Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1844: «Верно, я жду тебя»

Глава 1844.

Святая дева Тяньинь, стоявшая поодаль под сенью древней сосны, казалась воплощением мрачного изящества. В ее прекрасных глазах, устремленных на Линь Юня, вспыхивали странные искры.

Она и представить не могла, что человек, год назад не стоивший и мимолетного взгляда, мог так разительно измениться.

Или же… это вовсе не Е Цинтянь?

Подозрения не покидали ее, хотя манеры и облик юноши, если не считать провалов в памяти, в точности соответствовали прежнему Е Цинтяню.

Но если это действительно он, как он мог ее не узнать?

Притворяется?

Мысли Святой девы Тяньинь неслись подобно молниям. В один миг она перебрала десятки вариантов, но Е Цинтянь становился для нее лишь загадочнее.

Бай Шуин тоже открыла глаза. В ее взгляде сквозило недоумение – мастерство этого человека в пути меча по-настоящему поражало.

Чжэнь!

Линь Юнь, удерживая ножны в левой руке, легким движением вернул Погребение Цветов на место.

Строго говоря, ему хватило всего двух ударов, чтобы одолеть двух стражей. Когда остался последний, даже техники меча не понадобились.

Но стоило Линь Юню собраться уходить, как случилось непредвиденное: безглавая фигура с мечом в руках внезапно ринулась в атаку.

Бум!

Страж явил ужасающую технику. Остаточное намерение меча, заполнившее пространство между небом и землей, воплотилось в черного Призрачного Хоу.

Тварь, ведомая взмахом клинка, широко разинула пасть, готовясь поглотить юношу целиком.

— Лишь пустая оболочка… — Линь Юнь покачал головой. Величие Дракона в его теле было подавлено мощью призрачного зверя, но на намерение меча это не влияло ни капли.

Клинок уже покоился в ножнах, и Линь Юню было лень обнажать его снова. Он просто щелкнул пальцами.

Бам!

Намерение меча взорвалось на кончике его пальца. В ослепительной вспышке Призрачный Хоу разлетелся в пыль, а вместе с ним развеялся и призрачный страж.

— Испытание пройдено, — прозвучал древний святой голос.

Линь Юнь спрыгнул с полотна картины. Оглянувшись на Е Фэйфаня, он усмехнулся:

— Благодарю за поддержку, брат. Если бы ты не напомнил мне об этом испытании, я бы и не знал. Если дойду до вершины, так и быть, подарю тебе один облачный плод.

Бросив напоследок эту улыбку, Линь Юнь развернулся и пошел прочь, не обращая внимания на перекошенное лицо Е Фэйфаня, который, казалось, готов был сожрать его заживо.

— А парень не промах… Какая дерзость, — Чэнь Чжун невольно рассмеялся. Теперь он начинал понимать, почему обитатели обители Сокровенной Орхидеи описывали его именно так.

Вызывающе и напоказ – Е Фэйфань едва не плевался кровью от ярости.

— Ну и наглец! Мало того что прошел, так еще и издевается над Е Фэйфанем. «Подарю плод» – он что, за слугу его держит?

— Как же это бесит. Если бы меня так унизили, я бы точно полез в драку.

— Е Фэйфань не полезет. Он сам его подначивал, а теперь, когда Е Цинтянь прошел, ему остается только терпеть и глотать обиду.

— Представляю, как ему тошно. Тише, он же все слышит, посмотрите на его лицо…

Святые последователи зашушукались, поспешно понижая голос при виде побагровевшего Е Фэйфаня. Но этот шепот казался тому еще более унизительным.

Впрочем, сочувствия он не вызывал. Все видели, как он пытался опозорить Е Цинтяня, но в итоге сам угодил в собственную ловушку.

Еще до открытия врат он пытался принизить Линь Юня перед Святой девой Юэлань. Будь Бай Шуин другой, она могла бы и наказать юношу, ведь речи Е Фэйфаня совсем не походили на братские наставления.

Он ни во что не ставил Е Цинтяня, так что нынешний урок был вполне заслуженным.

— Е Цинтянь, и не думай сбежать! — Ван Муянь рассмеялась и, пока остальные пребывали в оцепенении, взмыла в воздух.

Как оказалось, она давно прошла этот этап и оставалась здесь лишь для того, чтобы прощупать почву под Линь Юнем. Вот только чем больше она смотрела, тем меньше понимала.

В нем чувствовалась мощь, совершенно не свойственная мастеру стадии Смерти.

Ван Муянь в своих пурпурных одеждах двигалась легко и соблазнительно, в несколько шагов скрывшись из виду.

В глазах Е Фэйфаня вспыхнул ледяной блеск. Сегодня он проявил непростительную беспечность, позволив этому мальчишке выставить себя дураком.

Знай он заранее, не стал бы разыгрывать перед Бай Шуин благородного мужа, а проучил бы наглеца прямо у подножия горы, переломав ему все кости.

Линь Юнь шел быстро. Он уже миновал вторую преграду, когда Ван Муянь настигла его.

— Е Цинтянь, ты хоть понимаешь, что над твоей головой сгустились тучи? — Донесся ее голос, а следом за ним и волна тонкого аромата.

Обернувшись, он увидел красавицу прямо перед собой. Словно небесная фея, она была очаровательна и изящна.

Сменив грубое платье на пурпурный шелк, Ван Муянь будто преобразилась – в ней проснулась манящая грация, мягкая, словно лишенная костей.

Но присмотревшись, Линь Юнь не заметил в ней никаких коренных перемен. Это было странно. Он гадал, не результат ли это какой-то особой техники, возможно, связанной с искусством обольщения.

— Е Фэйфань только с виду вежлив, а на деле мелочен и злопамятен. К тебе он всегда относился свысока, прикрываясь статусом старшего брата. Теперь ты смертельно обидел его, и он вряд ли оставит тебя в покое, даже когда ты спустишься с горы.

Она пристально смотрела на Линь Юня, улыбаясь так лучезарно, что на ее лице нельзя было найти ни единого изъяна.

— И разве это не твоя заслуга? — Усмехнулся Линь Юнь.

Если бы она не начала заигрывать с ним намеренно, Е Фэйфань не воспылал бы ревностью и не стал бы подначивать его на глазах у всех.

— Впрочем, неважно. Я и сам не собирался спускать ему это с рук.

Линь Юнь продолжил путь по ступеням. На третьем небе его ждали еще два испытания.

Гении секты Небесного Дао заставляли его чувствовать давление; он остро нуждался в том, чтобы постичь намерение меча Звездной Реки.

— Е Цинтянь, почему бы тебе не перейти во дворец Небесного Инь? В семье Е тебе все равно нет места. Ты перешел дорогу Чжан Юэ, Бай Шуин тебя недолюбливает… Из четырех великих кланов только семья Ван может принять тебя.

Ван Муянь с улыбкой последовала за ним, а затем, словно скользнув по воздуху, преградила ему путь.

Ее дыхание было нежным, а голос – томительно-сладким:

— Ты мог бы стать зятем в моей семье. Под крылом старшей сестры тебя больше никто не посмеет обидеть.

— Не интересно, — отрезал Линь Юнь.

— Е Цинтянь, ты изменился. По-настоящему изменился. Раньше ты только и мечтал о том, чтобы практиковать со мной парное совершенствование, — с притворной печалью вздохнула Ван Муянь. — Не виделись год, и теперь ты хранишь верность Бай Шуин? Неужели сестрица совсем потеряла свое очарование?

— Девчонка, не трать на меня свои дешевые чары. Мне это не просто не интересно, мне смешно, — Линь Юнь усмехнулся, смерил ее взглядом и пошел дальше.

— Неужели наставник не учил тебя, что нельзя поворачиваться спиной к женщине? — Улыбка исчезла с лица Ван Муянь. Ее взгляд мгновенно заледенел, а в глубине зрачков на миг промелькнул отблеск кровавой луны.

Она впилась глазами в спину Линь Юня. Пять ее тонких пальцев стали прозрачными, словно кровавые кристаллы, и засияли холодным призрачным светом. Убийственное намерение бесшумно заполнило воздух.

Линь Юнь не успел уйти далеко, а ее скорость была невероятной – этот удар должен был достичь цели. Расстояние было слишком малым, он бы даже не успел обернуться.

Чжэнь!

Внезапно раздался резкий звон меча. В следующее мгновение Погребение Цветов, подобно дракону, вынырнувшему из пучины, превратилось в сверкающий луч, нацеленный прямо в межбровье Ван Муянь.

Сначала она не придала значения этой угрозе, не веря, что этот святой меч способен ее ранить. Но когда сияние клинка приблизилось вплотную, она побледнела и, оставив после себя лишь несколько призрачных теней, стремительно отступила.

— Священное оружие Звездного Сияния! — Выдохнула Ван Муянь, обретя опору под ногами. Ее лицо все еще выражало испуг.

Линь Юнь медленно повернулся. На самом деле, стоило ей поднять руку, как Сердце Меча почуяло опасность. Почувствовать-то он почувствовал, но уклониться бы не успел, поэтому решил действовать иначе.

Шуа!

Как только он полностью развернулся, Погребение Цветов вспышкой молнии вернулось в ножны, скрыв всю свою мощь.

Но Ван Муянь не сводила глаз с ножен, не смея расслабляться – этот священный артефакт был крайне непрост.

— Ох уж эти женщины… — холодно произнес Линь Юнь. — Мгновение назад звала на парную практику, а в следующее – бьешь в спину. Решила прикончить суженого?

В глазах Ван Муянь мелькнуло презрение:

— Кто собрался с тобой практиковать? Ты себя-то видел? Отвечай: ты вообще Е Цинтянь или нет?!

Линь Юнь оставался начеку, опасаясь, что здесь могут быть лишние уши. — Я, разумеется, Е Цинтянь. Просто забыл кое-каких людей и кое-какие события.

— Сестрице надоело ломать комедию. Твой паршивый меч тебя не спасет, — Ван Муянь холодно усмехнулась. — Кто ты такой? Зачем прикидываешься Е Цинтянем? Если не скажешь, готовься умереть здесь и сейчас. На горе Плывущих Облаков каждый год гибнут люди, одним больше – невелика потеря.

Е Цинтянь знал некоторые ее секреты. Если она не сможет подтвердить личность этого человека, ей останется только заставить его замолчать навсегда.

— А кто ты такая? — Линь Юнь стал серьезным. Он ясно чувствовал, что у этой женщины есть тайные цели и, возможно, скрытая личность.

— Тебе лучше этого не знать! — Ван Муянь лучезарно улыбнулась и снова ринулась в атаку. Ее аура мгновенно взлетела до ужасающего пика четвертой стадии Нирваны.

Ка-ка-ка!

Давление меча Линь Юня тут же пошатнулось – разница в уровнях культивации проявилась во всей красе.

Однако Ван Муянь была осторожна. Она не спускала глаз со священного меча Звездного Сияния, который все еще оставался в ножнах. Но даже когда она подобралась почти вплотную, клинок не шелохнулся, что заставило ее засомневаться.

— Хватит пускать пыль в глаза! — Ван Муянь холодно фыркнула и, отбросив колебания, ударила пальцами прямо в лицо Линь Юню.

— Ом!

Но в этот миг раздался буддийский распев. Тело Линь Юня окутала буддийская мощь, придавая ему величественный и торжественный вид.

Звук нарастал в ушах Ван Муянь, сотрясая ее душу. Пространство перед ней начало искажаться.

Она слегка изменилась в лице и одним ударом ладони развеяла звук, но сама была вынуждена отступить на добрых десять метров.

Взгляд ее упал на правую руку Линь Юня, где неведомо когда появились четки.

Еще одно священное оружие Звездного Сияния!

— Да кто он такой? Раскидывается священными артефактами, будто они ничего не стоят… — Ван Муянь не на шутку разозлилась.

Чжэнь!

Погребение Цветов покинуло ножны и, подобно сверкающему метеору, устремилось к ней, неся в себе всю мощь меча.

Они сошлись в схватке. В мгновение ока противники обменялись десятками ударов; воздух вокруг наполнился всполохами мечного сияния и отголосками разбитых буддийских звуков.

Чем дольше длился бой, тем сильнее закипала Ван Муянь.

Она была явно сильнее, но этот парень вел себя как настоящий мошенник: стоило ей приблизиться, как он отбрасывал ее силой четок. А едва она отступала, в дело вступал священный меч.

Бой, который должен был стать легким подавлением, превратился в затяжную битву на истощение. И хотя в конечном итоге она, скорее всего, победила бы, время поджимало.

Они были на горе Плывущих Облаков, и следом за ними шли другие ученики.

— Все, хватит! — Ван Муянь отразила удар Погребения Цветов и тяжело выдохнула. Ее грудь часто вздымалась, приковывая взгляд.

Она посмотрела на Линь Юня и улыбнулась:

— Мне плевать, кто ты такой. Не лезь в мои дела, а я не буду лезть в твои. Будем держаться порознь.

— Порознь? Посмотрим, — Линь Юнь не спешил соглашаться. Во-первых, он не доверял ей, а во-вторых, в секте Небесного Дао был его старший брат-наставник и теперь находилась старшая сестра Синьян. Если эта женщина несла угрозу секте, он не собирался стоять в стороне.

— Хех, раздобыл две побрякушки и возомнил о себе невесть что. Еще увидимся, — Ван Муянь метнула на него гневный взгляд и пронеслась мимо.

Линь Юнь убрал меч, положил Погребение Цветов на землю и сел, скрестив ноги, чтобы восстановить силы. Управлять сразу двумя священными артефактами Звездного Сияния было для него тяжелой ношей.

С Погребением Цветов проблем было меньше – меч был связан с его духом, и его использование почти не требовало драконьей эссенции или крови. Но Громовые четки усмирения демонов были крайне прожорливы.

Они не только поглощали огромное количество энергии и крови, но и истощали ментальные силы.

А эта девчонка была по-настоящему сильна – прямой удар буддийского звука нанес ей лишь легкую рану. И это при том, что Линь Юнь использовал четки впервые, а ведь это был артефакт высшего класса.

Женщины в секте Небесного Дао одна страшнее другой, ни с одной лучше не связываться.

Погребение Цветов лежало рядом, охраняя его покой – Линь Юнь опасался, что Ван Муянь может вернуться. Впрочем, он был уверен, что и ей эта стычка далась нелегко.

Нужно было торопиться. Если сюда придет Бай Шуин, проблем станет еще больше. От одной мысли об этом голова шла кругом.

Он активировал Искусство Лазурного Дракона, Разрывающего Небеса, и через четверть часа открыл глаза, глубоко выдохнув.

Ум прояснился, силы вернулись в норму.

Но стоило ему поднять взгляд, как он увидел приближающуюся фигуру.

Человек в белых одеждах, с маленьким мечом, украшенным цветами сливы. Лицо ее было безупречно, кожа – белее снега и прозрачнее нефрита. Прекрасная и величественная, она была в самом расцвете сил.

Это была Бай Шуин. Как и ожидалось, неприятности не заставили себя ждать.

— Ты ждешь меня? — Спросила она, и в ее глазах мелькнуло удивление.

— Я… — Линь Юнь колебался лишь секунду, а затем улыбнулся. — Верно, я жду тебя, старшая сестра. Произошло небольшое недоразумение, и я прождал здесь довольно долго, чтобы все объяснить.

«Похоже, холодает, и кондиционер уже не спасает. Одевайтесь теплее. Времени еще достаточно, может, успею написать еще главу… Попробую, только попробую».

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759545