лицом, когда я окликнул её в библиотеке.
— Больше всего я беспокоюсь о юной госпоже Розмайн. Боюсь, что её одержимость библиотекой и книгами вызовет ненужные подозрения у командующего Раоблута…
— Я отправлюсь в дворянскую академию, чтобы не допустить этого, господин Анастасий.
Дворянская академия и этот дворец соединены дверью, поэтому я смогу видеться с Эглантиной ежедневно. Однако я не могу не волноваться, так как не могу всё время быть с ней.
— Пожалуйста, будь очень осторожна. Учитывая то, что произошло в прошлом году, я не могу говорить, что дворянская академия полностью безопасна.
***
— Господин Анастасий, госпожа Розмайн с готовностью уступила права на Шварца и Вайса госпоже Гортензии.
В ночь первого дня начала учёбы я получил отчёт от Эглантины на кровати.
Я немного опасался, что после просьбы отказаться от должности владельца королевских магических инструментов библиотеки, Розмайн может повести себя вызывающе даже перед королевской семьей и её свитой, но, похоже, мне не стоило беспокоиться. Я сразу почувствовал облегчение после спокойного разрешения в столь неприятной ситуации.
— Однако есть некоторые вещи, которые меня беспокоят. Похоже, что госпожа Розмайн вкладывала магическую силу в большой магический камень размером с кулак взрослого человека и одолживала его библиотекарю, средней дворянке Соланж. Такое же количество магической силы, вероятно, необходимо для перемещения магических инструментов библиотеки. Хватит ли магической силы одной госпоже Гортензии?
Первоначально было сказано, что по крайней мере три старших библиотекаря посвящали магическую силу инструментам библиотеки. Похоже, что госпожа Розмайн и другие студенты добровольно помогали в качестве членов библиотечного комитета. При этом их тоже было трое. Хотя они и были детьми, но это были принц Хильдебранд, который принадлежит к королевской семье, и двое отличных кандидатов в аубы.
— Но мы не можем послать и выделить больше людей из Центра. Есть много более важных магических инструментов, чем те, которые находятся в библиотеке. Если магической силы госпожи Гортензии не хватит, командующий Раоблут всё равно что-нибудь придумает.
Именно Раоблут с нетерпением ждал возможности помешать амбициям Эренфеста, даже не считаясь с тем, что ему пришлось отправить свою жену стать старшим библиотекарем. Если магической силы Гортензии окажется недостаточно, он может выделить трёх старших библиотекарей из числа своих знакомых. Возможно, он решит сдаться, когда поймет, что Эренфест не представляет опасности. В любом случае, это было бы полезно для дворянской академии.
— Да... и потом меня беспокоит принц Хильдебранд.
Будучи его сводным братом, я встречался с Хильдебрандом всего несколько раз. Помню, я подумал, что он был тихим, спокойным принцем и не выглядел так, будто в нём течёт кровь Дункельфельгера, но у меня не сложилось цельного впечатления о нём.
— Что случилось с Хильдебрандом?
— Он хорошо знаком с госпожой Розмайн. При этом он говорит довольно небрежно. Если он взаимодействует так с госпожой Розмайн, то у меня есть ощущение, что слова и действия принца Хильдебранда — одна из причин, по которой Эренфест подозревается Раоблутом.
Эглантина тихонько вздохнула рассказывая, что говорил и делал Хильдебранд в библиотеке. Это невинная просьба, но Розмайн, которая слишком слаба, чтобы общаться с людьми, будет трудно отказаться.
— Принц Хильдебранд, похоже, ещё не ведёт себя согласно статусу королевской семьи. Если он, как королевская особа, выскажется, то госпоже Розмайн придется согласиться с его утверждениями и просьбами.
— С самого начала было решено, что он не будет королевским наследником и что его будут готовить к отправке в Аренсбах. Акцент будет сделан на воспитании как кандидата в аубы, а не на воспитании как члена королевской семьи, возможно, поэтому в нем не развито чувство королевской власти.
На данный момент я решил доложить отцу о том, что передача контроля над магическими инструментами прошла без особых проблем, а также об образовании Хильдебранда.
***
— ...Похоже, что госпожа Розмайн действительно дала нам своё благословение во время нашей церемонии совершеннолетия.
На следующий день после доклада об успешной передаче магических инструментов Эглантина с обеспокоенной улыбкой на лице сделала доклад о ситуации, подперев рукой щёку.
Я вздохнул. У меня не осталось выбора, кроме как отдернуть руку, которая так тянулась, чтобы развязать элегантную ленту в волосах моей возлюбленной.
— Что натворила Розмайн?!
— Учителя музыки сегодня рассказали мне, что на дневном практическом занятии госпожа Розмайн, играя композицию на фешпиле, изливала благословение в течение всего исполнения песни.
— Что?!
...Благословение во время игры на фешпиле? Я вообще не могу себе этого представить.
— Это было такое прекрасное зрелище — видеть желтый свет благословения, благородного цвета ветра, льющегося из кольца при каждом ударе, переборе или щипку по струнам фешпиля, что это можно было почти ощутить как благословение богини искусств Кунцзил.
И, похоже, примерно в это же время повсюду на студентов Эренфеста лились благословения, а в лекционных залах царили смятение и суматоха. Я хотел сжать голову руками и взреветь, вспоминая, когда благословение внезапно упало на меня во время церемонии совершеннолетия.
— Почему Розмайн сделала что-то настолько заметное?! Что она делает, когда уже итак под подозрением, а в Центре её считают странной и опасной! Чьи это указания?!
— Ритуал получения защиты богов, который состоялся вчера, облегчает использование магической силы и уменьшает её затраты. Я подозреваю, что юной госпоже трудно контролировать свои магические способности.
— Трудно контролировать, несмотря на наличие штапа?
Я на мгновение задумался. Штап — это ваш личный магический инструмент, который вы получаете, чтобы упростить управление своей магической силой. Вы впитываете «божественную волю», подобранную специально для вас. Я никогда не слышал, чтобы его было сложно контролировать.
— ...Боги, возможно, благословили её настолько сильно, что штап, полученный на первом курсе, перестал соответствовать ей.
— Возможно ли такое?
— Когда мы говорили с учителем Хиршурой о потоке благословений во время музыкального исполнения, она сказала что-то в этом роде. И потом, тоже самое мне подтвердил учитель Гундольф, но, кажется, что только студенты Эренфеста, странным образом, получили защиту от такого большого количества богов.
Тот факт, что множество богов даровали свою защиту только студентам Эренфеста, по всей видимости, всё ещё расследуется.
— Что ты собираешься с этим делать, Эренфест?
Эренфест, который всё больше и больше поднимается в рейтинге, вызывает зависть у окружающих. Именно поэтому многие территории думают о том, чтобы максимально снизить уровень впечатлений. Также распространяются дурные слухи об Эренфесте, и люди вокруг командующего Раоблута, главы рыцарского ордена Центра по отношению к господину Фердинанду, относятся настороженно и искоса смотрят на все связанные действия.
В такой ситуации, когда только Эренфест получает защиту от стольких богов, я не хочу представлять, какое впечатление будет произведено на окружающих, если Розмайн исполнит серию заметных подражаний богам. Несмотря на это, я благодарен Розмайн за её совет, как завоевать Эглантину. Но Розмайн легко перепрыгивает границы того, что я могу охватить.
— Эглантина, скажи Хиршуре, что если она знает, как получить защиту от множества богов, то будет обязана в какой-то степени раскрыть информацию об этом во время состязания герцогств. В сложившейся ситуации отношения с окружающими испортятся ещё сильнее, если это скрыть. Посоветуй ей правильно использовать это знание, как дипломатическое оружие.
Эренфест, который до политических изменений долгое время находился внизу, — это территория, которая поднялась в рейтинге только потому, что она пострадала меньше, чем окружающие территории, благодаря своему нейтралитету. За последние несколько лет они улучшили свои показатели, представили новые тенденции и быстро поднялись в рейтинге, но их дипломатический подход остается подходом территории с более низким рейтингом и не соответствует нынешнему занимаемому месту.
Я не ожидал, что у Эглантины будет столько проблем ещё до начала лекций для кандидатов в аубы, когда у неё будет доступ к Розмайн.
— Докладывать ли мне отцу или командующему Раоблуту о том, что сказала или сделала юная госпожа Розмайн во время игры на фешпиле, с благословениями, которые не могли контролироваться штапом?
— Госпожа Розмайн не сделала ничего плохого. Пожалуйста, сообщи об этом, чтобы не ставить нас в невыгодное положение.
Если ваша любимая жена умоляет вас положиться на неё, вы либо делаете что-то для этого, либо нет. Нужно что-то с этим сделать, но я не могу удержаться от желания хотя бы немного пожаловаться.
...Удерживай бразды над управлением Розмайн, Эренфест!
Так вопил мой разум, и первый день недели стал днём первой лекции Эглантины по обучению Розмайн.
***
После обеда была репетиция танца посвящения, и Эглантина сказала, что её пригласили учителя, чтобы показать ученикам пример.
...Она была с Розмайн весь день, и ничего не должно было случиться!
Эглантина вернулась из дворянской академии с выражением восторга и эйфории на лице. Её нежные щеки покрыты румянцем, влажные глаза смотрели немного вдаль, как будто она что-то вспоминала, и то, как она вздыхает, красиво и сексуально. Однако немного раздражает мысль о том, что что-то, кроме меня самого, заставляет Эглантину выглядеть таким образом.
Мой первый вопрос к Эглантине на её половине ложа был не о действиях Розмайн, а о том, что заставило Эглантину проявить такие эмоции.
— Похоже, как будто ты сильно потрясена, что случилось?
— Ах...Танец посвящения госпожи Розмайн был прекрасен.
…Опять ты за свое, Розмайн!!!
Как ни странно, Розмайн не раз на моих глазах похищала сердце Эглантины. Если бы она не выглядела так, как будто прибыла сразу после крещения, я бы её незамедлительно исключил. Именно своей детской невинностью Розмайн покорила сердце Эглантины.
— Что это был за танец?
Эглантина, которая любит танцевать и чьими танцами восхищаются все, редко хвалит танцы других, находясь в восторге. Когда я проявил интерес, Эглантина с удовольствием начала рассказывать о танце Розмайн.
— Это был танец, который ясно показал, как госпожа Розмайн подошла к танцу посвящения. Её золотые глаза были такими серьёзными, она казалась такой сосредоточенной, будто её абсолютно ничего не волновало в окружающей обстановке, и даже кончики её пальцев были полны напряжения.
Она сказала, что танец был стабильным — Розмайн вращалась с большой скоростью и выглядела как крайзель, кажущийся неподвижным.
— Я своими глазами увидела суть прекрасного танца. Сам танец был чудесен, но в середине госпожа Розмайн начала светиться.
— Прости, Эглантина. Я не уверен, что понимаю, что ты имеешь в виду…
— Это должно быть благословение, как и на занятии музыкой. Магические камни амулетов, которые носит госпожа Розмайн, постепенно начали светиться, переливаясь благородными цветами соответствующих атрибутов.
Кольцо светилось голубым светом, и каждый раз, когда Розмайн двигала пальцем, за ним тянулся мягкий голубой свет. Амулеты на её запястьях были разноцветными, и когда она поднимала и опускала руки, они, очевидно, излучали свет из манжет её черного костюма.
На её груди было ожерелье из крупных волшебных камней, а в волосах — украшение из волшебных камней цвета радуги, которые переливались замысловатыми цветами и мерцали, как звёзды, вместе с её колышущимися волосами цвета ночного неба.
Каждый раз, когда госпожа Розмайн делала оборот, несколько полос света украшали её кружение. Танец был таким, словно она носила на своем теле благословения богов. Она была бы ещё прекраснее, если бы её можно было увидеть в темноте, как сейчас на этом ложе, — описывала Эглантина Розмайн.
Розмайн, показавшая такой танец, видимо, была настолько поглощена танцем, что сразу после этого почувствовала себя нехорошо и была выведена из маленького зала рыцарями-учениками Эренфеста.
— Согласно словам госпожи Шарлотты, госпожа Розмайн не собиралась посылать благословение во время танца посвящения.
...Глупость, пытаться дать благословение, находясь на грани обморока.
Даже если ты выросла в храме и знакома с богами, ты должна тщательно учитывать своё физическое состояние при совершении благословения и то, как это благословение будет выглядеть для окружающих.
...Может стоит захотеть быть осторожнее. Не делай ничего, что могло бы выделить тебя как святую.
Я медленно покачал головой и повернулся лицом к Эглантине, чтобы прийти в себя.
— Я прекрасно знаю, что танец посвящения Розмайн был превосходным, так что этого достаточно. Что более важно, как прошла лекция?
На мои слова Эглантина ошарашено моргнула глазами, и её лицо напряглось.
— Госпожа Розмайн удивительно быстро просмотрела содержание лекции. Тут не должно быть примера или материалов, так что не похоже, что можно заранее подготовиться к курсу кандидатов в аубы. Но у меня сложилось впечатление, что она привыкла к этому. Два года подряд она получала награду как лучший студент, и я уверена, что в этом году госпожа Розмайн снова займёт такую же позицию.
Эглантина улыбнулась, сказав это, и представила подробный отчет о лекции с Розмайн. Похоже, что она легко окрасила основу маленькой модели, быстро наполнила территорию магической силой, а затем производила большое количество золотой пыли для будущих лекций.
— Даже если лекции третьего курса легко выдержать с тем количеством магической силы, которой она обладает, как бы быстро она ни двигалась, это слишком быстро.
— Я даже не заметила, чтобы она потянулась бы за средством восстановления. Это то количество магической силы, которое я хотела бы видеть в королевской семье.
Слова Эглантины застали меня врасплох.
— Ты желаешь её в королевскую семью?! Ты хочешь сказать, что хотя её отец уже одобрил помолвку, ты собираешься из кожи вон лезть, чтобы отменить эту помолвку и сделать третьей женой моего брата кандидата в аубы, выросшую в храме и не имеющую никакого здравого смысла?! Независимо от количества магической силы — это слишком безрассудно.
— Я знаю, что это слишком безрассудно и не думаю, что это осуществимо. Я просто почувствовала, что она может быть необходимым драгоценным ресурсом для королевской семьи, которая испытывает нехватку магической силы.
Слова Эглантины заставили меня задуматься о нынешнем недостатке магической силы в королевской семье и подумать о том, чтобы ввести Розмайн в королевскую семью.
...Нет. Слишком опасно.
— Если сделать её женой следующего короля, взгляды на Эренфест станут ещё более суровыми.
Это может быть логично с точки зрения магии, но положение Розмайн будет сильно подорвано, и давление на Эренфест станет очень серьёзным. Когда я легонько покачал головой, отбрасывая эту идею, Эглантина осторожно приложила палец к губам и на мгновение задумалась.
— ...Как насчет второй жены принца Анастасия вместо принца Сигизвальда?
Мы — королевская семья, которая далека от трона, так что и Розмайн будет тоже...
— Эглантина!
Я окликнул Эглантину, прервав её слова, протянул правую руку и ловким движением дёрнул за ленту, скреплявшую волосы. Она легко развязалась, и роскошные светлые волосы мягко упали. Закатив глаза, я забрал у Эглантины, которая провела рукой по рассыпавшимся волосам, магическое устройство для защиты от подслушивания.
— Эм, господин Анастасий...
Не отпуская запястья Эглантины, поставил магические инструменты для защиты от подслушивания на полку рядом с постелью и выключил свет на магическом светильнике, оставив полог в полной темноте. Я чувствовал, как запястья Эглантины, которые всё ещё находились в моей хватке, слегка шевелятся, как бы сопротивляясь. Я отпустил её запястья, и, крепко обняв, толкнул Эглантину на ложе.
— Не говори мне жениться на другой женщине, даже в шутку…
http://tl.rulate.ru/book/71458/2635099
Готово:
Использование: