Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1955: «Свести все старые и новые счеты!»

Оставив короткое напутствие, Линь Юнь взмыл ввысь и бросился в погоню.

Ван Муянь неслась с невероятной скоростью – в ночи мелькала лишь ее едва различимая тень. Такая прыть совершенно не вязалась с уровнем развития стадии Нирваны четырех кругов; Линь Юню приходилось выкладываться почти на пределе сил. Будь она хоть немного быстрее, ему пришлось бы призвать Священные крылья Золотого Ворона.

— Она не покидает город, — пробормотал Линь Юнь спустя некоторое время, и в его глазах промелькнуло сомнение.

Он полагал, что Ван Муянь попытается сбежать за городские стены или заманить его в засаду, однако девушка упорно летела к самому центру города.

Через полпалочки благовоний Ван Муянь опустилась на каменную колонну. Это была площадь центрального алтаря города Шести Святых. На вымощенной плитами земле возвышались серые каменные столбы, веявшие древним величием. За алтарем стояла старинная стела, сплошь покрытая трудночитаемыми, туманными письменами.

Площадь выглядела грандиозно, но явно была заброшена: не только камни под ногами покрылись слоем пыли, но и сама древняя стела утопала в грязи. Письмена на ней давно стерлись, и разобрать их было невозможно.

С тихим свистом Линь Юнь приземлился на соседнюю колонну. Глядя на стоящую впереди Ван Муянь, он не мог скрыть недоумения.

Девушка пристально смотрела на каменную плиту и, не оборачиваясь, спросила:

— Е Цинтянь, ты знаешь, что это за стела?

Линь Юнь бросил взгляд на монумент. Эта древняя плита высилась здесь еще с эпохи древности. Ходили слухи, что это Стела Запечатывания Богов и что здесь некогда был заточен сам бог!

Перед прибытием Линь Юнь изучал книги и записи о горной цепи Погребенных Богов. Он знал, что город Шести Святых изначально был древним городом-драконом, разрушенным в древние времена. Позже его восстановили, и он перешел во владение шести Святых Земель.

Не дожидаясь ответа, Ван Муянь заговорила сама с собой:

— Это Стела Запечатывания Богов. Она была разрушена в древности, ее божественная суть давно испарилась, а письмена исчезли. Три тысячи лет назад Южный Император восстановил ее и заново начертал священный текст. Все запечатывающие чары горной цепи Погребенных Богов исходят от этой стелы. Даже спустя три тысячи лет практики Пути Святого не могут свободно входить и выходить отсюда.

Лицо Линь Юня осталось бесстрастным. Он холодно ответил:

— Что бы ты ни говорила, это не имеет смысла.

Его жажда убийства была непоколебима, и он не собирался отпускать ее только из-за каких-то древних тайн.

Ван Муянь обернулась и с улыбкой произнесла:

— Само собой. Будь я на твоем месте, тоже не упустила бы такой шанс.

Она грациозно крутанулась на вершине колонны, взметнув полы платья, и уселась в позу медитации.

— Но ты не сможешь меня убить. Намерение меча Звездной Реки – вовсе не венец всемогущества.

В лунном свете черты лица Ван Муянь проступали отчетливо; на фоне ночного неба она казалась еще более обольстительной.

— Ты очень самоуверенна, — сухо заметил Линь Юнь.

Ван Муянь усмехнулась:

— Отношения в этом мире не ограничиваются лишь друзьями и врагами. Мы дошли до этой точки только потому, что между нами нет ни капли доверия. Если ты готов открыть мне, зачем ищешь божественную печать Солнца и Луны, Мы, как Святая дева, тоже можем поведать тебе о своих целях. Возможно, найдется иной путь.

Линь Юнь положил руку на рукоять меча, не желая больше тратить время на пустую болтовню. Энергия Нирваны наполнила его тело, намерение меча Звездной Реки было готово сорваться с цепи. Он ледяным взглядом пронзил девушку.

Улыбка не сходила с лица Ван Муянь, но в глубине ее зрачков внезапно вспыхнули таинственные символы кровавой луны. Внутри нее зашевелилась древняя аура; сама она стала казаться непостижимой и пугающе странной.

— Похоже, твои секреты не ограничиваются Божественным культом Кровавой Луны, — глухо произнес Линь Юнь.

— Можешь проверить. Моих тайн куда больше, чем ты воображаешь, — с игривой улыбкой ответила Ван Муянь. На ее изысканном, чарующем лице невозможно было ничего прочесть.

Линь Юнь выхватил меч. Намерение меча мгновенно накрыло округу – он не сдерживался, сразу применив силу Звездной Реки. Когда мощь меча расцвела, за его спиной словно разверзлось ночное небо, в котором мерцали бесчисленные звезды.

Ван Муянь, не теряя самообладания, вскочила и выбросила вперед две алые ленты. Ткань столкнулась с сиянием меча, издав тяжелый, гулкий звук. Силуэт Линь Юня двоился, он носился в воздухе, оставляя за собой остаточные образы; его удары полностью заблокировали противницу. Однако Ван Муянь даже не сдвинулась с места – ее ленты порхали в руках, создавая непроницаемую защиту.

— Как… как это возможно? — В глазах Линь Юня мелькнуло изумление. То, что Ван Муянь сдержала его намерение меча Звездной Реки, казалось немыслимым. Особенно учитывая, что она находилась лишь на стадии Нирваны четырех кругов.

— Е Цинтянь, неужели это всё, на что ты способен? — Томно рассмеялась Ван Муянь, глядя на него с мягким прищуром.

Линь Юнь сосредоточился, и в глубине моря меча между его бровей ярко вспыхнуло звездное пламя величиной с жернов. Его глаза загорелись астральным огнем, и намерение меча Звездной Реки было пробуждено на полную мощь, без малейшего остатка.

Раздался резкий треск! Танцующие алые ленты были мгновенно отброшены в стороны. Линь Юнь молнией рванулся вперед; его меч Погребения Цветов, подобно падающей звезде, устремился прямо в межбровье врага.

Ван Муянь продолжала улыбаться. Она начала стремительно смещаться на крохотном пятачке колонны; при каждом ее движении пространство вокруг подергивалось рябью. Странная техника перемещения заставляла само пространство искажаться. Линь Юнь почувствовал, как его восприятие сбивается – он не мог зафиксировать цель. Казалось, ее силуэты были повсюду: сверху, снизу, слева и справа. Пространство стало обманчивым, и отовсюду на него смотрели смеющиеся лица.

Сердце Меча Лазурного Дракона в груди Линь Юня гулко забилось, и взор его мгновенно прояснился. Погребение Цветов неудержимо вонзилось вперед, прошивая слои пространственной ряби. Послышался звонкий треск, будто лопнуло стекло – искаженное пространство под ударом этого меча вернулось в норму.

В глазах Ван Муянь промелькнуло удивление. Лишенная возможности уклониться, она протянула свою белоснежную руку и двумя пальцами, подобно вспышке молнии, перехватила лезвие Погребения Цветов. На тыльной стороне ее ладони расцвел древний знак, а сама кожа засияла, став гладкой и прочной, словно божественная яшма.

Линь Юнь дернул рукоять, но обнаружил, что меч зажат намертво какой-то таинственной силой. Но больше всего его поразило то, что она сумела с такой точностью разглядеть траекторию его удара. Это было невероятно.

Ван Муянь усмехнулась:

— Это Удар Мудрого Пальца, секретная техника Врат Дракона. В древности она считалась божественной, ибо не существовало искусства меча, которое она не могла бы сокрушить.

Линь Юнь не стал спорить. Он просто разжал пальцы, отпустив рукоять, и в мгновение ока оказался у нее за спиной. Его руки скрестились, пальцы заплелись в сложной печати, и мощь Величия Дракона начала стремительно нарастать в его теле.

Печать Лазурного Дракона, Печать Серебряного Дракона, Печать Золотого Дракона… Печать Верховного Дракона!

В мгновение ока между его ладонями вспыхнуло семицветное сияние, и завершенная верховная печать извергла свою мощь.

Лицо Ван Муянь исказилось от ужаса. Она отбросила Погребение Цветов, молниеносно развернулась и щелчком пальцев притянула к себе все алые ленты, свивая их в плотный узел. Печать Верховного Дракона столкнулась с этим барьером. Грохнул оглушительный взрыв; ленты разлетелись в клочья, а саму Ван Муянь отбросило мощной волной.

— Свет Мига! — Выкрикнул Линь Юнь. Он развел руки, перехватил летящий к нему меч и нанес сокрушительный удар.

— Выше Небес! — В глазах Ван Муянь отразился страх. Она яростно сложила ладони, и в этот миг показалось, будто она сама стала божеством, возвысившимся над всем сущим. Навстречу мечу ударил поток света, настолько яркий, что он силой оттеснил Свет Мига назад. Удар Линь Юня был прерван на середине, а его самого отшвырнуло прочь.

Раздался мощный хлопок энергии. И Линь Юнь, и Ван Муянь отлетели в разные стороны, плавно опускаясь на верхушки каменных столбов.

Линь Юнь, сжимая в руке Погребение Цветов, посмотрел на противницу:

— Одной этой техники достаточно, чтобы поставить тебя выше Цзинь Сюаньюя. Похоже, слухи не лгут – у тебя действительно Божественное тело Лунной Инь.

Ван Муянь сложила пальцы в печати. Ее тело окутало сияние, в глазах пылали древние знаки кровавой луны, а привычная кокетливость и соблазнительность словно были смыты начисто. Она казалась чистой, возвышенной, и в ее облике проступило нечто божественное.

Девушка покачала седой головой:

— Мы еще не можем использовать силу Божественного тела Лунной Инь. Просто ты не хочешь признать, что намерение меча Звездной Реки – не предел могущества.

Линь Юнь слегка изменился в лице, почувствовав к этой женщине невольное уважение. Он ненавидел тех, кто строит козни за спиной, но даже враг, обладающий истинной силой, заслуживал признания. Ван Муянь была из тех, чьи интриги заставляли постоянно быть начеку.

— С такой силой тебе вовсе не нужно было действовать руками Сяо Цзинъяня или Цзинь Сюаньюя. Если бы в Долине Десяти Тысяч Могил ты выступила сама, исход битвы был бы непредсказуем, — негромко произнес он.

Это был вопрос, который терзал и его, и Синьян.

Ван Муянь рассмеялась:

— У нас с тобой было столько прекрасных мгновений в прошлом… Как Мы могли бы желать твоей смерти? Мы лишь хотели, чтобы ты вернулся к Нам.

— Я не Е Цинтянь, — отрезал Линь Юнь.

Ван Муянь игриво улыбнулась:

— Неважно, кто ты. Мы положили на тебя глаз. Если захочешь вернуться, Мы всё так же будем добры к тебе.

Линь Юнь усмехнулся с презрением:

— Я для тебя лишь пешка. У таких, как ты, нет сердца.

Ван Муянь не рассердилась, лишь рассмеялась в ответ:

— Ревнуешь? Ха-ха! Ты другой. Сяо Цзинъянь и Цзинь Сюаньюй – всего лишь рыбешки на крючке, а к тебе Мы питаем искреннюю симпатию. Мы уже говорили: намерение меча Звездной Реки – не всесильно. С тех пор как секта Меча пришла в упадок, общий уровень пути меча в Восточных Пустошах рухнул в бездну. Он больше не может тягаться с внешним миром. Нынешние святыни меча – это город Небесного Истребления, поместье Цзанцзянь, павильон Меча Небесного Предела и многочисленные таланты Союза Меча.

Линь Юнь поднял глаза:

— К чему ты клонишь?

— Мы хотим сказать, что можем дать тебе всё, что пожелаешь. Секта Небесного Дао вряд ли способна на такое, — произнесла Ван Муянь с притворной нежностью в голосе.

— Ты ведь не продержишься долго, верно? — Внезапно спросил Линь Юнь.

Лицо Ван Муянь резко изменилось. Не давая ей ответить, Линь Юнь внезапно разжал ладонь, и в тот миг, когда Погребение Цветов сорвалось в полет, он резко щелкнул пальцами по клинку.

Загудели сразу два сияния на мече. В одно мгновение клинок напрочь отсек алые ленты. Линь Юнь широко развел руки, и когда он начал опускаться, Сердце Меча Лазурного Дракона мощно расширилось.

Серебристое сияние меча разошлось вокруг, подобно личному пространству, отрезая Ван Муянь от внешнего мира. Знаки кровавой луны в глубине ее глаз тут же развеялись, а давящая аура вокруг нее исчезла.

Брызнула кровь – девушка сплюнула на камни, ее лицо стало мертвенно-бледным. Под тяжестью намерения меча Звездной Реки ей стало трудно даже дышать.

— Я всё гадал, зачем ты заманила меня сюда, и только сейчас понял. Ты действительно не использовала силу Божественного тела Лунной Инь… Ты черпала мощь из-под Стелы Запечатывания Богов! — Чеканя каждое слово, произнес Линь Юнь.

Как он и предполагал, стоило Сердцу Меча Лазурного Дракона изолировать пространство, как образ всемогущей девы рассыпался. С ее уровнем Нирваны четырех кругов под гнетом астрального меча ей было трудно даже просто стоять.

Лицо Ван Муянь исказилось, от былой уверенности не осталось и следа. Она холодно процедила, глядя на Линь Юня:

— Ах ты, Е Цинтянь… Мы действительно тебя недооценили!

— Не смотри на меня так. Представление только начинается. Я предупреждал: тебе лучше не попадаться мне в руки. У меня найдется немало способов приструнить тебя.

В секте Небесного Дао она не раз подставляла его, а в Долине Десяти Тысяч Могил из-за нее он столкнулся с таким опасным противником, как Сяо Цзинъянь. Пришло время свести все старые и новые счеты!

Линь Юнь протянул руку и схватил ее за плечо. Ван Муянь, почуяв неладное, дрожащим голосом спросила:

— Что ты задумал?

Линь Юнь ухватил край ее одеяния и резко дернул. От этого мощного рывка верхнее платье было сорвано. В одно мгновение Ван Муянь осталась в одной тонкой нижней сорочке, обнажившей ее пышную, статную фигуру.

Девушка на миг оцепенела, но тут же соблазнительно улыбнулась:

— Е Цинтянь, так вот каковы твои помыслы… Сказал бы раньше – зачем было так усложнять? Мы готовы открыть тебе все свои секреты.

Линь Юнь промолчал, лишь усмехнувшись. Он сделал шаг вперед и крепко перехватил ее запястье. Ван Муянь прижала руки к груди, и когда Линь Юнь слегка надавил, он почувствовал, как яростно она сопротивляется. «Всё-таки притворяется», – утвердился он в своей догадке.

Лицо Ван Муянь, застывшее в маске холодной красоты, внезапно побледнело. Она пролепетала:

— Е Цинтянь, ты это серьезно?!

Линь Юнь рассмеялся:

— Помнится, ты была весьма заносчива. Сказала, что если я догоню тебя, то смогу делать что угодно? А теперь идешь на попятную?

Ван Муянь задрожала от ярости:

— Отпусти! Ты совершаешь святотатство!

В глазах Линь Юня мелькнул странный блеск. Похоже, она и впрямь была божественной девой культа Кровавой Луны.

— Кричи сколько влезет. Тебя всё равно никто не услышит.

Применив силу Лазурного Дракона, он палец за пальцем начал разжимать ее руки. Его взгляд был холодным и безжалостным. Площадь алтаря давно пустовала, а внутри его области намерения меча звуки не могли просочиться наружу. По мере того как ее руки поддавались, взору открывалось всё больше, и лицо Ван Муянь становилось всё бледнее – на этот раз она была напугана по-настоящему.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759664