Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2351: «Гнев Императрицы»

Тяньсюань-цзы оказался картиной! Линь Юнь застыл в потрясении. В вышине небес чья-то рука перехватила свиток, который на его глазах взмывал всё выше, леко увлекаемый ветром. Этот силуэт… он казался знакомым! Южный Император! Лицо Линь Юня исказилось, он вгляделся пристальнее, и его охватил неописуемый шок. Это действительно был он! Когда Линь Юнь обнажил меч в мире Лазурных Небес, из него вырвалась одержимая воля Южного Императора, и тогда юноша впервые мельком увидел его черты. Тот облик был так же безупречно прекрасен, как и у Тяньсюань-цзы, но видение исчезло слишком быстро, чтобы Линь Юнь успел всё осознать. К тому же у Южного Императора были черные волосы, а у Тяньсюань-цзы – золотые, поэтому он никогда не связывал их между собой.

Но теперь, размышляя об этом, он понимал: если не считать цвета волос, Тяньсюань-цзы и Южный Император были похожи как две капли воды. И те стихи! В день первой встречи с Тяньсюань-цзы в секте Плывущих Облаков Юй Цинфэн оставил строки: «Кто знает, что сердце моё подобно луне, кто смеется, тот сам – лишь раб картины». Раб картины! Юй Цинфэн давно знал правду, просто не мог сказать прямо. Для Тяньсюань-цзы всё это было слишком печально. Гений, которого все считали величайшим практиком ниже ранга Императора в регионе Древней Пустоши, на поверку оказался лишь изображением.

— Тяньсюань-цзы – это картина? — Шептались вокруг. — Как такое возможно? Это слишком странно. Уходим скорее… здесь больше нельзя оставаться… — Великие святые Цзюэмин, Фугуан и остальные стояли с разинутыми ртами, чувствуя, как волосы на голове встают дыбом от ужаса. Придя в себя, они поспешно взмыли в воздух, стремясь поскорее покинуть это проклятое место. Люди из секты Меча провожали их взглядами, но преследовать не стали – сейчас было не до счетов.

— Так вот оно что… так вот оно что… — Е Гухань смотрел вслед улетающему свитку, и в один миг все его сомнения разрешились. На драконьем троне сидела кошка Цзюли, потерянно глядя в небо. В её глазах читались скорбь и смятение. Спрыгнув с трона, она подбежала к Е Гуханю, который, узнав её, протянул руки, позволяя запрыгнуть в объятия. Кошка раскрыла пасть, и в ней показалась сияющая золотая нефритовая пластина. Е Гухань прищурился. Это было новое боевое искусство, созданное Тяньсюань-цзы на основе слияния Драгоценного Руководства Сокровенных Небес и Канона Меча Тайсуань. Он лишь заложил фундамент, а совершенствовать технику предстояло уже Е Гуханю. Оказалось, Тяньсюань-цзы всё продумал заранее – сегодняшний приход сюда изначально был для него дорогой в один конец.

С грохотом Линь Юнь опустил Божественный Треножник Лазурного Дракона на платформу Дао, отчего пик Алого Неба содрогнулся. — Старший брат-наставник, — Линь Юнь подошел к Е Гуханю. Его голос дрогнул. — Тяньсюань-цзы в бою со мной намеренно искал смерти. И… он не нанес смертельного удара. Должно быть, он помнил о вашей дружбе.

Во время схватки Линь Юнь долго не мог нащупать брешь между иллюзией и реальностью, а его собственных козырей было недостаточно. Если бы бой затянулся и враг привык к давлению Священного Одеяния Небосвода, Линь Юнь, скорее всего, проиграл бы. Но Тяньсюань-цзы сам подсказал ему, где искать слабое место, произнеся те слова: «Убей меня, не жалей, ибо я жалеть не стану». Стоило ему решиться на смертельный выпад, как он неизбежно должен был открыться. Линь Юнь рискнул, развеяв одеяние, пока оно еще держалось, и расчет оправдался. Единственное, чего он не ожидал – Тяньсюань-цзы в конце концов обманул его, пощадив в последний миг. Если бы та ладонь действительно ударила в полную силу, даже Верховное тело Бога-Дракона могло не выдержать. Линь Юнь мог лишь приписать это милосердие старой дружбе врага с его старшим братом.

— Ты винишь себя? — Спросил Е Гухань, глядя на юношу. — Не стоит. То, что он сделал с сектой Меча, пусть и по чужой указке, всё же было сделано его руками. Сегодня наша секта едва не была уничтожена, и это его вина. Он заслуживает жалости, но он же заслуживает и ненависти. Если бы ты не сделал этого, я бы сам его убил.

Линь Юнь глубоко вздохнул:

— Мой меч убивает без сожалений, но всё же эта победа кажется мне не совсем честной. — Е Гухань ответил: — Оставим это. Три святых земли отступили, но испытание наставника вошло в решающую стадию. Эта Императрица так просто всё не оставит.

— Каково сейчас состояние наставника? — Линь Юнь с тревогой посмотрел вглубь секты, где полыхало кроваво-красное сияние меча. Там витало нечто ужасающее, куда не рискнул бы ступить даже пиковый великий святый. С нынешней силой Линь Юнь не мог разглядеть деталей. — Сейчас идет битва сердец, — мрачно пояснил Е Гухань. — На этом этапе нужно сразить демона сердца. После этого начнется поглощение священной жилы секты Меча, чтобы противостоять божественному испытанию Небесного Дао. Это будет самый важный шаг.

Лицо Линь Юня изменилось:

— Старший брат, ты боишься вмешательства тех, кто достиг ранга Императора? — Е Гухань кивнул: — Тяньсюань-цзы был идеальной фигурой, не нарушающей правил. Теперь его нет, и ничто не мешает этой Императрице окончательно сбросить маски. — В этот момент подошел великий святой Цанман. — Пусть только попробует, — холодно бросил он. — Она сильнейшая в мире, но ей не истребить всех Императоров поднебесной. Мой клан Лазурного Дракона уже тайно направил сюда своих мастеров этого ранга. Если ты, молодой господин Цзанхуа, согласишься стать Повелителем Лазурных Драконов, наш клан будет в твоем распоряжении, и даже Императоры склонятся перед твоим приказом!

Эти слова воодушевили всех присутствующих. Святой Владыка Божественного Феникса добавил, глядя на Линь Юня:

— Императоры горы Божественного Феникса тоже прибыли. Если она нарушит правила, мы не отступим. Брат Линь, можешь быть спокоен. — Господин Гуй в маске шагнул вперед: — Молодой господин Линь должен знать: госпожа Ань ныне приняла наследие Императора Демонов. В будущем она возглавит Демонические Врата и также сможет прийти к вам на помощь.

— Ань Люянь! — Воскликнул Линь Юнь. — Как она сейчас? — Господин Гуй ответил:

— Принятие наследия – мучительный обряд. Отныне Ань Люянь больше нет, есть лишь владычица Демонических Врат. Но перед началом церемонии её единственным условием была помощь Яогуану в прохождении испытания. — Сердце Линь Юня сжалось: он был слишком многим обязан этой женщине.

Су Цзыяо подошла к нему:

— Муж поклялся восстановить Небесный Путь. Если дело дойдет до этого, Священный Союз не останется в стороне. — Линь Юнь окинул всех взглядом и произнес: — Есть еще кое-что, о чем я должен вам сказать. Юй Цинфэн обещал мне: если возникнет нужда, он обязательно вмешается! — У людей загорелись глаза. Кто такой Юй Цинфэн? Император Меча, живая легенда, один из Девяти Императоров. Хотя многие и догадывались, что он стоит за сектой Меча, слова Линь Юня окончательно подтвердили это. У каждого клана были свои Императоры, но ни одного уровня «живой легенды». С Юй Цинфэном на их стороне ситуация в корне менялась.

Линь Юнь повернулся к Му Сюанькуню:

— Глава секты, предлагаю поступить так: отослать остальных учеников, а нам остаться на пике Алого Неба, чтобы защитить священную жилу. Даже если нападут Императоры, под защитой Божественного Треножника Лазурного Дракона наши жизни будут в безопасности. — Это тот самый треножник? Оставленный Божественным Предком? — Глаза великого святого Цанмана вспыхнули от восторга. Остальные тоже были потрясены. Здесь собрались не случайные люди, и каждый слышал легенды о Божественном Предке Лазурного Дракона.

— Да, это он, — с воодушевлением произнес Линь Юнь. — С таким сокровищем секта Меча, выстояв сейчас, в будущем непременно станет Святой Землей! — В этом треножнике хранилось бесчисленное множество техник, которыми до сих пор пользовались потомки Божественного Предка Пустоши. Этого было более чем достаточно для возвышения секты. — Хорошо, поступим так, как велит молодой господин Цзанхуа, — улыбнулся Му Сюанькунь. После этой битвы он окончательно признал авторитет юноши.

Все засуетились, делая последние приготовления. Линь Юнь тоже не сидел сложа руки: используя обе техники меча, он притянул к себе разлетевшиеся осколки Священного Одеяния Небосвода. Хотя оно и было разрушено, он сам инициировал этот процесс, так что в будущем восстановить артефакт будет не так уж сложно.

Тем временем картина, в которую обратился Тяньсюань-цзы, преодолевая пространство, мчалась подобно вспышке света в сторону Империи Божественного Дракона, что в регионе Святой Земли. Над Дворцом Императорской Тайны Божественная Императрица Драконов, восседавшая на троне, властным жестом притянула свиток к себе и крепко сжала его в руке. На золотых облаках, помимо неё, собрались и другие из Девяти Императоров: Император Сабли, Серебряный Король Драконов, Черный Император, Белый Император и Пламенный Император. Все они от начала до конца следили за великой битвой в секте Меча.

Лицо Божественной Императрицы Драконов было холодным как лед. — Этот никчемный Тяньсюань-цзы… Всего лишь раб картины, неспособный на великие дела. Зря Мы возлагали на него такие надежды и тратили годы на его обучение. Какая дерзость! — Каждое её слово заставляло мир содрогаться, словно в гневе кричало само Небо, а в пустоте сверкали молнии. — Раб картины посмел иметь собственное мнение и без Нашего дозволения искать смерти! Откуда в нем такая наглость? — Присутствующие молчали, их чувства были смешанными. Лишь они знали правду: Тяньсюань-цзы был создан самой Императрицей по образу Южного Императора, с учетом её собственных предпочтений. Они сочувствовали ему, ведь долгое время он даже не подозревал о своем происхождении и был предан Императрице до глубины души. Узнав правду, он всё равно остался послушным орудием. Он был готов предать дружбу с Е Гуханем и чувства к Яогуану, лишь бы оставаться её пешкой.

Белый Император, прихлебывая вино, шепнул Черному Императору:

— Сяохэй, как думаешь, она притворяется или правда так зла? Говорят, даже к собаке привыкаешь, а тут человек… Хоть он и нарисован, в нем была кровь Южного Императора и её собственная сила. Не может быть, чтобы она совсем ничего не чувствовала. Как же жаль этого беднягу, неудивительно, что он искал смерти. Будь я на его месте, я бы тоже так поступил. Ну скажи хоть слово, Сяохэй.

Черный Император ответил вслух, не таясь:

— По-моему, ты сам ищешь смерти. Твоя техника передачи голоса за сотни лет ничуть не улучшилась, неужели ты думаешь, что остальные тебя не слышат? — Белый Император замер, поднял взгляд и встретился с испепеляющим взором Императрицы. — Я просто пошутил, — неловко улыбнулся он. — Пусть старцы из трех святых земель ищут возможность нанести удар, — ледяным тоном произнесла Императрица. — Если Юй Цинфэн решит вмешаться, на этот раз Мы лично его остановим. Мы больше не намерены его терпеть.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20760084