Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1687: «Кодекс мечника»

Глава тысяча шестьсот восемьдесят седьмая.

Хуа Хунъюй бросает вызов Юэ Вэйвэй!

Это сделало и без того жаркое Великое Собрание Ланъя еще более захватывающим.

Вражда между ними завязалась давно. Ранее Хуа Хунъюй уже открыто бросала вызов Юэ Вэйвэй, и ходили слухи, что прошлой ночью на банкете они снова тайно соперничали.

На самом деле, любой здравомыслящий человек мог видеть, что титул Хуа Хунъюй как первой красавицы Небесной области мгновенно обесценился после появления Юэ Вэйвэй.

Обе они были красавицами, но и среди красавиц есть различия.

Хуа Хунъюй значительно проигрывала Юэ Вэйвэй и в темпераменте, и в красоте. На этом Великом Собрании Ланъя Юэ Вэйвэй превосходила ее во всем.

В ее сердце давно зародилась зависть, и она повсюду нападала на Юэ Вэйвэй.

Момент для этого боя был выбран особенно хитро. Она не спешила сразиться с Юэ Вэйвэй, потому что не была уверена, что сможет победить ее.

Но теперь Юэ Вэйвэй сражалась уже шесть раз подряд. Даже если она была очень сильна, ее духовной силы, несомненно, осталось немного.

— Если твои силы на исходе, ты можешь отдохнуть. Я не спешу, — равнодушно и притворно сказала Хуа Хунъюй.

— Её Высочество Таинственная Дева, вы можете отдохнуть, а затем продолжить бой. Пока вы не проиграете, вы можете оставаться на помосте, — сказал старейшина из Небесного Дворца Ланъя, стоявший рядом.

Хуа Хунъюй слегка нахмурилась и ненароком взглянула на старейшину, проклиная его про себя. «Этот старый хрыч! Я просто сказала это, но на самом деле не собиралась давать Юэ Вэйвэй отдыхать».

Лицо Линь Юня внизу помоста изменилось. Он хотел открыть рот и посоветовать Юэ Вэйвэй сойти.

Но он боялся, что если он заговорит, то уже не сможет отпустить Юэ Вэйвэй. Если быть жестоким, то нужно быть жестоким до конца.

Но это сердце… Оно действительно так болит. «Зачем, зачем ты это делаешь?!»

— Начнем, — тихо сказала Юэ Вэйвэй. Вокруг нее закружились белые ленты, яркие и великолепные, благородные и священные.

Бум!

Ее десять пальцев слегка пошевелились, и из них вырвалась воля Ветра. Она также овладела чрезвычайно мощной боевой волей.

В этот момент Юэ Вэйвэй играла на дунсяо. От ее тела исходило ослепительное сияние, ветер закружился во всех направлениях, белые ленты развевались, духовная энергия была подобна туману, и она была похожа на фею, отрешенную от мира.

Лицо Хуа Хунъюй слегка изменилось. «Эта шлюха… Как у нее может быть такая мощь после шести боев подряд?»

Она слегка пошевелила мыслью, достала бамбуковую флейту и поднесла ее к губам.

Когда зазвучала флейта, позади нее также вспыхнуло великолепное сияние. В свете вылетели лепестки цветов, которые быстро распространились по всему помосту Ланъя.

Она стояла в глубине сотен цветов, окруженная великолепным сиянием, и огненно-красная феникс-самка танцевала среди цветов.

Хуа Хунъюй поднялась в воздух, слегка коснулась нефритовой ногой, и опустилась на огненно-красную феникс-самку. Внезапно звук ее флейты стал довольно священным, с древней и торжественной аурой, тяжелой и плотной.

В пустоте пульсировали звуковые волны, словно сталкивались тысячи мечей.

Непрерывно раздавался звон разбивающегося металла и камня, сверкая ужасающей остротой.

Свист!

Юэ Вэйвэй, поддерживаемая ветром, также медленно поднялась. Две великолепные фигуры парили в воздухе.

На помосте Ланъя расцвел изящный стиль, привлекший внимание десятков тысяч.

Шух-шух-шух!

Мелодия, созданная сяо, превратилась в струйки нежного ветра. Этот невидимый ветер превратился в осязаемые лезвия.

Сверкал свет клинков, ветер был подобен волнам, наслаивающимся друг на друга, и непрерывно обрушивался на Хуа Хунъюй.

Ху-ху!

В глазах Хуа Хунъюй мелькнула холодная усмешка. Крылья феникс-самки под ее ногами слегка дрогнули, и поднявшиеся потоки воздуха отбросили все приближающиеся лезвия.

Омм!

Крылья снова дрогнули, и в одно мгновение взметнулось огненное сияние. Сотни цветов закружились, и бесчисленные лепестки собрались в море цветов.

Хуа Хунъюй поднялась в воздух, ступая по морю цветов, и звук ее флейты превратился в волны.

Грохот!

Волны вздымались над морем цветов. Она стояла на вершине волны, неся в себе огромное море, словно собираясь поглотить Юэ Вэйвэй целиком.

В одно мгновение Юэ Вэйвэй оказалась в опасном положении, бросаемая волнами.

Линь Юнь закрыл глаза и не смотрел, но его правая рука, сжатая в кулак, непрерывно дрожала. Очевидно, его сердце не было спокойным.

В этот момент звук сяо Юэ Вэйвэй стал чрезвычайно пронзительным. На ее лбу появился красный отпечаток, и вырвалась еще более мощная духовная сила.

В следующее мгновение звук сяо стал водянистым и чрезвычайно холодным.

На бушующем море цветов мгновенно образовался слой инея. Иней быстро распространился, и в мгновение ока все море цветов, вместе с Хуа Хунъюй на вершине волны, оказалось заморожено.

В то же время звук сяо не прекращался!

Девять белых лент вокруг Юэ Вэйвэй, подобно летящему лебедю, пронзающему солнце, превратились в девять белых змей и устремились к месту, где находилась Хуа Хунъюй.

Треск!

Лед сковал Хуа Хунъюй лишь на мгновение. Через два-три вдоха раздался грохот, и море цветов вырвалось из ледяных оков. Лед на ее теле также разлетелся вдребезги, но почти одновременно девять белых змей, подобно летящему лебедю, ударили ее.

Пфу!

Хуа Хунъюй выплюнула полный рот крови. Все море цветов мгновенно распалось. Она упала с воздуха и только собралась снова поднести бамбуковую флейту к губам.

Ух!

Девять белых змей, контролируемых звуком сяо, зависли перед ней, как мечи. Ужасающее убийственное намерение заблокировало ее.

Если бы она осмелилась пошевелиться, белые змеи мгновенно бы ее разбили.

— Ты проиграла! — Тихо сказала Юэ Вэйвэй. Ее тон оставался спокойным, но мастера возле помоста Ланъя остолбенели.

— Я не проиграла! — В глазах Хуа Хунъюй появилось крайнее негодование, и она насильно поднесла бамбуковую флейту к губам.

Бах!

Но как только она пошевелилась, восемь белых змей отбросили ее. Пфу! Хуа Хунъюй выплюнула полный рот крови, и ее отбросило назад.

В финальном поединке Великого Собрания Ланъя Юэ Вэйвэй, после шести побед подряд, одержала победу над Хуа Хунъюй!

Ее серия побед достигла семи.

В финале было всего двадцать человек, и она, практически в одиночку, устранила почти половину из них.

Эта победа была неожиданной. Большинство считало, что Юэ Вэйвэй, которая уже сражалась шесть раз, скорее всего, проиграет Хуа Хунъюй.

Особых сомнений не было!

В конце концов, Хуа Хунъюй пришла подготовленной и наблюдала за шестью боями, поэтому она уже хорошо знала музыкальное искусство Юэ Вэйвэй.

Но Юэ Вэйвэй победила легко, почти сокрушив Хуа Хунъюй.

— Твои белые ленты немного странные. Ты была немного легкомысленна, твоя сила на самом деле не уступает ее, не стоит слишком об этом беспокоиться, — Цинь Хао из секты Небесного Пламени поднял Хуа Хунъюй и тихо утешил ее.

Его голос был негромким, но другие слышали его довольно отчетливо.

Проиграла из-за внешнего предмета?

Эти слова были, мягко говоря, несправедливыми. Белые ленты также приводились в действие музыкальным искусством, а Юэ Вэйвэй уже сражалась семь раз подряд.

По всем статьям Хуа Хунъюй имела преимущество, но все равно проиграла, что говорило лишь о том, что она уступает в мастерстве.

Но это сказал Цинь Хао, демон Святой Земли, и немногие осмеливались оспаривать его слова.

— Юэ Вэйвэй, давай я сражусь с тобой! — Из уст Цинь Хао вырвался холодный голос. Все остолбенели, в их глазах мелькнуло удивление.

Будучи одним из самых популярных претендентов на первое место, Цинь Хао, с его кругозором и высокомерием, не должен был нападать на Юэ Вэйвэй.

По крайней мере, Юэ Вэйвэй, которая сражалась семь раз подряд, не стоила его специального выхода.

Все немного удивились, а затем поняли, что он выступает за Хуа Хунъюй и пришел, чтобы преподать Юэ Вэйвэй урок.

Бум!

Цинь Хао сделал шаг и завис над помостом Ланъя.

Из него вырвалась огромная и могучая духовная сила. За спиной Цинь Хао появилось огненное сияние, и это пламя было ужасающим, словно живое.

— Нехорошо, — Янь Тяньчэнь, стоявший рядом с Линь Юнем, слегка нахмурился. Он явно почувствовал, что Цинь Хао отличается от тех, с кем сражалась Юэ Вэйвэй ранее.

— Вэйвэй, сходи! — Му Сюэлин гневно взглянула на Линь Юня, а затем крикнула Юэ Вэйвэй, стоявшей на помосте Ланъя.

— Прошу наставлений! — Юэ Вэйвэй не обратила внимания и пристально посмотрела на Цинь Хао.

— Наставлять не буду, просто научу тебя правилам… — Цинь Хао был равнодушен и высокомерен. Он резко расправил руки, и на его пяти пальцах обеих рук появилось слабое сияние.

Бум!

Огненная струйка за его спиной мгновенно вырвалась наружу и превратилась перед ним в древнюю цитру. Цитру охватило огненное сияние, и она источала мощное давление.

Цзян-цзян-цзян!

Слишком быстро!

Не успела Юэ Вэйвэй отреагировать, как непрерывно раздался звук цитры. Из нее вырвались ноты, превратившиеся в огненные шары, сравнимые с солнцем, которые молниеносно выстрелили.

Бах!

Почти одновременно со звуком цитры огненные шары появились перед Юэ Вэйвэй.

Застигнутая врасплох, она не успела сыграть на дунсяо и могла только взмахнуть руками, чтобы отразить атаку белыми лентами.

Грохот!

Но звук цитры был слишком быстрым и яростным, словно ураган, обрушившийся на маленькую лодку в реке. Девять белых лент Юэ Вэйвэй продержались недолго, прежде чем не смогли противостоять.

Огненный шар, созданный нотой, ударил Юэ Вэйвэй.

Юэ Вэйвэй, которая только что поднесла дунсяо к губам, была отброшена, прежде чем смогла издать хоть один звук.

Пфу!

Юэ Вэйвэй выплюнула полный рот крови. Ее отбросило, и дунсяо чуть не выпало из рук.

Младшая сестра! — Янь Тяньчэнь в тревоге вскочил.

— Разница слишком велика!

— Дело не в разнице, а в том, что Юэ Вэйвэй сражалась семь раз подряд, и ее духовная сила, вероятно, истощена.

— Слишком жестоко! Зачем Её Высочеству Таинственной Деве настаивать?

— Не понимаю. Она могла бы не сдаваться, а просто сойти и отдохнуть. Этот Цинь Хао немного перегибает палку. Даже если он выступает за свою женщину, ему не следовало пользоваться чужим затруднительным положением.

Повсюду разгорелись споры. Цинь Хао не только отдыхал, но и не дал Юэ Вэйвэй даже возможности сыграть на сяо.

На помосте Ланъя ситуация была полностью односторонней.

Но Юэ Вэйвэй, стиснув зубы, молча и спокойно реагировала, выискивая возможность сыграть на сяо.

— На этом все! — Внезапно холодно фыркнул Цинь Хао. Звук цитры взмыл в небо, и из струн вырвалось безграничное пламя.

Бум!

Огромный жар мгновенно окутал Юэ Вэйвэй. Белые змеи, созданные белыми лентами, не продержались долго и сгорели в пламени дотла.

— Конец! — Все изменились в лице. Этот Цинь Хао зашел слишком далеко.

Уголок рта Хуа Хунъюй внизу помоста изогнулся в холодной усмешке. В ее глазах мелькнула радость, и на душе стало немного легче.

Бум!

Но в этот момент из-за пределов помоста Ланъя в небо вырвалось огромное убийственное намерение.

Грохот!

В одно мгновение закружился ветер и облака, и вспыхнул кровавый свет.

— Что случилось? — Все вздрогнули, напуганные этим убийственным намерением. Они чувствовали, как немеет кожа головы, и давление, подобное горе.

Взгляды устремились туда, и все увидели, как Линь Юнь, сидевший, скрестив ноги, резко открыл глаза. Убийственное намерение вырвалось из его глаз, и в его сердце бушевал гнев.

— Цинь Хао, ты ищешь смерти! — Линь Юнь яростно крикнул и бросился на помост Ланъя.

К черту «отсечь и отпустить»! Если он не может защитить даже любимую женщину, то достоин ли он называться мечником?

Тысячи гневных мыслей бушевали в его сердце. В этот момент Линь Юнь был подобен богу убийства из преисподней, который ворвался на еще не законченный помост Ланъя.

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759381