Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2378: «Небесная Судьба на моей стороне»

В одно мгновение Линь Юнь оказался на вершине Небесного Истребления. Теперь он приходил сюда так же непринужденно, как к себе домой.

Являться и уходить по своему желанию, легко и свободно – в этом была его нынешняя суть.

Подняв голову, Линь Юнь увидел стоящий вертикально футляр для мечей Пурпурного Иволга. Выражение его лица то и дело менялось, отражая глубокую задумчивость.

Одним резким движением Линь Юнь вскинул руку и вновь водрузил футляр себе на спину. Раздался глухой рокот, и сокровище снова пришло в движение: в тот же миг нескончаемые потоки святой энергии хлынули в его тело.

Тайное царство Пурпурного Иволга само по себе было Несгибаемой Святой Землей. Пока Линь Юнь нес футляр на плечах, даже если он не прилагал никаких усилий, процесс самосовершенствования не прекращался ни на секунду, неустанно повышая уровень его развития.

В какой-то степени футляр для мечей Пурпурного Иволга стал воплощением самого Линь Юня, причем это воплощение развивалось в несколько раз быстрее оригинала.

Если в будущем божественное древо Утун обретет дух, Линь Юнь сможет обучить его техникам, чтобы оно совершенствовалось вместо него внутри Тайного царства, а затем передавало накопленные силы ему самому.

В этом и заключалась истинная тайна футляра Пурпурного Иволга, однако сейчас Линь Юня заботило совсем иное.

«Полет Небожителя, Вопрос к Дао, Казнь Бога… таковы ступени техники Убиения Богов Пурпурного Иволга. Но меч Императорского Бедствия, который только что ниспослали Небеса, казался иным». — Линь Юнь тщательно обдумывал произошедшее. Мощь того меча, порожденного волей Небес, была заметно ниже, чем у его собственных тайных техник Убиения Богов.

И дело было вовсе не в слабости Небесного Дао, а скорее в его опасении: будь удар чуть сильнее, он мог бы попросту сразить Линь Юня наповал.

«Значит, это было предупреждение… Мои собственные техники Убиения Богов тоже могут быть отражены». — Линь Юнь помрачнел, внезапно осознав истину.

То, что не смог сдержать Черный Император, вполне могла бы остановить Божественная Императрица Драконов. Раньше он об этом как-то не задумывался.

Чтобы заставить Небеса разгневаться и ниспослать Императорское Бедствие, требовалось с помощью Одержимости Небесным Драконом призвать мощь Древнего Небесного Дракона миллионолетней давности.

«Что ж, тем лучше. Я как раз смогу освоить тайные методы племени драконов, сокрытые в Божественной кости Небесного Дракона, а заодно постичь искусство Убиения Богов».

Приняв решение, Линь Юнь приступил к тренировкам согласно намеченному плану.

С тех пор дни и ночи на вершине Небесного Истребления стали пугающими. Жители города Небесного Истребления пребывали в постоянном страхе, будто некий небожитель прямо у них над головами без конца проходит через смертельные испытания.

Время шло, и аномалии становились всё более грозными. Постепенно само пространство и время вокруг начали погружаться в хаос.

Под влиянием этих турбулентных потоков травы и цветы в городе то пускались в безудержный рост, то в мгновение ока вяли и рассыпались прахом.

Люди воочию наблюдали, как за считанные секунды редкие растения проживают свой долгий жизненный цикл.

— Старший брат, что именно замышляет молодой господин Цзанхуа? — На высокой башне города Небесного Истребления Цзяньцзюэ стоял подле Даосюаня, с тревогой взирая на ужасающие знамения в облаках.

Даосюань, погруженный в раздумья, произнес:

— Он ведет борьбу с Небесным Дао. Сражаться с Небесами и сливаться с Дао – эти слова когда-то давно сказал мне учитель. Сила Линь Юня достигла пределов, которые невозможно даже вообразить.

— Неужели это действительно настолько страшно? — Переспросил Цзяньцзюэ, но тут же его глаза загорелись. — Если так, можем ли мы последовать его примеру? Тогда и наше мастерство станет расти куда быстрее.

— А ну замолчи, — строго оборвал его Даосюань. — И думать об этом не смей. Во-первых, чтобы бороться с Небесами, нужно иметь на это право. Стали бы тебя волновать жалкие ничтожества или безвестные бродяги в мире боевых искусств? Вряд ли.

— Во-вторых, насчет слияния с Дао… — продолжил он. — Ты должен понимать, что Небесное Дао беспристрастно и по своей природе исполнено величия и гнева. Даже если оно проявит благосклонность, ее сперва нужно суметь выдержать. Сможет ли обычный муравей на земле пережить твой шаг?

Цзяньцзюэ похолодел от этих слов. — Но как же молодой господин Цзанхуа? Почему ему это под силу?

Даосюань тяжело вздохнул:

— Он – гений, пришедший с Небесного Пути. Те избранные изначально были отобраны самими Небесами. И за весь пройденный путь он не раз оказывался на волосок от смерти, пройдя через немыслимые страдания.

— Вспомни хотя бы битву за Древнюю Пустоту, когда Тяньсюань-цзы едва не забил его до смерти. Ты когда-нибудь сталкивался с таким врагом? Нет. Ты даже представить не можешь, какой ужасающий груз ответственности и давления он нес на своих плечах, противостоя такому противнику, будучи еще в ранге Драконьей Жилы.

— Не путай причину и следствие. В теплице не вырастить истинного гения. Когда Небесный Путь будет восстановлен, ты отправишься туда под чужим именем, чтобы познать вкус настоящей жизни и смерти. Не оставляй себе путей к отступлению и не надейся на скрытые козыри.

Цзяньцзюэ согласно кивнул.

Он уже собирался что-то ответить, как вдруг на вершине Небесного Истребления раздался неописуемо мощный удар грома. От этого звука у Цзяньцзюэ задрожали руки и ноги.

Глядя на свои пальцы, которые он никак не мог унять, юноша с горечью спросил:

— Что же там происходит, в той части небес?

Даосюань выглядел крайне серьезным. Даже он не мог отчетливо видеть сквозь марево, лишь смутно различая проступающую в вышине Голову Дракона.

Когда он попытался рассмотреть глаза дракона, его инстинкты взвыли об опасности, и он поспешно отвел взор.

Раздался резкий звук, похожий на всплеск.

— Мои глаза… Я ослеп! — Те из практиков, кто тайно подсматривал за вершиной и не обладал осторожностью Даосюаня, поплатились за свое любопытство.

Повсюду зазвучали крики боли. Цзяньцзюэ, слыша это с высоты башни, окончательно побледнел.

— Всё еще хочешь подражать Линь Юню? — Бесстрастно спросил Даосюань.

Губы Цзяньцзюэ дрожали – в нем не осталось и капли былой дерзости. Столкновение с Небесным Дао такого уровня могло ранить даже от одного взгляда.

Попробуй он ввязаться в такое на самом деле, от него бы и костей не осталось.

«Сражаться с Небесами, сливаться с Дао».

В этих восьми иероглифах, оставленных Юй Цинфэном, крылась такая бездонная глубина, что даже мастера ранга Императора не смели посягать на это знание.

Дни пролетали незаметно, и вот наступило двенадцатое число четвертого месяца.

— Печать Лазурного Дракона, Печать Золотого Дракона, Печать Серебряного Дракона… Печать Верховного Дракона!

Линь Юнь формировал Печать Верховного Дракона на вершине Небесного Истребления. С каждой новой созданной печатью он будто преодолевал пространство и время, входя в резонанс с истинными Королями Драконов.

В момент, когда Печать Верховного Дракона была окончательно завершена, семь столпов божественного света распустились в небе, подобно лепесткам цветка, и каждый из них протянулся на десятки тысяч чжанов.

Гул!

В одно мгновение облака над всем миром были сметены подчистую, и кристально чистое небо залило сияние семи цветов, словно явилось божественное чудо.

— Получилось, — на губах Линь Юня заиграла улыбка, а в глазах читалось полное удовлетворение.

Раньше он тоже владел Кулаком Верховного Дракона, но теперь, получив более полное наследие из Божественной кости Небесного Дракона и поддержку Божественного тела Небесного Дракона, Печать Верховного Дракона наконец явила свою истинную, верховную мощь.

Перед ним опустились три фигуры: его учитель Яогуан, а также Черный и Белый Императоры.

Белый Император выглядел расслабленным – наконец-то ему не нужно было бесконечно сражаться с Колышущимся Светом. Он усмехнулся:

— Молодой господин, ваш прогресс просто поразителен. Думаю, ваше мастерство в техниках племени драконов уже превзошло многих из тех, кто носит ранг Императора в Империи Божественного Дракона.

— Молодой господин? — Линь Юнь почувствовал себя неловко. — Предшественник, лучше не называйте меня так. Это… слишком непривычно.

Ему и раньше было не по себе, когда Белый и Черный Императоры называли его общим владыкой, но обращение «молодой господин» и вовсе вызвало у него мурашки по коже.

В конце концов, до похода в Мир Пустоты эти люди были для него легендарными фигурами из мифов, недосягаемыми существами.

Он еще не успел перестроить свое восприятие!

— Ха-ха-ха, да я просто подразнить тебя решил, — рассмеялся Белый Император, но тут же посерьезнел. — Хотя в этом есть доля шутки, решение называть тебя «молодым господином» мы с Сяохэем приняли после долгих обсуждений.

Линь Юнь с удивлением посмотрел на Черного Императора. Насколько он помнил, тот всегда был весьма рассудителен. Неужели и он согласился?

— Мы оба решили это не ради забавы, — заговорил Черный Император. — Мы признаем тебя своим господином, чтобы передать тебе всё наше мифическое величие и удачу.

— Последние три тысячи лет весь Куньлунь воспевал имена Девяти Императоров. Мы с Бай Ди, конечно, извлекли из этого немало пользы. Удача – вещь эфемерная, но ее присутствие ощущается вполне реально.

— Однако больше всех выиграла Божественная Императрица Драконов. Подобные легенды незримо подпитывают ее Божественное Преображение и удачу. Помимо мифической славы, на ее стороне еще и мощь целого государства. Ты не сражался с ней и не представляешь, насколько чудовищны эти накопленные ресурсы. Обычному человеку такое и вообразить не под силу.

— Всё это будет проявляться в ее божественных видениях, и ты окажешься в невыгодном положении. Именно поэтому мы с Бай Ди признаем тебя главой – чтобы через всех этих мастеров меча разнести весть по миру и произвести еще большее впечатление.

— Только подумай: если даже ты так поражен этим обращением, каково будет остальным?

Яогуан, стоявший рядом, вставил:

— Не приведет ли это к краху самого мифа о Девяти Императорах?

Едва договорив, Яогуан осознал, что, кажется, сам только что озвучил ответ.

— Именно крах мифа нам и нужен, — усмехнулся Белый Император. — С того момента, как мы решили помогать тебе, понятия «Девять Императоров» больше не существует. К тому же, наша миссия по подавлению тьмы была выполнена еще три тысячи лет назад.

Черный Император продолжил:

— Девять Императоров связаны друг с другом. Когда мы двое признаем тебя господином, ты по статусу становишься на ступень выше нее. Добавь к этому слухи, которые пошатнут ее легенду… И тогда, благодаря перераспределению сил, у тебя появится Небесная Судьба, чтобы бросить ей вызов.

— Это что-то вроде метафизики? — В раздумье спросил Линь Юнь.

Черный Император поднял голову и веско произнес:

— Если бы это было просто пустой теорией, разве ты чувствовал бы себя так неловко? Небесная Судьба на твоей стороне!

Линь Юнь глубоко вздохнул. Желал он того или нет, его уже вознесли на этот пьедестал.

Точно так же было с вызовом всему миру: он не произнес ни слова, но слухи разлетелись повсюду – Линь Юнь бросит вызов мечам мира именно в городе Небесного Истребления.

И по факту, он действительно сделал это здесь. Понятие «Небесной Судьбы» и впрямь было довольно туманным.

— Идемте, пора отправляться.

— Где будет проходить Великая Церемония Восхождения к Божественности? Во Дворце Императорской Тайны?

— Дворец Императорской Тайны не обладает должным статусом. Подобная церемония может проводиться лишь в одном месте – на Додзё Куньлуня, что у подножия горы Тайшань в Области Древних Святых.

— Тайшань? Та самая Тай?

Линь Юнь прищурился, и его сердце на мгновение пропустило удар.

Черный Император пояснил:

— Иероглиф «Тай» как в названии «Изначальное Начало». Гора Изначального Начала, сокращенно – Тайшань. Это центральная божественная гора Куньлуня. Если в будущем ты решишь восстановить Небесный Путь, тебе придется начинать именно с ее вершины.

Услышав это, Линь Юнь испытал сильное потрясение.

Все истории начались с Тайшани и на Тайшани же должны закончиться. Казалось, во всем этом действительно крылось само провидение.

— В путь!

Четверо спутников вместе с Маленьким Ледяным Фениксом двинулись в дорогу.

В этот миг весь мир Куньлуня пришел в движение. Великая Церемония Восхождения Императрицы собрала всех мало-мальски известных мастеров ранга Императора под небесами.

Церемония Восхождения!

С тех пор как Небесный Путь был прерван, на протяжении ста тысяч лет в Куньлуне не рождалось богов. Единственным исключением был Владыка Кровавой Луны три тысячи лет назад.

Но тот обрел божественность через подношения и веру паствы, что разительно отличало его от истинных богов, и нынешнее жертвоприношение Императрицы было совсем иного толка.

Если церемония завершится успехом и Императрица станет богом, это принесет миру невообразимые перемены.

К добру это будет или к худу – никто не мог сказать наверняка.

Многие знали изнанку событий и то, какую цену и методы выбрала Императрица для своего вознесения.

Но кроме этого, весь свет снедало любопытство: явится ли на зов приглашения молодой господин Цзанхуа?

http://tl.rulate.ru/book/70839/20760250