Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1864: «Легко и просто?»

Глава 1864.

Лун Юнь Дашэн искренне хотел, чтобы Линь Юнь не высовывался, но, увы, сила последнего этого просто не позволяла.

Даже если не брать в расчет, что он постиг намерение меча Звездной Реки и два месяца тренировался в Тайном царстве Трех Жизней.

Даже раньше Линь Юнь просто сметал противников со своего пути.

Когда мастерство меча достигает столь заоблачных высот, так называемая разница в культивации перестает быть непреодолимой преградой.

Разве что Ван Цзыюэ заставил Линь Юня немного напрячься.

Спустя три дня Линь Юнь изменился до неузнаваемости, так как же ему было оставаться в тени?

Даже когда он намеренно поддавался и не призывал звездный облик, ему всё равно было трудно найти достойного соперника – разве что против других «нулевых» номеров приходилось действовать чуть серьезнее.

В итоге Линь Юнь с легкостью одержал еще три победы подряд, так и не раскрыв свой звездный облик.

На Алтаре Небесного Дао старейшины стадии Святого наперебой рассыпались в похвалах.

— Этот Е Цинтянь – истинный самородок. Попади он в Небесную группу, ему пришлось бы туго из-за разницы в культивации. Но в Земной группе он слишком выделяется, ему там просто нет равных.

— С таким мастерством меча… Кто знает, может, он освоил Божественный Меч Светлячка гораздо больше, чем на шесть форм.

— С такими достижениями на стадии Смерти, стоит в виде исключения позволить ему тренироваться в пагоде Небесного Колеса, чтобы он скорее прорвался к нирване.

В пагоде Небесного Колеса время текло иначе: год тренировок внутри соответствовал едва ли месяцу снаружи.

К тому же пагода давала множество иных преимуществ, будучи сама по себе священным местом для культивации.

Она была наполнена чистейшей энергией Нирваны, на верхних ярусах витала святая энергия, а на самом пике – даже врожденная святая энергия.

Там же хранились несметные сокровища секты Небесного Дао: техники, артефакты и святые пилюли. Польза от такого места была за гранью воображения обычного человека.

— Наставница Тяньсюань, что вы думаете об этом Е Цинтяне? — Спросил один из старейших, обращаясь к Святой Меча Тяньсюань.

Лун Юнь Дашэн, чуть приоткрыв глаза, одарил спросившего тяжелым взглядом.

Тот, не заметив угрозы, продолжал подобострастно смотреть на Бай Цзыюань.

Святая Меча Тяньсюань ответила:

— Слово «самородок» подходит ему как нельзя лучше. Если он достигнет стадии Святого, то полностью переродится. Со временем он непременно станет Святым!

Какая высокая оценка! Ни Чжан Юэ, ни Е Фэйфань, ни даже Ван Цзыюэ не удостаивались таких слов.

Когда Лун Юнь Дашэн, почувствовав легкое раздражение, уже собирался снова прикрыть глаза, голос Святой Меча Тяньсюань зазвучал вновь:

— Однако в этом мире мало что предопределено. Как верно заметил Лун Юнь Дашэн, если его нрав не изменится и душевные качества останутся низкими, он вполне может сгинуть на полпути. У него лишь два пути: либо достичь небывалых высот, либо вспыхнуть и сгореть, подобно метеору.

— Год назад он позорно бежал, а сегодня он – лучший среди равных. Такие резкие взлеты и падения требуют долгого наблюдения. К тому же его таланту меча еще есть куда расти.

Лун Юнь Дашэн широко открыл глаза. Эти слова ему совсем не понравились.

Заметив его выражение лица, Святая Меча Тяньсюань сверкнула белоснежными зубами и улыбнулась:

— Великий Святой Лун Юнь, неужели мои слова кажутся вам неуместными?

— Если ограничиваться лишь сектой Небесного Дао, то ваши похвалы, господа, вполне оправданны. Но если взглянуть на весь мир… Империя Божественного Дракона процветает уже три тысячи лет и стоит превыше всего. А за ее пределами, в восьми древних пустошах, гении рождаются один за другим.

— И за пределами этих пустошей есть поместье Цзанцзянь, город Небесного Истребления, Священный Храм Льда и Снега, Башня Десяти Тысяч Мечей, Дворец Черных Перьев… В этих организациях Союза Меча не счесть выдающихся мастеров.

Святой Ту Ю добавил:

— Город Небесного Истребления – это оплот, основанный самим Императором Меча, и среди его учеников есть несколько истинных гениев. Наследие поместья Цзанцзянь ничуть не уступает нашей секте Небесного Дао, а Ледяной Император из Священного Храма Льда и Снега был таким талантом, что в искусстве ледяного меча превзошел даже Юй Цинфэна.

Бай Цзыюань продолжала:

— Те лидеры списков Небесного Пути прошлых лет уже возмужали. Я слышала, что Гу Сиянь, лидер Первого Пути, два года назад достиг нирваны и получил наследие древнего Императора Грома. Лидер Второго Пути Е Линхао тоже перешагнул порог нирваны, обретя в испытаниях силу Небесного Жеребца…

При этих словах остальные старейшины притихли.

Лидеры списков Небесного Пути!

Те девять человек, что возглавили списки своих путей, теперь стали грозной силой, чьи имена гремели на весь Куньлунь.

И это не считая тех, о ком упомянула Святая Меча Тяньсюань. Чего стоил один только Линь Юнь, лидер Девятого Пути, который перевернул Восточные Пустоши вверх дном.

— Кроме того, у девяти императоров прошлого тоже есть преемники. В Восточных Пустошах секты Небесного Пламени, Сияния, Десяти Тысяч Громов, павильон Божественного Дао и гора Божественного Феникса – разве там мало талантов?

— Даже если вернуться к нашей секте, нынешний блеск Е Цинтяня всё еще бледнеет в сравнении с теми немногими истинными лидерами.

Бай Цзыюань произнесла сурово:

— Не будьте лягушками на дне колодца. Мир давно изменился. Герои всех сторон пробуждаются, ожидая явления Канона Лазурного Дракона. Наступает золотой век, способный сравниться с древними временами.

Старейшинам нечего было возразить. Секта Небесного Дао в последние годы тоже порождала сильных бойцов, один другого суровее.

Снаружи секта казалась процветающей, но знающие люди понимали: былое величие трехтысячелетней давности давно в прошлом.

Какое место она займет в грядущем великом мире – большой вопрос.

Е Цинтянь и впрямь был хорош, но на фоне тех имен он мерк. Разрыв был слишком велик.

Лицо Лун Юнь Дашэна потемнело. Он сухо бросил:

— Кто знает, что будет завтра? Е Цинтянь непременно возвысится в этот золотой век. Я вижу в нем искру Юй Цинфэна. Со временем он станет Императором Меча, и даже Колышущийся Свет вряд ли сравнится с ним.

Линь Юнь был его учеником. Он сам мог его ругать, называть посредственным или негодным.

Но другим – и даже Святой Меча Тяньсюань – это было запрещено!

Лица старейшин вытянулись.

Все поняли скрытый смысл слов Великого Святого Лун Юня. Формально он сказал, что Яогуан не чета его ученику, но на деле это был выпад в сторону Бай Цзыюань, которая, как и Яогуан, входила в число трех великих Святых Меча.

Спор двух Великих Святых заставил остальных замолчать.

Все видели, как яростно Лун Юнь защищает своего подопечного!

Кое-кто втайне посмеивался: Великий Святой Лун Юнь в своем упрямстве порой напоминал вспыльчивого ребенка.

Святая Меча Тяньсюань лишь улыбнулась, не став продолжать спор.

Святой Ту Ю погладил бороду и усмехнулся:

— Боюсь, он даже первое место в списке занять не сможет. Сравнивать с Яогуаном? Пророчить титул Императора Меча? Великий Святой Лун Юнь, вы явно погорячились.

Раньше он не решался перечить Лун Юню, но теперь, чувствуя молчаливую поддержку Бай Цзыюань, заговорил смелее.

Лун Юнь Дашэн дернул бородой и сверкнул глазами:

— Первое место? Мой ученик получит его, стоит ему только руку протянуть. Помяни мое слово, святой Ту Ю.

В отличие от прежней сдержанности, теперь Лун Юнь вел себя вызывающе. Теперь он сам хотел, чтобы Линь Юнь проявил себя как можно ярче.

— Руку протянуть? — Святой Ту Ю усмехнулся, и в его взгляде просквозило недоверие.

Талант Е Цинтяня был бесспорен, но занять первое место… Это было под большим вопросом.

В первой десятке всё еще оставались Святая дева Тяньинь, Ван Цзыюэ, Чжан Юэ, Е Фэйфань и опытный святой преемник Линь Тунбэй, на которого многие делали ставку.

Каждый из них был крепким орешком. Линь Юнь мог справляться с рядовыми противниками, но в схватке с этими лидерами его истинная суть наверняка выплывет наружу.

…

На арене внизу Линь Юнь встретил своего пятого противника – седовласого старца.

Тот не пытался сохранить молодость и выглядел на свои сто лет.

— Верхние Девять Пиков, Жэнь Тун! — Представился старец в сером, отдавая честь.

— Прошу! — Линь Юнь жестом пригласил его к бою.

— Не обессудь! — Жэнь Тун был мастером закалки тела. Он обладал Священным Телом Солнечного Пламени и с помощью Священного Канона Превращения в Металл поглотил множество редких материалов: металл Гэн, драконье серебро, медную руду и многое другое.

По всем признакам, это был очень крепкий противник.

Даже если бы он не смог победить Линь Юня, он должен был заставить его раскрыть хоть какие-то козыри. Однако не прошло и десяти ходов…

Как Жэнь Тун взвыл от боли. С его тела градом сыпались искры, и хотя видимых ран не было…

Намерение меча противника проникало внутрь, терзая внутренности. Жэнь Тун старался сохранять невозмутимый вид, но от боли ему хотелось кричать во всё горло.

— Стой, стой, стой! Сдаюсь! — Жэнь Тун посмотрел на Линь Юня и вздохнул:

— Будь я лет на пятьдесят моложе, старик бы точно продержался против тебя тысячу ходов. Даже если бы не выиграл, так просто победу бы не отдал.

Линь Юнь кивнул, веря его словам.

Старость брала свое: кровь и энергия шли на спад, но главное – угас боевой дух.

На самом деле старик почти не пострадал, его тело могло выдержать еще долго.

Не используя намерение меча Звездной Реки, Линь Юнь вряд ли смог бы нанести ему серьезный урон даже за три тысячи ходов. Но дух Жэнь Туна был сломлен – он давно утратил пыл и остроту юности.

Когда сердце дает слабину, никакая сталь тела не поможет.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759566