Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 2180: «Я верю ему»

В глазах Ван Муянь мелькнуло удивление, которое тут же сменилось усмешкой:

— Молодой господин Цзанхуа, не вздумай меня жалеть.

Она действовала на два фронта: одной рукой продолжала давить Башней Небесных Уз на отряд горы Божественного Феникса, а другой сражалась с Линь Юнем, и при этом выглядела абсолютно уверенной в себе.

Оба использовали Печать Солнца и Луны Божественного Дракона, но их внутреннее наполнение разительно отличалось.

Линь Юнь опирался на мощь Божественного тела Лазурного Дракона, и величие божественного зверя мгновенно проявилось в его ауре.

Писание Меча Дракона и Феникса и Канон Меча Тайсуань породили образы солнца и луны. Сначала явился дракон, затем светила, и следом хлынула вся мощь двух великих учений.

Грохот нарастал! В сиянии светил расцветали призрачные мечи Небесного Дракона, Божественной Феникс и пиков Цинсяо, Цзысяо и Шэньсяо. Кровавые облака в небесах вмиг оказались изрешечены этими видениями.

С явлением этой печати сам мир, казалось, изменил свои краски.

Ван Муянь же шла иным путем: сначала светила, затем дракон. В ее глазах сияла кровавая луна, а сердце, подобно солнцу, неистово билось в груди.

Ее руки были обвиты тенями драконов, которые спиралями сходились к ладоням. Когда ее руки соприкоснулись, это выглядело так, будто два божественных зверя сливаются воедино.

Сердце стало солнцем, глаза – луной, а руки воплотили дракона.

В ослепительном сиянии Ван Муянь казалась неприкосновенным божеством, источающим ауру священного величия.

К тому же вокруг нее постоянно мерцали знаки пространства и времени, делая ее облик призрачным и неуловимым.

Линь Юнь мельком взглянул на ее рукава. Ему было крайне любопытно, как именно она смогла так быстро и надежно спрятать осколок божественного пламени.

Даже святой лорд Синхэ вынужден был постоянно тратить силы на поддержание печати вокруг артефакта.

А Ван Муянь просто взмахнула рукавом – и дело с концом.

Он предположил, что у нее есть какое-то особое сокровище, способное вместить в себя осколок.

Достаточно просто поместить его внутрь, и не нужно постоянно тратить святую эссенцию на сдерживание.

— Печать Солнца и Луны Божественного Дракона!

— Печать Солнца и Луны Божественного Дракона!

Пока мысли Линь Юня неслись вскачь, оба завершили формирование техник и одновременно нанесли удар.

Столкновение двух печатей породило чудовищную волну энергии, которая смела все на своем пути.

Бум!

Когда свет померк, Линь Юнь отступил на три шага. В его взгляде читалось легкое изумление.

Ван Муянь же осталась парить в воздухе, окутанная сиянием. Она сама была и драконом, и солнцем, и луной – священная мощь буквально пропитывала мир вокруг нее.

— Ты сдал! — На губах Ван Муянь заиграла улыбка, и ее пальцы снова пришили в движение, меняя форму печати.

— Смена Солнца и Луны!

Образы светил в ее руках начали стремительно сменяться, отчего небо то погружалось во тьму, то вспыхивало ярким светом.

Она была полна уверенности. Каждое ее движение заставляло саму природу подчиняться ее воле.

— «Кровавая печать над небосводом»!

Волосы Линь Юня развевались на ветру, он оставался невозмутим. Внезапно опустившаяся ночная мгла мгновенно поглотила все видения Ван Муянь.

— Опять этот прием? — Ван Муянь и Линь Юнь провели целый месяц вместе у Башни Небесных Уз, делясь друг с другом секретами мастерства. Она прекрасно знала эту технику и давно подготовила контрмеры.

— «Солнце и Луна в одном небе»!

Свет светил вспыхнул с новой силой: кровавая луна и палящее солнце вырвались из ее тела. Они слились, порождая пугающую мощь небес. Словно грозное божество, она потянулась рукой к пустоте и рывком разорвала тьму, словно ветхую ткань.

На ее лице расцвела улыбка, но она тут же застыла.

Ей удалось разрушить технику Линь Юня, но сам он не пострадал и даже не сдвинулся с места.

В тот миг, когда ночной занавес пал, Линь Юнь уже был перед ней. Молниеносным движением он вцепился в ее запястье.

— Пусти! — В глазах Ван Муянь вспыхнул гнев, и она нанесла удар левой ладонью, целясь ему в шею.

Линь Юнь усмехнулся. Он и не собирался долго удерживать ее. Ловко уклонившись от удара, он дернул ее на себя.

Раздался треск: он начисто оторвал ее рукав. Прореха дошла до самого плеча, обнажая гладкую белую кожу руки.

— Нету? — Линь Юнь нахмурился. Под рукавом ничего не оказалось – ни артефакта, ни самого осколка.

Бум!

Воспользовавшись его секундным замешательством, Ван Муянь нанесла мощный удар ладонью ему в грудь. Линь Юня отбросило назад.

На губах юноши выступила кровь. Он приземлился на одно колено, заметно побледнев.

«Вторая стадия святого лорда на пике!», – мгновенно оценил он силу противника.

Попытка найти осколок обошлась ему дорого – удар пришелся точно в цель. Даже в схватке с Лоином он не получал таких серьезных повреждений.

— Молодой господин Цзанхуа, а ты смельчак! — Ван Муянь гневно сверкнула глазами. — Раз уж тебе так хочется смотреть, смотри сколько влезет!

Фьють! — Божественная дева одним резким движением развязала пояс и отбросила верхнюю одежду в сторону. Оставшись в тонком нижнем платье, обнажавшем ее плечи, она выглядела невероятно соблазнительно и вызывающе.

Линь Юнь смутился, поняв, что она разгадала его замысел и теперь намеренно издевается над ним.

«Эх, была бы здесь Маленький Ледяной Феникс, она бы мигом почуяла, где эта штука припрятана».

— Лучше будь паинькой и иди со мной в наш культ. Наш владыка очень высокого о тебе мнения, — с улыбкой произнесла Ван Муянь и снова бросилась в атаку.

Линь Юнь продолжал сражаться, попутно оглядывая ее с ног до головы, пытаясь понять, где же спрятан осколок.

По логике вещей, такую вещь нельзя просто положить в обычное пространственное кольцо.

Иначе старейшина Синхэ так бы и сделал.

Может, она спрятала его в какой-то особый артефакт, а уже тот – в кольцо?

Линь Юнь тут же отбросил эту мысль. Энергия осколка слишком велика. Стоит ему хоть немного вырваться из-под контроля, как пространственное кольцо разлетится в щепки, а саму Ван Муянь затянет в образовавшуюся воронку.

Осколок божественного пламени нельзя хранить в пространственных артефактах именно из-за его нестабильности – обычные законы пространства внутри колец не способны сдержать его мощь.

Значит, тайник находится на ней самой, и ей приходится постоянно тратить силы на его подавление.

— Опять отвлекаешься! — Линь Юнь снова допустил оплошность, и после звонкого выкрика Ван Муянь очередной удар отбросил его прочь.

Линь Юнь крутанулся в воздухе и, приземлившись, в упор уставился на грудь Ван Муянь.

— Ну и бабник… — пробормотал из своего укрытия Ли Фэйбай. Он уже не мог на это смотреть: с самого начала боя Линь Юнь только и делал, что пялился на девицу, словно у него глаза сейчас выпадут.

А теперь и вовсе перешел все границы, уставившись прямо ей в декольте. Это было уже чересчур.

«Так вот оно что!», – Линь Юнь наконец все понял и довольно улыбнулся.

Ван Муянь снова неслась на него. Несмотря на три пропущенных удара, Линь Юнь выглядел куда увереннее. Отразив атаку, он совершил кувырок в воздухе и приземлился на обломки каменной стелы.

Он коснулся ладонью земли и, слегка оттолкнувшись, взмыл вверх.

Это выглядело как легкое движение, но на самом деле в этот краткий миг он применил Гнев Лазурного Дракона, мгновенно впитав в ладонь всю сердечную кровь Пламенного Дракона, которая успела просочиться глубоко в почву.

«Все еще на месте».

Уже в воздухе Линь Юнь глянул на свою руку: печать Лазурного Дракона на ладони полностью поглотила эссенцию крови.

Он грациозно опустился на череп останков Пламенного Дракона, одновременно уклоняясь от очередной атаки Ван Муянь.

Все произошло прямо у нее под носом, но она ничего не заметила.

Пока эти двое вели свой поединок на костях дракона, раненые святые лорды Цзыин и остальные пребывали в смятении.

Они-то надеялись общими силами скрутить ведьму, вернуть осколок, а заодно и Башню Небесных Уз прихватить.

Кто же знал, что даже три высших сокровища не справятся и их просто размажет силой пространства и времени.

— Уходим, нельзя больше медлить, — Шуньтянь, наблюдая за боем Линь Юня и Ван Муянь, окончательно пал духом.

Даже сражаясь на два фронта, ведьма умудрялась теснить Линь Юня, что приводило мастеров в ужас.

Они знали, на что способен молодой господин Цзанхуа, и видеть, как Ван Муянь заставляет его харкать кровью, даже не используя башню, было выше их понимания.

— Сила этой девы запредельна, недооценивать ее нельзя. Пора делать ноги, — мрачно произнес Увань. Он был окончательно сломлен.

Святой лорд Цзыин оглядел долину, и его лицо стало еще мрачнее.

Повсюду царил хаос. Орды демонических трупов сковали святых Восточных Пустошей, положение было отчаянным.

Лоин и Чжао Тяньюй перекрыли единственный путь к отступлению, загнав обратно даже тех, кому удалось прорваться.

А на позициях горы Божественного Феникса все держалось на одном лишь Зеркале, пока Синхэ лежал без чувств.

Это была ловушка, из которой не было выхода!

И было ясно, что ждет тех, кто останется, если лидеры сект сейчас сбегут.

— Похоже, эти твари из расы демонических духов хотят наделать из живых людей новых трупов, — процедил Цзыин.

Трупы, созданные из живых мастеров, были куда сильнее обычных мертвецов. В темные времена хаоса это был излюбленный метод демонических духов для контроля над практиками Куньлуня.

В те времена они держали людей, словно скот, откармливая их лишь для того, чтобы потом пустить в дело.

— И что с того? Если не уйдем сейчас, мы все тут ляжем, и сокровища потеряем, — отрезал Шуньтянь.

Цзыину ничего не оставалось, кроме как кивнуть.

— Уходим в разные стороны, всех они не удержат, — добавил Увань.

— Идет.

Лидеры трех сект приняли решение. Собрав своих лучших учеников, они начали прорыв в разных направлениях.

— Святой лорд Шуньтянь, заберите нас с собой!

— Что за дела?! Святые Земли спасают свои шкуры, а нас бросают на убой?!

— Без защиты высших сокровищ нам конец!

Их бегство мгновенно вызвало панику среди остальных святых лордов. Поднялся невообразимый шум.

Но предводители были тяжело ранены, их артефакты не выдавали и двадцати процентов мощи, и им самим едва хватало сил на спасение – помогать другим они просто не могли.

Они решили воспользоваться моментом, пока Ван Муянь была занята Линь Юнем, а ее башня увязла в противостоянии с зеркалом.

— Пусть бегут, — Чжао Тяньюй засомневался, стоит ли выпускать их, но Лоин его остановил.

Тот усмехнулся:

— Если прижать их слишком сильно, они могут решиться на отчаянный шаг. Нам достаточно и Зеркала Божественного Феникса.

Он прекрасно понимал, что ценность зеркала куда выше остальных трех сокровищ.

Тем временем мастера павильона Божественного Дао выстроили защитный строй, в центре которого Цюй Ушуан играл на цине, поддерживая формацию музыкой.

Какое-то время они могли продержаться, но было ясно, что под натиском объединенных сил культа и духов это лишь вопрос времени.

— Молодой господин, вы на пределе. Позвольте нам прикрыть ваш отход, — с горечью в голосе произнесли несколько старейшин павильона.

Они понимали, что скорее всего погибнут здесь, но если они отдадут жизни за Цюй Ушуана, у него появится призрачный шанс на спасение.

Тот продолжал играть, из последних сил удерживая строй, и издалека поглядывал на Линь Юня, стоящего на драконьем черепе.

Этот мечник, который когда-то в секте Небесного Дао заставил его потерять лицо, сейчас был для Цюй Ушуана единственным источником мужества.

«Линь Юнь, где же твоя былая мощь?», – в отчаянии думал он, а затем, стиснув зубы, произнес вслух:

— Я верю ему. Я верю в молодого господина Цзанхуа!

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759909