Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2206: «Великое Дао Реинкарнации!»

— Чтобы обрести Великое Дао Реинкарнации, нужно искать ответы в Мече Первого Встречного Мига… Это искусство меча должно быть доведено до совершенства.

Линь Юнь быстро составил план.

До того как во внешнем мире окончательно стемнеет, оставалось еще какое-то время; в Тайном царстве Пурпурного Иволга это равнялось примерно шести дням.

Линь Юнь решил посвятить первые два дня укреплению своего божественного тела и изучению двух канонов меча, а всё оставшееся время отдать тренировкам Меча Первого Встречного Мига.

Хотя он знал этот стиль как свои пять пальцев и, казалось, достиг в нем предела, всегда было куда расти.

Первым делом он занялся Божественным телом Лазурного Дракона. Оно находилось всего в полушаге от того, чтобы явить божественную печать.

Как только божественная печать Лазурного Дракона будет сформирована, тело перейдет на следующий этап, и можно будет начать закалку полноценной Души Дракона.

Тело Дракона, Душа Дракона, Величие Дракона – эти три этапа в точности соответствовали девяти уровням Божественного искусства Лазурного Дракона.

Канон Меча Тайсуань пока не поддавался улучшению – в нем по-прежнему оставалось пять святых мечей. Писание Меча Дракона и Феникса, Дарующее Конец Свету, сейчас было нацелено на достижение девятого уровня, и надеяться на скорый прорыв не приходилось.

— Всё это пока слишком разрозненно. Вот бы настал день, когда я смогу слить всё это воедино, превратив в одну-единственную технику, — негромко проговорил Линь Юнь и сам невольно рассмеялся своим словам.

Всё это были боевые искусства Драконьего ранга, дошедшие из глубокой древности. Если бы Небесный Путь всё еще существовал, по ним можно было бы достичь ранга божества.

Попытка слить их воедино могла оказаться не под силу даже древним богам.

— Сначала не будем об этом думать. Нужно заложить прочный фундамент, а затем всеми силами штурмовать Реинкарнацию!

Линь Юнь был полон боевого духа и быстро погрузился в самозабвенную тренировку.

Время шло, и вот, два дня пролетели как миг. Под древом Утун внезапно раздался яростный драконий клич.

От тела Линь Юня хлынуло ужасающее Величие Дракона. В его море сознания, прямо между бровей, начал медленно зарождаться прообраз Души Дракона.

В то же время у него на груди проявился законченный узор божественной печати. Линии были свирепыми и властными, наполненными эстетикой чистой силы.

Линь Юнь слегка напрягся и мгновенно почувствовал, как его мощь возросла до небес; божественная печать Лазурного Дракона наполнила его пальцы сокрушительной энергией.

Но по-настоящему ценным приобретением была Душа Дракона в море сознания!

Сейчас она была лишь зачатком, но по мере того, как божественных печатей будет становиться всё больше, Душа Дракона будет только крепнуть.

В будущем это позволит ему чувствовать себя куда увереннее в боях против мастеров духовной силы; те небесные мастера Сюань из Куньлуня станут для него куда меньшей угрозой.

Однако радость длилась недолго – Линь Юнь быстро отбросил лишние мысли. Он сжал кулаки и прошептал:

— Теперь – на штурм Реинкарнации!

Сейчас в его голове была лишь одна цель – Реинкарнация!

Пока Линь Юнь упорно тренировался, в одном из великолепных, древних и величественных залов горы Божественного Феникса великий святой Чанкун, святой лорд Синхэ и святая лорд Цинхэ с глубоким почтением взирали на одного человека.

Тот восседал на Троне Феникса. Он выглядел совсем молодым, с правильными и очень красивыми чертами лица; всё его существо излучало благородство.

На голове его была золотая корона, а роскошные белые одежды расшиты золотыми нитями. Это был не кто иной, как Святой Владыка Божественного Феникса!

Выслушав подробный рассказ о событиях, Владыка негромко спросил:

— Значит… вы все признаете его силу?

— Да. «Святой Меча Погребения Цветов» – это вовсе не пустые слова вежливости, — честно ответил великий святой Чанкун.

Святая лорд Цинхэ добавила:

— А ту таинственную особу, что называет себя Великой Императрицей, Попирающей Небеса, крайне сложно раскусить. Ведет она себя вызывающе, но её ауру невозможно подделать.

— Хорошо.

Святой Владыка Божественного Феникса произнес лишь это слово и замолчал.

Чанкун и Цинхэ не смели вставить ни слова, и только Синхэ, заметно нервничая, явно хотел что-то сказать.

— Синхэ, тебе есть что добавить? — Святой Владыка улыбнулся и заговорил неспешно.

Святой лорд Синхэ кивнул:

— Раз Святой Владыка признал его, не лучше ли встретиться с ним прямо сейчас? Заодно можно было бы побольше узнать об этой Императрице.

Из этой троицы именно Синхэ был в самых близких отношениях с Линь Юнем и больше всех ему сопереживал. В Небесных Руинах их связала дружба, скрепленная смертельной опасностью; юноша, можно сказать, спас ему жизнь, и Синхэ всегда об этом помнил.

Святой Владыка поднял взгляд и усмехнулся:

— Ты хочешь сказать, что я проявил к нему неуважение?

Синхэ ответил, не меняясь в лице:

— Нет, просто он прибыл сюда по личному приглашению Святого Владыки, и было бы правильно, если бы Владыка встретил его лично.

При этих словах Чанкун и Цинхэ невольно переглянулись: такая речь граничила с непочтительностью. Чанкун нахмурился и строго произнес:

— Он всё же всего лишь младший. Святой Владыка не отказывается от встречи, он просто дает ему возможность отдохнуть несколько дней.

Владыка махнул рукой и рассмеялся:

— Синхэ, ты меня неправильно понял. Я не пренебрегаю им. Напротив, я не смею проявлять к нему неуважение, и именно поэтому решил подождать пару дней перед встречей.

Эти слова заставили троих присутствующих перемениться в лицах; каждый был крайне удивлен.

Святой Владыка поднялся с трона:

— Изначально я пригласил его лишь из любопытства, желая узнать, откуда у него эти ноты. У него есть даже «Мелодия Феникса, Воспевающая Сердце», которая была утеряна нашей горой много лет назад.

— Но получив ваши вести, я пришел к иному выводу. Его нельзя принимать просто как талантливого юнца.

— Что же Владыка имеет в виду? — Спросил Синхэ.

Святой Владыка на мгновение задумался:

— Возможно, он мог бы стать парой для Си-эр.

Великий святой Чанкун замер, а затем ошеломленно спросил:

— Неужели Владыка и впрямь думает взять его в зятья?

— Ха-ха-ха-ха!

Святой Владыка рассмеялся, услышав это, и лишь спустя время ответил:

— Если они оба будут не против, то почему бы и нет. Но я имел в виду другое: я хочу, чтобы он сопровождал Си-эр на её пути.

— В том месте погибло слишком много людей. У меня всего одна любимая дочь, и я искренне не хочу, чтобы она тоже сгинула в том мире. Если Линь Юнь будет рядом, то, учитывая его характер и силу, я смогу быть спокоен – если только он даст слово.

Все трое были потрясены до глубины души, особенно Синхэ, который и представить не мог, что у Владыки такие далеко идущие планы.

Чанкун нахмурился:

— Идея Владыки хороша, Линь Юнь действительно надежен, как и все из ветви Колышущегося Света, за их характер можно не переживать. Но боюсь, свободных мест уже не осталось. Да и если бы они были, не факт, что он сам захочет пойти.

Святой Владыка Божественного Феникса долго молчал, и лицо его стало серьезным:

— Да, в этом и проблема. Даже если он отправится туда, не факт, что он вернется живым. Поэтому мне нужно знать, чего он хочет на самом деле. Еще до вашего прихода я отправил письмо в Священный Союз, и на днях на гору Божественного Феникса должен прибыть один его старый знакомый.

Синхэ вставил:

— Владыка, я могу примерно догадываться о его помыслах.

— Говори.

— То, что он отдал осколок божественного пламени маленькой принцессе, помимо личной дружбы, скорее всего, было жестом доброй воли в сторону горы Божественного Феникса. Яогуану осталось два, максимум три месяца до того, как он будет обязан пройти через испытание, иначе его жизненные силы просто иссякнут, — рассудил Синхэ.

Святой Владыка выслушал это, не меняясь в лице; он и сам догадывался о чем-то подобном.

Великий святой Чанкун добавил:

— Если так, то Линь Юнь тем более не согласится. Если он пойдет с принцессой, то велик шанс, что он не успеет вернуться вовремя.

Святой Владыка задумчиво произнес:

— Этого я и опасаюсь. Поэтому мне нужно понять, что ему по-настоящему нужно. Синхэ, теперь ты понимаешь, почему я не спешу с ним встречаться?

Святой лорд Синхэ поспешно кивнул, признавая, что ошибся в своих подозрениях. Он думал, что Владыка пренебрегает Линь Юнем, но тот, оказывается, заглянул куда дальше.

— Не принимайте его за простого юношу или младшего. Теперь он тоже Святой Меча, и с этим нужно считаться.

— В ближайшие дни покажи ему наши владения, — распорядился Святой Владыка. — И подготовь для него достойные дары. Он только что стал святым лордом и наверняка нуждается в ресурсах. Помни: не скупись. Всё, что получает Цзыси, можешь давать и ему.

Синхэ вздрогнул от удивления: щедрость Владыки была поистине безграничной.

— Когда прибудет человек из Священного Союза, я встречусь с ним лично. Пришло время и ему послужить великому делу, — произнес Святой Владыка Божественного Феникса, глядя куда-то вдаль.

Тайное царство Пурпурного Иволга.

Призрачное божественное сияние окутывало древо Утун. В его тени прекрасный юноша в зеленых одеждах, чей облик был преисполнен неземного изящества, стремительно двигался с длинным мечом в руках.

Свист! Свист!

Клинок вибрировал, вызывая порывы ветра и рокочущие раскаты грома.

Со стороны казалось, что натиск его меча несет в себе гордое одиночество того, кто достиг самой вершины. В сиянии божественного света возникала иллюзия: фигура то приближалась, то отдалялась, и в этом танце само пространство, казалось, искажалось.

Можно было подумать, что дело в пространстве, но присмотревшись, становилось ясно: в беспорядок пришло само время.

Связь между выпадами казалось полностью лишенной причинно-следственной логики: клинок еще не коснулся цели, а впереди уже вспыхивали искры от ударов. Стоило вглядеться – и форма меча уже перескакивала к следующей фазе.

Тот, кто оказался бы в центре такой атаки, столкнулся бы не только с пространственным хаосом, но и с временной неразберихой, к которой невозможно адаптироваться.

Этим мечником в зеленых одеждах был, конечно же, Линь Юнь.

— Реинкарнация Мига!

С яростным криком Линь Юня его священное одеяние вздулось. Он словно пробил невидимую преграду, описав в воздухе дугу, а когда вернулся в исходную точку и поднял взгляд, то сам замер от ужаса.

Перед Линь Юнем стоял еще один Линь Юнь – тот самый, каким он был за мгновение до этого. Его удар буквально вернулся в прошлое, на один миг назад.

Пронзительный звук!

От неожиданности Погребение Цветов вонзился в тело «прошлого» Линь Юня на полдюйма. Юноша поспешно убрал меч в ножны и, коснувшись земли, брызнул кровью, отшатнувшись на несколько шагов.

Он опустил взгляд: на его груди зияла рана, из которой непрерывно текла кровь.

Линь Юнь застыл в полном оцепенении. Что произошло?

Маленький Ледяной Феникс под водопадом резко открыла глаза. Увидев, что Линь Юнь ранен, она молнией бросилась к нему.

— Ты… что с тобой случилось? — Она в ужасе ахнула.

На Линь Юне было Священное Одеяние Лазурной Скорби с тысячами печатей – совершенный магический щит, который не всегда под силу пробить даже Золотому Ядру. А теперь этот меч оставил в нем дыру.

— Я… я… кажется, я постиг Реинкарнацию? — Линь Юнь пришел в себя, всё еще не до конца веря своим словам.

Последние четыре дня он только и делал, что тренировал Меч Первого Встречного Мига, который теперь стал для него мечом Реинкарнации.

Свет Мига, Миг без следа, Сияние Мига, Вечность Мига, Миг без света и Реинкарнация Мига.

Всего шесть форм. И хотя каждая имела сотни вариаций, Линь Юнь знал их в совершенстве и никак не мог допустить ошибки, которая привела бы к ранению самого себя.

Произошедшее только что до сих пор не укладывалось у него в голове. Это не было секретной техникой Писания Дракона и Феникса, разделяющей тело надвое – он действительно вернулся в прошлое. Пусть всего на один миг, но этот миг означал, что оковы времени были разбиты.

Когда Линь Юнь вкратце объяснил, что случилось, Маленький Ледяной Феникс радостно воскликнула:

— Отлично! Попробуй еще раз!

— Хорошо.

Линь Юнь, не обращая внимания на рану, несколько раз подряд повторил Реинкарнацию Мига. Мощь атак была ужасающей, но повторить то чудо не удавалось.

— Странно. Как же я это сделал в первый раз? — Пробормотал он.

Он повторил форму еще несколько раз, пока святая эссенция почти не иссякла, но волшебство не возвращалось.

Маленький Ледяной Феникс улыбнулась:

— Не спеши. Раз получилось один раз, значит, ты уже нащупал порог. Это доказывает, что твой путь и направление верны. Отдохни пока.

Линь Юнь убрал меч в ножны и ответил с улыбкой:

— Некогда отдыхать. Пора выполнять то, что я тебе обещал.

— Божественная печать Кармического Пламени! — Глаза Маленького Ледяного Феникса радостно вспыхнули.

Линь Юнь кивнул и подошел к Цветку Иного Берега, наклонившись к ней.

В самой сердцевине цветка уже теплилась слабая искра, придавая ему холодное и величественное очарование, отчего он казался еще более призрачным.

— Скоро появятся тычинки, неплохо, неплохо, — прокомментировала Маленький Ледяной Феникс, внимательно оглядев цветок.

Цветок Иного Берега очень боялась её. Стоило Императрице заговорить, как корни растения вырвались из земли и, словно тонкие маленькие ножки, быстро перебирая, устремились к рукам Линь Юня.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759935