Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2387: «Я же говорил, что обязательно убью тебя!»

Даочань горы Тайшань был стерт с лица земли, а вместе с ним и алтарь. С уходом Божественной Императрицы Драконов Великая Церемония Восхождения к Божественности завершилась, а конфликт между Линь Юнем и Империей был исчерпан.

После поражения Императрица Яньчэнь не сразу отправилась на гору Небесного Аромата. Ей нужно было передать дела Су Цзыяо, чтобы та могла беспрепятственно занять место во Дворце Императорской Тайны.

Семь дней спустя всё было кончено. Су Цзыяо стала хозяйкой Дворца и временной правительницей Империи. Императоры Сабли и Пламени, по воле прежней Императрицы, должны были помогать ей, пока она сама не достигнет ранга Императора.

При поддержке двух мифических императоров и наследия самой Яньчэнь, власть Су Цзыяо была признана быстро.

Линь Юнь не ушел. Он оставался во Дворце, проводя время с женой, изредка встречаясь со старыми друзьями – Бай Лисюанем, Мэй Цзыхуа и Люшаном, а всё остальное время посвящал совершенствованию десятого ранга намерения меча.

Однажды в Тайном царстве Пурпурного Иволга.

Под сенью огромного божественного древа Утун Линь Юнь парил в воздухе, погруженный в медитацию. Сияние его меча озаряло всё царство золотым блеском.

Неподалеку Маленький Ледяной Феникс старательно мастерила фонари желаний, которые когда-то называли небесными фонариками.

Под ее руками они выходили изящными, на каждом была начертана священная печать, а внутри лежали нефритовая пластина и лист с древа Утун.

На пластинах Линь Юнь записал свои познания в боевых искусствах – как личные наработки, так и переосмысленные техники прошлого.

Даже простое Искусство Меча Плывущего Ветра после его правок достигло Драконьего ранга.

Там были и Кулак Дракона и Тига, и Искусство Меча Громового Резонанса, и Божественный Меч Щелкающего Пальца… Даже Искусство Меча Сансары Линь Юнь доверил бумаге.

Всплеск! Линь Юнь открыл глаза и, увидев трудящуюся феникса, с улыбкой подошел к ней.

— Тяжело тебе приходится, Императрица! — Он ласково погладил ее по голове.

— И не говори! — Улыбнулась та. — Мы всё же больше любим сражаться. Ну, колись уже, зачем тебе это? Ты еще в городе Небесного Истребления начал их делать. Обязательно три тысячи штук, да еще с печатями и листьями Утуна.

— А ты угадай, — хитро прищурился он.

— Мы думаем, — протянула она, — что ты хочешь оставить Куньлунь свое наследие перед тем, как покинешь этот мир.

— Угадала. — Линь Юнь посерьезнел. — Всем, что у меня есть сегодня, я обязан миру Куньлунь. Теперь, когда моя сила превзошла полубога, я должен отдать долг.

Мир для меня, я для мира.

— Три тысячи готовы? — Линь Юнь оглядел разложенные на земле фонари.

— Угу, — кивнула она.

Линь Юнь вскинул руки, и три тысячи фонарей взмыли ввысь. У них еще не было оболочки из воли меча – лишь голые каркасы. Но у него был план. По его воле за спиной взметнулись три тысячи узоров намерения меча.

— Сойтись! — Линь Юнь щелкнул пальцами, и узоры мгновенно обвили каркасы, превращая их в идеальные фонари желаний.

Маленький Ледяной Феникс вздрогнула от удивления. Эти узоры были частью его собственной энергии и крови, и он решил потратить их на фонари. Поистине щедрый жест.

Ведь это был десятый ранг!

— Теперь похоже на правду, — удовлетворенно кивнул Линь Юнь. — Когда Небесный Путь восстановится, каждый, кто найдет такой фонарь, получит защиту моей воли меча. Этого хватит, чтобы спасти жизнь.

Даже если ударит император, защита фонаря не только устоит, но и может серьезно ранить нападавшего отдачей.

— Летите! — По его мановению фонари медленно поплыли к древу Утун, развешиваясь на ветвях, чтобы напитаться силой Тайного царства.

— Раз ты так расщедрился, то и Мы не отстанем, — заявила феникс. Она выдохнула облако жемчужного тумана, пропитанного энергией феникса, который начал впитываться в фонари.

— Когда ты собираешься уходить? — Спросила она, закончив. Улыбка мгновенно сошла с лица Линь Юня.

Ему давно пора было в путь, но он никак не мог расстаться с Су Цзыяо.

— Посмотрю, как Цзыяо отнесется к Мандату Небесной Судьбы, — задумчиво ответил он. Приняв его, она берет на себя долг защитницы мира, и до тех пор, пока не передаст наследие, покинуть Куньлунь не сможет.

— Она не откажется, — уверенно сказала феникс. — Она наверняка о чем-то договорилась с Императрицей.

Линь Юнь промолчал.

Он обязан был уйти. Его ждал долгий путь, его ждала Юэ Вэйвэй и его ждал Божественный Предок Лазурного Дракона в глубинах Бездны. Но, кажется, Су Цзыяо не сможет пойти с ним. Один из них должен был остаться.

— Один из нас должен остаться в Куньлунь, — таков был ответ жены три дня спустя. Линь Юнь ожидал этого.

Он ничего не сказал, лишь оставил ей Мандат Небесной Судьбы.

— В горной цепи Погребенных Богов твоим первым врагом могут стать вовсе не демонические духи, а твоя старая знакомая Ван Муянь, — произнесла Су Цзыяо, принимая артефакт. Она рассказала всё, что видела в тех горах.

— Ван Муянь – божественная дева, но по сути она лишь сосуд для перерождения Кровавого Императора. Я прервала ритуал и ранила ее, но за это время она наверняка восстановилась.

— Как только Кровавый Император полностью освоится в ее теле, он вернет себе силу лжебога, — добавила она.

Три тысячи лет назад тот уже был богом, пусть и достиг этого иным путем.

Линь Юнь всё понял. Теперь ясно, почему она всегда вела себя так странно.

— Вчера старейшина Яогуан, Черный и Белый Императоры договорились. Мы объединим силы и не будем трогать другие секты или зверей, пока не покончим с Божественным культом Кровавой Луны.

— А того главу культа, что напал на секту Небесного Дао, старейшина Яогуан обещал убить лично, — продолжала она, рассказывая о своих делах. Она объединяла мир, чтобы искоренить остатки зла.

Линь Юнь понимал – кто-то должен этим заниматься. Су Цзыяо строго добавила:

— Но всё это имеет смысл лишь в том случае, если ты зачистишь горную цепь Погребенных Богов. Иначе всё будет напрасно.

Линь Юнь кивнул.

— Того человека, о котором я просил… нашли?

— Он прятался глубоко, но его нашли, — коротко ответила она.

Этой ночью они были близки, а наутро Линь Юнь, закинув за спину футляр для мечей, тихо покинул Дворец.

Первым делом он отправился к Демоническим Вратам встретиться с Ань Люянь, которая теперь была их главой. Старейшины-императоры ворот боялись, что Линь Юнь через нее приберет власть к рукам, и заставляли ее отречься от этих чувств.

Линь Юню было плевать на это еще в секте Меча, а теперь, став сильнейшим в мире, он и вовсе не обращал внимания на их ропот. Четверо старейшин-императоров встретили его с дрожью в коленях.

— Ваша слуга приветствует молодого господина, — Ань Люянь просияла, увидев его. Перед ним она оставалась всё той же нежной девушкой, ничуть не напоминая грозную главу Врат.

Лица старейшин позеленели, но возразить они не посмели.

— У нас с вашей госпожой есть личные дела. Выйдите и закройте дверь, — Линь Юнь подхватил девушку на руки и направился к трону.

Старейшины сразу поняли, к чему идет дело.

— Молодой господин Линь, это же верховный трон Демонических Врат, отлитый самим Дьявольским Императором Усинь из драконьего золота! — Подал голос один из них.

— И что? — Линь Юнь даже не обернулся, лишь небрежно махнул рукой. Бум! Наглеца буквально вышвырнуло из зала. Он выплюнул кровь, смертельно побледнев.

Остальные трое в ужасе поспешили скрыться. В полумраке зала на троне Линь Юнь и Ань Люянь предались любви, после чего она прильнула к его груди.

— На самом деле… они не со зла, — тихо сказала она, глядя на него.

— Им не помешает урок, — спокойно ответил он. — Иначе они снова заставят тебя делать то, что тебе не по душе. Никто не смеет указывать моей женщине. — Ань Люянь покраснела от счастья и спросила:

— Ты уходишь в горы Погребенных Богов?

Линь Юнь кивнул.

— Побудь еще немного… — она обхватила его за шею и вновь прижала к трону.

Когда Линь Юнь наконец покидал Врата, на его лице читалась редкая усталость.

— Подонок! — Проворчала феникс из футляра, когда он закидывал его за плечи. Линь Юнь лишь усмехнулся.

Два дня спустя в одном из процветающих городов Империи Линь Юнь подошел к лавке с паровыми булочками. Среди толпы это место было совсем неприметным, здесь сновали лишь обычные люди.

— Хозяин, две булочки.

— Пожалуйста, — старик с улыбкой протянул сверток. Линь Юнь снял бамбуковую шляпу и тоже улыбнулся:

— Цзинь Цзюэ, ты ведь помнишь меня?

Старик замер, и булочки выпали из рук. Это был тот самый Цзинь Цзюэ из секты Сокровенных Небес, который на Пути в Небеса едва не забил Линь Юня до смерти. Он рухнул на колени.

Все эти годы он жил в страхе. Сначала еще храбрился, но когда слава молодого господина Цзанхуа прогремела на весь мир, он спрятался, сменил имя и стал печь булочки. Он думал, что о нем забыли, что он надежно скрыт.

Он и помыслить не мог, что Линь Юнь, став полубогом, всё равно придет за ним.

— Господин, пощадите… Я же для вас прах под ногами, не марайте об меня руки! — Он бился лбом о землю, моля о жизни.

— Я же говорил, что обязательно убью тебя! — Линь Юнь одним ударом ладони превратил его в кровавое месиво. От того не осталось даже костей, а душа была развеяна.

После этого Линь Юнь почувствовал небывалую легкость, словно еще одна нить судьбы была наконец разрублена.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20760259