Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1688: «Я не согласен»

Глава тысяча шестьсот восемьдесят восьмая.

Среди вздымающегося убийственного намерения Святое Тело Лазурного Дракона Линь Юня вышло из-под контроля. Его глаза сверкали холодным кровавым светом.

Грохот!

Куда бы он ни шел, поднимались ветер и гром. Сто тысяч пурпурно-золотых драконьих узоров на его теле непрерывно собирались в его ладони. Почти мгновенно он оказался перед Цинь Хао.

— Хм? — В глазах Цинь Хао мелькнуло изумление. «Этот парень сошел с ума!»

Он прямо вмешался в Великое Собрание Ланъя, и при этом использовал боевые приемы?

Остальные также были ошеломлены, не ожидая, что Линь Сяо будет настолько безумен. Линь Юнь яростно взревел, сжал пять пальцев, и сто тысяч пурпурно-золотых драконьих узоров сконденсировались в стометрового Лазурного Дракона.

Бум!

Голова стометрового Лазурного Дракона слилась с его кулачным сиянием. Его кулак был Головой Лазурного Дракона. Этот удар издал потрясающий Драконий клич. Не успев приблизиться, струны древней цитры в руке Цинь Хао одна за другой порвались.

Бах!

Кулачное сияние с громовой скоростью ударило Цинь Хао в грудь. Девять Драконьих Вен, появившихся за его спиной, с трудом выдержали этот удар.

Но мощь этого удара была слишком сильна. Цинь Хао отбросило назад. Когда он упал, его тело было окутано остаточным электрическим светом от кулачного сияния.

Электрические разряды потрескивали. Цинь Хао издал гневный крик, и его драконья эссенция вырвалась наружу, чтобы вытеснить электричество из тела.

Линь Юнь отбросил противника, развернулся и оказался рядом с Юэ Вэйвэй.

Увидев ее травмы, он почувствовал бесконечный гнев в своем сердце, а также боль и упрек:

— Вэйвэй, почему ты такая глупая?

Юэ Вэйвэй улыбнулась:

— Я хотела, чтобы ты занял первое место.

Сердце Линь Юня сжалось от боли, и он сказал:

— Спускайся первой и хорошо исцеляйся. Оставь это мне. Я ошибся. Мне не следовало обманывать себя. В этой жизни я никогда не подведу тебя!

Глаза Юэ Вэйвэй наполнились слезами. Она чувствовала себя обиженной, но в этот момент… все ее эмоции нахлынули.

Пфу!

Из-за эмоционального потрясения она выплюнула полный рот крови, и ее лицо мгновенно побледнело.

Ее аура стала довольно слабой. Она продержалась семь боев, используя только музыкальное искусство, и ее духовная сила уже была на исходе.

— Вэйвэй! — Линь Юнь в тревоге обнял ее. Он положил правую руку ей на запястье.

— Хи-хи, Вэйвэй в порядке. Я просто использовала силу печати и немного устала. Не волнуйся обо мне. Я буду послушно исцеляться, когда спущусь, — на нежном лице Юэ Вэйвэй появилась сияющая улыбка.

Линь Юнь посмотрел на ее лоб. Красный отпечаток там постепенно бледнел.

Вспомнив, как ее духовная сила внезапно возросла, когда она сражалась с Хуа Хунъюй, он кое-что понял.

Свист!

Линь Юнь, держа ее на руках, спустился с помоста Ланъя и подошел к Янь Тяньчэню, сказав:

— Старший брат, позаботься о Вэйвэй.

Янь Тяньчэнь кивнул.

Линь Юнь слегка кивнул, а затем резко развернулся. В тот момент, когда он повернулся, он одним шагом завис над помостом Ланъя.

Его взгляд, подобный острому мечу, упал на Цинь Хао, и он холодно крикнул:

— Цинь Хао, что это за доблесть – запугивать женщину, которая сражалась семь раз подряд? Вылезай и сразись со мной!

В глазах собравшихся мелькнуло удивление. «Этот парень слишком высокомерен».

У него была только седьмая ступень Драконьей Вены, а у Цинь Хао – девятая, и он был демоном Святой Земли.

В любом случае, они были не на одном уровне. Он не был ему противником ни в музыкальном искусстве, ни в развитии.

Цинь Хао только что успокоил бурлящую кровь. Услышав слова Линь Юня, он медленно открыл глаза.

В его глазах мелькнул холодный блеск, а на губах появилась насмешливая улыбка.

«Ищет смерти!»

Он как раз беспокоился о том, что этот парень не появится. Атака на Юэ Вэйвэй только что была отчасти попыткой заставить его выйти.

Теперь, когда он сам явился, пришло время свести старые и новые счеты.

Цинь Хао собирался ответить, но увидел, как кто-то холодно сказал:

— Линь Сяо, нам тоже нужно свести счеты!

Это был Ли Юйси, самый популярный претендент на первое место!

Он беспокоился, что если Линь Юнь будет побежден Цинь Хао, у него не будет возможности действовать, и тогда он не сможет свести счеты с банкета прошлой ночи.

Все были в шоке, не ожидая, что Ли Юйси тоже вмешается.

Но тут же раздались еще два голоса.

Чжан Цю из секты Божественного Дао холодно рассмеялся:

— Молодой господин Линь, какой у тебя великий авторитет! Почему бы тебе сначала не сразиться со мной?

Чэнь Цзюнь из секты Десяти Тысяч Громов сказал:

— Такого дикаря, как он, оставьте мне. Было бы недостойно, чтобы несколько старших братьев действовали лично.

В одно мгновение эти несколько демонов Святых Земель заговорили один за другим, и их стрелы были направлены прямо на Линь Юня.

Внимательные люди быстро обнаружили, что эти люди были теми самыми демонами Святых Земель, которые одновременно напали на Линь Сяо на банкете прошлой ночью.

Нынешняя ситуация была лишь продолжением конфликта прошлой ночи. Будучи демонами Святых Земель, они презирали высокомерие Линь Юня.

— Не спешите, скоро настанет ваш черед, — Линь Юнь посмотрел на Чжан Цю, Чэнь Цзюня и Ли Юйси. Его выражение было холодным и равнодушным.

Люди вокруг помоста Ланъя были серьезны, потрясенные этим высокомерием и уверенностью Линь Юня.

Казалось, он всегда был таким!

С самого начала он не принимал демонов Святых Земель во внимание. Если кто-то оскорбит его, он обязательно ответит.

Его острота, с самого начала и до конца, никогда не ослабевала.

Шух!

Цинь Хао с мрачным лицом шагнул на помост Ланъя и холодно сказал:

— Наша вражда действительно должна быть разрешена. Если бы не ограничения правил, я бы вчера показал тебе, что к чему!

— Хе-хе, тогда дай мне посмотреть, на что способен так называемый демон Святой Земли! — Линь Юнь равнодушно улыбнулся. Его острота нарастала, и он не чувствовал ни малейшего страха.

Цинь Хао взмахнул руками. Огненный поток за его спиной снова вырвался, снова превратившись в древнюю цитру. Линь Юнь вытянул пять пальцев. Медленно появилась цитра Ветра и Грома.

Когда появилась цитра Ветра и Грома, убийственное намерение Линь Юня немного поутихло. В его глазах были только струны и звук цитры, и ничего больше.

Цян!

Цинь Хао нанес удар первым. Струйка звука цитры вырвалась из его рук, и мгновенно раздался сильный взрыв.

Этот звук цитры был поразительным, словно извержение вулкана, и сразу привлек всеобщее внимание.

Движения Цинь Хао были мягкими, но звук цитры, который он извлекал, был шокирующим. Каждая струна, которую он дергал, была подобна извержению вулкана. Звук цитры раздавался непрерывно.

Бесчисленные вулканы извергались, и небо мгновенно прогорело.

На помосте Ланъя снова поднялся ветер и облака!

Линь Юнь был спокоен. Его десять пальцев также начали двигаться, но в тот момент, когда зазвучала цитра, раздался взрыв, подобный грому среди ясного неба. Ужасающая злоба превратилась в бесконечный кровавый свет, который хлынул наружу.

Это был Огненный Феникс, Сжигающий Степи!

Однако на этот раз Линь Юнь играл «Огненного Феникса, Сжигающего Степи» без всяких ограничений, идеально передавая злобу и высокомерие феникса через звук цитры.

Линь Юнь закрыл глаза. Его гнев был сосредоточен на струнах. Его воспоминания вернулись на Путь в Небеса.

Он вернулся к тому моменту, когда Юэ Вэйвэй была заключена в тюрьму тремя Детьми мира. В его сердце была ненависть. Мелодия «Огненный Феникс, Сжигающий Степи» была подобна его безумному гневу.

На помосте Ланъя мгновенно зазвучала цитра. Завывал сильный ветер, сверкала молния.

Два пламени, следуя звуку цитры, которую играли они оба, мгновенно наполнили весь помост Ланъя. Одно было подобно кровавому пламени феникса, другое – древнему небесному пламени над Девятью Небесами.

Все наблюдавшие слушали звук цитры, словно оказались в море огня.

Небо было закрыто пламенем, земля поглощена морем огня. Мир стал адом, где остались только кровавый свет и злоба.

Ученики секты Небесного Пламени, глядя на сцену на помосте Ланъя, насмехались.

Сражаться с огнем против старшего брата Цинь Хао, разве они не знали, что их секта Небесного Пламени была родоначальником огня?

«Ищет унижения!»

Над головой Линь Юня кружилось пламя, завывал сильный ветер. Иногда огненные облака сталкивались, испуская ужасающие алые молнии.

Треск!

В этот момент раздался громкий раскат.

Два огромных и могучих огненных облака в небе столкнулись под звуки цитры, словно две сталкивающиеся континенты.

Вскоре все увидели, как с неба, между огненными облаками, упала ужасающе яркая алая молния.

Пфу!

Многие вздрогнули, не удержались и выплюнули полный рот крови, чувствуя сухость во рту и горле.

В то же время они были потрясены. «Кто сможет противостоять такому феномену, если не гений Святой Земли?»

Божественные Пальцы Феникса!

Линь Юнь невозмутимо. Его десять пальцев стали двигаться еще быстрее. Из струн цитры внезапно вырвался треск электрического света.

Слишком быстро!

Его руки двигались так быстро, что ослепляли. Казалось, что пять или шесть рук одновременно играли на струнах.

Фигура менялась, и накладывались три остаточных изображения.

Цитра Ветра и Грома стала чрезвычайно пронзительной. Небесная злоба бешено собралась, в конце концов превратившись в потрясающий крик феникса, словно пытаясь вырваться из всех оков этого мира, уничтожить небеса и землю, сжечь все восемь сторон света.

Все увидели, как от тела Линь Юня вспыхнул ужасающий кровавый свет, и алая молния, упавшая с неба, рассеялась в небытие.

Рассеял звуком цитры?

Все были потрясены. «Мастерство Линь Сяо в музыкальном искусстве действительно не простое».

«Он смог это сделать, но это лишь временное рассеивание».

«Пока два огненных облака, сравнимые с континентами, в небе не рассеются, поражение Линь Сяо – лишь вопрос времени».

Было очевидно, что Цинь Хао интегрировал свое боевое развитие в цитру. Огненные облака, которые он извлекал, были чрезвычайно ужасающими и не были созданы исключительно музыкальным искусством.

Но Линь Юнь не обращал на это внимания, не проявляя ни малейшего страха.

Он просто играл на цитре еще быстрее. Его духовная сила хлынула, как наводнение. Десять звезд сияли в его Дворце Души.

Скорость, с которой духовная сила вливалась в струны, не поспевала за скоростью его рук.

Это было слишком поразительно!

Многие люди, сведущие в музыкальном искусстве, были ошарашены. Насколько же потрясающим должно быть мастерство в музыкальном искусстве, чтобы духовная сила не поспевала за скоростью игры на цитре?

Другими словами, его развитие духовной силы не соответствовало его мастерству в музыкальном искусстве.

Если бы его духовная сила увеличилась, сила древней мелодии, которую он играл, увеличилась бы в несколько раз.

Вскоре кровавый свет, вырвавшийся из струн цитры Линь Юня, превратился в разрушительный звук цитры. Это была величественная аура, разрушающая мир, это была огненная феникс-самка, которая в ярости хотела уничтожить все!

Многие вздрогнули, словно Линь Юнь был действительно высокомерным и холодным кровавым фениксом, и не осмеливались смотреть на его стиль.

Десять пальцев Цинь Хао также быстро двигались. Громкий звук цитры пронзил пустоту, непрерывно сливая пламя в небе.

Все чувствовали, что их поглощает пламя. Звуки цитры, которые они оба играли, полностью слились воедино.

Бах!

Когда огненное сияние рассеялось, звук цитры резко оборвался. На помосте Ланъя все было как обычно.

Но победитель и проигравший уже были определены. Цинь Хао отступил к краю помоста Ланъя, выплюнул полный рот крови, прислонился к цитре и опустился на одно колено.

Многие смотрели на Линь Юня. Его глаза были глубокими и яркими, а на лбу сиял острый блеск.

— Линь Сяо победил! — Старейшина из Небесного Дворца Ланъя объявил результат.

— Глава дворца, я не согласен! — В глазах Цинь Хао мелькнуло негодование. Он посмотрел на главу дворца Ланъя и сказал:

— Линь Сяо вмешался в мой бой с Юэ Вэйвэй ранее и ударил меня кулаком, используя боевые приемы. Теперь вы говорите, что Линь Сяо победил, я не согласен! Если он не сможет выдержать мой удар, я ни за что не приму это.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759382