Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2339: «Яогуан непопираем!»

Му Сюанькун стоял с мечом в руках на голове дракона, в которую обратился великий святой Цанман. Его окутывало ослепительное сияние меча, а со всех сторон к нему устремлялись потоки густой энергии земли.

Эта энергия была настолько плотной, что стала видимой глазу – призрачные всполохи света непрестанно вливались в тело Му Сюанькуна.

То была не только энергия священной жилы горных врат, но и наследие героических духов, накопленное сектой Меча за сотни тысяч лет: остаточная воля и одержимая воля бесчисленных павших предков.

Лишь благодаря такой поддержке Му Сюанькун, находясь на пике силы святого лорда, мог подавлять глав трех великих святых земель в самих горных вратах секты Меча.

Картина была поистине жуткой.

Лазурный Дракон, в которого превратился великий святой Цанман, обвивал гору, и даже достигнув вершины, продолжал накручивать кольца.

В мгновение ока он поднялся над пиком на тысячи чжанов, Телом Лазурного Дракона заперев великого святого Фугуана и его соратников, словно на дне колодца.

Нападавшие, охваченные смесью страха и ярости, пустили в ход все свои средства, отчаянно пытаясь переждать этот натиск.

Столь грандиозное зрелище придало защитникам секты Меча огромные силы.

Пик Божественного Неба.

Здесь оборону держал Е Гухань. Его противниками были двое великих святых из секты Сияния – мастера с глубочайшей культивацией, постигшие Драгоценное Руководство Солнца и Луны на высочайшем уровне.

Что важнее всего, один из них мастерски владел Святым Путем Солнца, а другой – святым путем Великой Луны, и их слаженность была безупречной.

Противостоя этим старым великим святым, Е Гухань не выказывал ни тени страха. Пусть его культивация и уступала вражеской, он владел вечным Святым Путем Пространства.

К тому же, одновременно применяя Канон Меча Тайсуань и Драгоценное Руководство Сокровенных Небес, он не только не уступал в бою двоим противникам, но и порой теснил их.

Однако, к сожалению, он не мог высвободиться для помощи другим!

Помимо двух святых Сияния, на пик Божественного Неба высадились еще двое: Старец Увядания и Процветания из Семи Святых Черной Горы и святой старейшина секты Небесного Пламени.

Старец Увядания и Процветания обладал колоссальной силой, еще много лет назад достигнув пика совершенства великого святого. Он одновременно владел путями Жизни и Смерти, а его техника сабли Увядания и Процветания была причудливой и крайне опасной.

Его противником стала Маленький Ледяной Феникс. Она с трудом сдерживала его натиск, полагаясь на печати футляра для мечей Пурпурного Иволга.

К этому моменту футляр собрал четыре высшие божественные печати: Полярного Ветра, Десяти Тысяч Громов, Солнца и Луны, а также Кармического Пламени.

Будь перед ней обычный великий святой, Маленький Ледяной Феникс справилась бы без труда.

Но Старец Увядания и Процветания был слишком крепким орешком, а ее собственная культивация все же оставляла желать лучшего.

Она до сих пор не прорвалась на стадию святого лорда, а потому не могла в полной мере раскрыть мощь футляра. Ей приходилось лишь обороняться, оставаясь в пассивном положении.

— Какая жалость, Мы не успели собрать все семь высших божественных печатей… — в душе Маленького Ледяного Феникса росла досада.

Собери она все семь, футляр для мечей Пурпурного Иволга сам по себе стал бы подобен нерушимой святой земле. Его мощь возросла бы до невообразимых пределов, превзойдя даже высшие священные сокровища и став чем-то, с чем не сравнится ни одно божественное оружие.

Эх, будь этот подонок сейчас здесь…

В конце концов, Пурпурный Иволга оставил этот футляр именно ему. С его достижениями в Дао меча и священным Дао Реинкарнации он смог бы управлять им идеально.

Пока Маленький Ледяной Феникс размышляла, ее противник, Старец Увядания и Процветания, пребывал в крайнем раздражении. Его лицо исказилось от злости.

Пусть он и не мог одолеть «Императрицу», та за словом в карман не лезла.

— Старик, ты что, не обедал? Совсем сил нет!

— Мы в свои лучшие годы таких старикашек, как ты, по десять штук за раз укладывали.

— Столько лет прожил, кровь и энергия увяли, а шанса стать Императором так и нет… Хи-хи, старик, тебе ведь горько, да? Каждую ночь, небось, на пальцах считаешь, сколько дней тебе до могилы осталось!

— Хи-хи, зачем тебе надрываться за Тяньсюань-цзы? Назови Нас дедушкой, и Мы, может быть, подумаем, как продлить твою никчемную жизнь!

Старец Увядания и Процветания был вне себя от ярости. Особенно его задели насмешки над увядающей кровью и отсутствием шанса на титул Императора – это ударило по самому больному.

К тому же эта девчонка даже не достигла стадии святого лорда! Обычный муравей, которого он должен был раздавить одним движением, сегодня никак не поддавался.

Этот странный футляр с четырьмя высшими печатями, защищавшими ее со всех сторон, и неведомые боевые техники доводили его до белого каления.

— Будь ты проклята! Ты меня до могилы доведешь! Откуда ты вообще взялась, девка?!

Старик неистово атаковал саблей, каждым ударом легко разрывая пространство. В смене жизни и смерти таился истинный ужас.

Его не зря звали Увяданием и Процветанием – то был не просто титул. Одним помыслом он мог распоряжаться чужой жизнью. Под его властью даже обратившись в духа, враг не мог избежать мучений.

— Хе-хе, тогда слушай внимательно! — Маленький Ледяной Феникс стояла на парящем в воздухе футляре для мечей Пурпурного Иволга, с улыбкой глядя на врага. В ее глазах читалось бесконечное превосходство. — Мы – Великий Император, Попирающий Небеса, Высшая Владычица тридцати шести небес и семидесяти двух земель, четырех морей и восьми пустошей из божественного клана Феникса!

Пытка, сущая пытка!

Она еще не закончила перечислять титулы, а лицо Старца Увядания и Процветания уже позеленело. Он не верил ни единому слову, считая, что девчонка просто издевается над ним.

Е Гухань, сражавшийся один против двоих, не удержался от смешка, хотя ситуация к веселью совсем не располагала.

Им-то двоим было еще ничего, но настоящей бедой пика Божественного Неба стал Му Чуань.

Черпая энергию земли из недр пика Шэньсяо, Му Чуань изо всех сил пытался противостоять великому святому Сюаньцзюню из секты Небесного Пламени.

Тот значительно уступал Старцу Увядания и Процветания, но все же оставался грозным великим святым.

Энергии земли на пике Шэньсяо было немного, а культивация Му Чуаня была даже ниже, чем у Маленького Ледяного Феникса. Спустя всего несколько десятков обменов ударами он уже был серьезно ранен.

Если бы не помощь Маленького Кота-Вора, он бы давно пал.

Но даже вдвоем с котом положение было скверным; поражение оставалось лишь вопросом времени.

Спустя десять ударов великий святой Сюаньцзюнь одним выпадом ладони отбросил Му Чуаня прочь.

Хруст!

Грудь Му Чуаня была пробита насквозь. Он упал на землю, едва дыша; жизнь стремительно покидала его тело.

— Ученики Яогуана только на это и способны. Если бы не защита энергии земли, от тебя после этого удара и костей бы не осталось! — Сюаньцзюнь холодно хмыкнул и перевел взгляд на летящего к нему Маленького Кота-Вора.

Шипение! Поняв, что дело плохо, Маленький Кот-Вор на лету развернулся и бросился наутек. Подскочив к Му Чуаню, он вцепился зубами в его воротник и потащил прочь.

Видя это, Сюаньцзюнь презрительно усмехнулся:

— Именитый ученик Яогуана, а проку меньше, чем от кота.

Он огляделся, выбирая между Маленьким Ледяным Фениксом и Е Гуханем. Теперь, когда он освободился, любое его вмешательство мгновенно нарушило бы равновесие.

— Сюанькун, старый хрыч, хватит болтать! Помоги мне прикончить эту девку, ее футляр – сокровище из сокровищ! — Старец Увядания и Процветания, видя, что тот красуется после победы над юнцом, разразился ругательствами.

Сердца Маленького Ледяного Феникса и Е Гуханя сжались.

— Он еще не совсем подох. Если личный ученик Яогуана погибнет, тот наверняка почувствует это даже во время испытания. Интересно, пошатнет ли это его душевное равновесие? — Сюаньцзюнь хищно осклабился. Он не собирался оставлять Му Чуаня в живых и, рванувшись вперед, занес ладонь для последнего удара.

Вуум!

Но в этот миг молниеносно промелькнул мечный свет. Звон клинка, мелодичный, словно драконий клич, заполнил воздух, и острие меча вонзилось точно в центр ладони великого святого Сюаньцзюня.

Бам!

Сюаньцзюнь вскрикнул и был отброшен назад силой мечного сияния.

Топ! Топ! Топ!

Он отступил на несколько шагов, прежде чем обрел равновесие. Посмотрев на ладонь, он увидел сочащуюся кровь – под воздействием намерения меча рана никак не желала затягиваться.

В ярости Сюаньцзюнь вскинул голову. Рядом с Му Чуанем неведомо когда появился статный молодой мечник.

— Цзянь Цзинтянь! — Воскликнула Маленький Ледяной Феникс, не скрывая удивления.

Пришедшим был глава секты Плывущих Облаков, пятый ученик Яогуана, некогда занимавший первые места в трех списках и гремевший на все Восточные Пустоши – Цзянь Цзинтянь.

Тот вскинул бровь и с улыбкой отозвался:

— Приятно, что госпожа Феникс еще помнит меня.

Цзянь Цзинтянь, преодолевший свою демоническую преграду и разбивший внутреннюю клетку, казалось, помолодел. В нем больше не было ничего от того дряхлого старика, коим он казался прежде.

На самом деле он был совсем не стар – ему не исполнилось и пятидесяти, что по меркам Святого Пути делало его младшим из младших.

Е Гухань, сражавшийся против двоих, тоже облегченно вздохнул при виде брата.

Но не успел он поприветствовать его, как лицо его исказилось от тревоги:

— Младший брат, берегись!

— Ты посмел меня ранить?! — Вне себя от бешенства, великий святой Сюаньцзюнь бросился в атаку на Цзянь Цзинтяня.

— Старший брат-наставник, не беспокойся! Смотри, как я с ним разделаюсь, ха-ха-ха! — Цзянь Цзинтянь громко рассмеялся. Резким движением кисти он развернул меч так, что лезвие легло вдоль его предплечья.

Левую руку он прижал к сердцу, складывая печать. В миг, когда печать была завершена, намерение меча в нем начало стремительно расти.

В мгновение ока оно прорвало оковы намерения божественного света и продолжило неистово раздуваться. Сияние его меча стало настолько ярким, что казалось, само солнце должно померкнуть перед ним.

Он достиг пика совершенства намерения меча Сияющего Солнца, и тогда его левая рука резко метнулась вперед.

Бам!

Владения меча Сияющего Солнца взорвались мощью. Бросившийся в атаку великий святой Сюаньцзюнь не успел среагировать и был с силой отброшен назад.

Под гнетом этого колоссального величия он внезапно почувствовал себя ничтожно малым.

— Ищи смерти! — Лицо Сюаньцзюня перекосило. Сдерживая гнев, он призвал свиток звездного облика и обрушил свою область Дао на противника.

Цзянь Цзинтянь и не думал паниковать. С легкой улыбкой, словно прогуливаясь, он отступал назад, левой рукой играючи отражая смертоносные приемы врага.

А меч, прижатый к правой руке, так и оставался неподвижен.

Он сражался одной рукой!

— Ты смеешь меня поносить?! — Сюаньцзюнь окончательно потерял самообладание. Он высвободил всю свою мощь великого святого: расцвел цветок Дао, и миллионы правил Святого Пути закружились вокруг него.

Грохот! Ужасающее величие великого святого заставило весь пик Божественного Неба содрогнуться.

— Великий святый? — Цзянь Цзинтянь усмехнулся. — Прости, но я тоже на этой стадии.

В одно мгновение он явил свою истинную остроту – из его тела вырвалось величие великого святого, ничуть не уступающее вражескому.

Бам! Два удара ладонями столкнулись, породив оглушительный взрыв. От этого столкновения невозможно было отвести взгляд.

К счастью, Маленький Кот-Вор, обратившись в Древнюю Драконью Обезьяну, успел унести Му Чуаня подальше, иначе одна лишь взрывная волна лишила бы того последних остатков жизни.

— Пятый младший брат! — Му Чуань, лежа на плече Древней Драконьей Обезьяны, смотрел на это со слезами на глазах. Он всхлипывал:

— Учитель, вы видите? Вы видите?! Пятый младший брат вышел из тьмы! Он не подвел вас, он действительно не подвел вас!

Цзянь Цзинтянь когда-то был той болью, о которой никто в ветви Яогуана и во всей секте Меча не смел говорить вслух.

Его талантом в Дао меча восхищался сам Яогуан – такой дар встречается раз в тысячу лет. Он впитал все учения наставника и даже постиг утраченные секреты меча Великого Небосвода.

Он был надеждой всей секты Меча!

Но он попался в ловушку Тяньсюань-цзы и был вынужден дать клятву никогда не покидать секту Плывущих Облаков, тем самым заточив себя в клетку и породив в душе демоническую преграду.

Му Чуань, фактически вырастивший Цзянь Цзинтяня, не мог сдержать рыданий. Кто теперь посмеет сказать, что у Яогуана не осталось достойных преемников?

Цзянь Цзинтянь одной рукой громил великого святого!

— Ученик Яогуана… Я как раз и пришел убивать учеников Яогуана! — Сюаньцзюнь помрачнел. Скрестив ладони с Цзянь Цзинтянем, он втайне копил силы во второй руке.

Но стоило ему лишь начать движение, как вспышка меча прошила его ладонь. Клинок вошел в плоть, дробя кости, и вышел у самого плеча.

Он был быстр, но Цзянь Цзинтянь оказался быстрее!

— Яогуан непопираем! — Холодно бросил Цзянь Цзинтянь. Намерение меча взорвалось, и рука врага разлетелась в клочья.

Хруст! Великий святой Сюаньцзюнь отлетел прочь и рухнул на землю, заходясь в истошном крике. Из его изуродованного плеча кровь била фонтаном.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20760072