Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1743: «Коварство людских сердец»

Глава 1743.

Опять он?

Линь Юнь под полями шляпы недовольно поморщился. Этот парень вел себя так, будто они были закадычными друзьями.

— Тебе совсем заняться нечем? Говори прямо, чего хотел, — Линь Юнь поставил чарку на стол.

Они были едва знакомы, и такая навязчивость явно свидетельствовала о каком-то умысле.

Мэй Цзыхуа выдавил улыбку и беспечно спросил:

— Ту нефритовую пластину Алой Птицы, что я тебе дал, ты хоть открывал?

— Смотрел, смотрел, — отмахнулся Линь Юнь. Ему было не до того, да и к искусству звука он сейчас охладел.

Раньше он изучал музыку лишь для того, чтобы пустить пыль в глаза и подобраться к Небесному Дворцу Ланъя.

Теперь, когда обе цели были достигнуты, продолжать изыскания в этой области ему не хотелось.

— И что думаешь? — С самодовольным видом осведомился Мэй Цзыхуа.

— Недурно, — коротко бросил Линь Юнь.

— Благодарю за похвалу, — Мэй Цзыхуа расплылся в уверенной улыбке. — Раз так, пойдем со мной. У меня дома припрятано еще немало фрагментов с техниками Алой Птицы, тебе наверняка будет любопытно.

— Куда идти? — Удивился Линь Юнь.

— В Империю Божественного Дракона, в клан Мэй, — серьезно ответил тот.

— Мэй Цзыхуа, скажи уже прямо, что ты задумал. Я ведь выполнил почти все твои просьбы, верно? Давал тебе играть на сицини, отдал партитуры… Неужто тебе нужен плод Трех Жизней? Или ты…

Линь Юнь поставил чарку, в его взгляде промелькнула настороженность. Неужели этот тип раскусил его?

Мэй Цзыхуа усмехнулся:

— Плод Трех Жизней? Что ж, он и впрямь небезынтересен.

— А если я откажусь идти с тобой? — Спросил Линь Юнь.

— Тогда мне придется придумать что-нибудь другое… — Мэй Цзыхуа по-прежнему излучал уверенность.

Линь Юнь с недоумением посмотрел на него:

— Ты ведь был на Собрании за чаем. Должен знать мою силу – я на первом месте в Рейтинге Драконов.

Он был твердо уверен, что Мэй Цзыхуа находится лишь на стадии Драконьих Жил.

— Первое место в рейтинге означает непобедимость в Восточных Пустошах, но не во всем Куньлунь, — улыбнулся Мэй Цзыхуа.

— Ну, попробуй, — безучастно бросил Линь Юнь.

Мэй Цзыхуа усмехнулся и неспешно поставил чарку, которую держал в правой руке, на стол.

— Вж-ж-жух!

По вину в чарке пошли круговые волны, и в то же мгновение кабак, только что разрывавшийся от криков, внезапно погрузился в мертвую тишину.

Линь Юнь сквозь бамбуковую шляпу увидел, как вина в чарке коснулась невидимая рука, извлекая беззвучный звук, который отсек этот клочок пространства от внешнего мира.

— Звучание Великого Святого! — Линь Юнь вскинул голову. — Обладая таким мастерством, почему ты не показал его на Великом Собрании Ланъя?

— Шурх!

Мэй Цзыхуа раскрыл веер и принялся неспешно обмахиваться, тихо посмеиваясь:

— Я все-таки наследник святого клана Музыки, и гордость у меня имеется. Раз я не смог одолеть тебя с помощью Звучания Мудреца, значит, я проиграл.

Линь Юнь перестал понимать этого человека:

— Значит, твоя цель – не плод Трех Жизней?

— Конечно нет. Я хочу, чтобы ты пошел со мной в Империю Божественного Дракона, в клан Мэй, — в глазах Мэй Цзыхуа вспыхнул азарт.

— Значит, ты знаешь, кто я? — Прищурился Линь Юнь.

— Кто ты? Разумеется, знаю… — Мэй Цзыхуа улыбнулся. Ученик божественной горы, он давно об этом догадался.

— Дзинь!

Но прежде чем он успел договорить, Линь Юнь щелкнул пальцем по столу. С сухим треском чарка, источавшая Звучание Великого Святого, разлетелась вдребезги.

Шум и гам снаружи мгновенно вернулись. Линь Юнь под шляпой лихорадочно соображал, что делать дальше.

Он чувствовал, что от Мэй Цзыхуа не исходит жажды убийства, но не мог знать, не проболтался ли тот кому-то еще.

Как он узнал правду?

Даже святые не смогли его раскусить. Неужели дело в каком-то сокровище клана Музыки?

— Говорю вам, Линь Сяо, занявший первое место в Ланъя, – это и есть молодой господин Цзанхуа, Линь Юнь! Это чистая правда, господин Фэнъюань сам об этом на Собрании за чаем сказал!

В этот момент в кабаке раздался зычный голос, мгновенно приковавший к себе всеобщее внимание.

— Да ладно? Вот это новость! Неужто господин Фэнъюань и впрямь такое говорил?

— Вроде говорил, да его быстро осадили, а Линь Сяо еще и проучил его как следует. Господин Цюшань потом за него извинялся.

Тут же посыпались ответы.

Тот самый зачинщик разговора, юноша в лазурных одеждах, усмехнулся:

— А вы подумайте: если бы Линь Сяо не было чего скрывать, стал бы он калечить господина Фэнъюаня?

— И то верно, есть в этом смысл.

— Но ведь дух Рейтинга Драконов ничего не заметил, и Зеркало Изначального Неба во дворце Небесного Аромата тоже… Вряд ли это правда…

Юноша в лазурном только и ждал, когда его подхватят, и тут же выдал:

— Дух рейтинга – всего лишь дух артефакта, его могли и обмануть. А что до Зеркала Изначального Неба… Хе-хе, вы что, серьезно не в курсе, что у Святой старейшины из дворца Небесного Аромата с этим Линь Сяо шуры-муры?

— Да ну! Быть не может! Он же вроде как с Её Высочеством Таинственной Девой крутит, как так-то!

Стоило упомянуть о связи Линь Сяо с Му Сюэлин, как атмосфера в кабаке вмиг переменилась, и толпа обступила говорившего плотным кольцом.

Люди падки на сплетни, особенно когда дело касается любовных похождений, тем более что Му Сюэлин слыла в Небесном городе неприступной ледяной красавицей.

Мысль о том, что такая женщина якшается с Линь Сяо, мгновенно взбудоражила кровь слушателей.

— Ха-ха-ха, вот этого вы и не знаете!

Юноша в лазурном, видя такой успех, довольно осклабился:

— Когда Линь Сяо устроил переполох на банкете в Западном саду, именно Му Сюэлин явилась с Императорским Драконьим Знаком, чтобы вытащить его. Это же Драконий Знак, понимаете! Вы там не были и не видели, как она за него дрожала, как смотрела на него – сплошная нежность, честное слово!

— Обалдеть можно! Вот это поворот!

— Ну и везет же этому гаду Линь Сяо – сразу двух первых красавиц окучил!

Толпа внизу взорвалась криками; люди ругались, но в глазах у каждого читалась жгучая зависть.

Юноша в лазурном продолжал:

— Хе-хе, красавицы всегда любят героев. Этот Линь Сяо и есть Линь Юнь, молодой господин Цзанхуа, мечник, каких свет не видывал. Немудрено, что девицы перед ним тают.

Народ в кабаке окончательно зашелся в экстазе от таких новостей, поднялся невообразимый гвалт.

— Но вы особо не завидуйте. Он ведь молодой господин Цзанхуа, если бы не он, Собрание за чаем и закончить бы не смогли – кто бы еще этих генералов Кровавой Луны побил?

Юноша в лазурном не упускал случая связать два имени воедино:

— На Собрании этот Линь Юнь вел себя до крайности заносчиво. Разгромил обоих генералов и во всеуслышание заявил, что весь культ Кровавой Луны – сборище никчемностей, и с такой силишкой им только людей смешить.

Мэй Цзыхуа в своем углу застыл в изумлении, а затем повернулся к Линь Юню и хохотнул:

— Так вот почему ты, брат Линь, отказался от моих девяти служанок – у тебя тут, оказывается, такие страсти кипят.

— И ты веришь? — Спросил Линь Юнь.

— Хе-хе, дыма без огня не бывает. К тому же, мы ведь мужчины, я все понимаю! — Мэй Цзыхуа заговорщицки подмигнул.

Подобные слухи были смертельно опасны: полуправда, сдобренная пикантными подробностями. Стоило им разойтись, и истина уже никого не волновала.

— Я тут так, к слову пришлось, нам-то таких утех не видать. По нечетным – с Таинственной Девой, по четным – со Святой старейшиной, а как приспичит – так и со всеми разом! — Продолжал разоряться юноша в лазурном, окончательно накалив обстановку.

Видя праведный гнев толпы, он довольно ухмыльнулся: результат превзошел все ожидания. Но в тот же миг он почувствовал леденящую угрозу.

— Бам!

Бамбуковая шляпа молнией метнулась через зал и врезалась ему прямо в грудь. Юноша сплюнул кровью, мгновенно побледнев.

— Шурх!

Не успел он опомниться, как на его столе уже стоял человек.

Острие меча уперлось ему в межбровье. Зрачки юноши сузились, его сковал первобытный ужас.

Линь Сяо!

Тот, кто стоял на столе и смотрел на него без тени эмоций, был Линь Сяо.

В кабаке воцарилась гробовая тишина. Никто не ожидал встретить здесь Линь Юня.

— Кто велел тебе распускать эти слухи? — Ледяным тоном спросил Линь Юнь.

Юноша в лазурном попытался сохранить лицо и огрызнулся:

— Что, правда глаза колет? Велик же гонор у молодого господина Цзанхуа!

— Я жду ответа, — повторил Линь Юнь.

Тот усмехнулся:

— А ты убей меня, если смелости хватит. Убьешь – значит, точно виноват! Люди, смотрите! Молодой господин Цзанхуа хочет свидетеля убрать!

— Пш-ш-их!

Линь Юнь не стал тратить слова впустую и вонзил меч ему в грудь. — Спрашиваю в последний раз: будешь говорить или нет?

Юноша, заглянув в глаза смерти, задрожал всем телом. Он еще пытался сопротивляться:

— Убей меня, я все равно ничего не скажу!

— Что ж, будь по-твоему.

Взгляд Линь Юня стал жестким, и он начал медленно вытягивать меч.

Когда клинок вышел наполовину, юноша окончательно сломался и забормотал:

— Не убивай! Я все скажу, все скажу!

— Кто? — Бросил Линь Юнь.

— Это господин Фэнъюань!

Юноша задергался и выпалил:

— Господин Фэнъюань велел нам разносить эти слухи. Сказал, неважно, правда это или нет – главное, чтобы пошли толки. Тогда на тебя из-за Священного Одеяния Небосвода точно кто-нибудь нападет. Еще велел ссорить тебя с культом Кровавой Луны, чтобы они тоже на тебя ополчились!

По залу пронесся гул возмущения. Никто не ожидал от господина Фэнъюаня такой подлости; подобные сплетни могли погубить любого.

Глаза Линь Юня наполнились ледяной яростью. «Ах ты, Фэнъюань, никак не успокоишься».

— Он сказал, что ты наверняка отправишься в Зловещее море, и уж там-то найдется сотня способов тебя прикончить! — Молил о пощаде юноша. — Линь Сяо, отпусти меня! Ты ведь первый в Рейтинге Драконов, твое слово – закон! Раз я все рассказал, ты не можешь меня убить!

Он до смерти перепугался, никак не ожидая встретить Линь Юня лично.

— Мое слово действительно закон. Но я не говорил, что оставлю тебя в живых после признания, — Линь Юнь без тени жалости выдернул клинок.

— Пш-ш-их!

Брызнула кровь. Когда Погребение Цветов покинул рану, сердце юноши уже было разорвано в клочья.

Линь Юнь убрал меч в ножны и, окинув толпу тяжелым взглядом, произнес:

— Я знаю, что среди вас есть его пособники. Передайте господину Фэнъюаню: если хочет моей смерти, пусть сам является в Зловещее море. А если не придет – он меня больше никогда не найдет.

— Шурх!

Сказав это, Линь Юнь стремительно покинул кабак. Мэй Цзыхуа, захлопнув веер, поспешил следом.

— Каков подлец этот Фэнъюань! Такие гадости болтать… Надо же выдумать, что ты и есть молодой господин Цзанхуа, — возмущался Мэй Цзыхуа.

Линь Юнь резко обернулся:

— Ты ведь и сам только что сказал, что знаешь, кто я.

— Ну да! Ты ведь ученик божественной горы, я в этом ни капли не сомневаюсь, — с предельной уверенностью заявил тот.

«Что за чертовщина творится у него в голове?», – Линь Юнь смерил его странным взглядом и отрезал:

— Перестань за мной таскаться. В Империю Божественного Дракона я пока не собираюсь, но когда-нибудь загляну. Будет возможность – сам тебя найду.

— Не ходи за мной!

Не дожидаясь ответа, Линь Юнь бросил еще одно предупреждение и ушел, оставив Мэй Цзыхуа в полном недоумении.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759442