Готовый перевод The Sovereign’s Ascension / Вознесение монарха: Глава 1663: «Кто посмеет тронуть моего брата Линя!»

Глава 1663.

В одно мгновение две древние мелодии наложились друг на друга, и вызванное ими явление снова изменилось.

Только что звучала «Мелодия Радужной и Перьевой Одежды», а теперь она мгновенно сменилась на «Серебряный Свод, Летящие Звезды» и «Феникс, Танцующий Девять Небес». Синь Ухэнь и его спутники были застигнуты врасплох.

Троим приходилось взаимодействовать. Все они владели Звучанием Мудреца, но использовали разные инструменты.

Даже если они не общались в обычное время, при их уровне мастерства в искусстве звука, им достаточно было лишь немного привыкнуть, чтобы достичь идеального согласования.

Те, кто мог овладеть Звучанием Мудреца, определенно не были посредственностями. Им было довольно легко понять, как смещать, объединять и переплетать соответствующие ноты и образы.

Но столкнувшись с Линь Юнем – этим монстром, – трое почувствовали сильную головную боль, совершенно не поспевая за его изменениями.

Сначала был «Огненный Феникс, Сжигающий Степи». Они только что сравнялись в силе и наконец нашли способ его прорвать.

Три потока уже собирались поглотить Линь Юня. Казалось, что он вот-вот проиграет, но музыка цитры изменилась, мгновенно превратившись в «Мелодию Радужной и Перьевой Одежды».

Небесные знамения и радужный свет наполнили небо.

Они не успели приспособиться к ритму «Мелодии Радужной и Перьевой Одежды», как Линь Юнь снова изменил мелодию. Их слаженное взаимодействие было полностью нарушено.

По мере того как звучала цитра, ужасающий серебряный звездный свет исходил от тела Линь Юня.

Звездный свет был подобен текучей ртути. Вокруг него появилось множество серебряных металлических элементов, которые, извиваясь, превратились в длинную серебряную реку.

Вперед!

Линь Юнь поднял руку и взмахнул ею. Эта металлическая серебряная река, сияющая звездным светом, полетела к Синь Ухэню, Кун Ину и Сяхоу Фэну.

Трое подняли головы, и в их глазах промелькнуло удивление.

Свист!

Сяхоу Фэн, игравший на дунсяо, и Синь Ухэнь, игравший на бамбуковой флейте, взлетели и разделились. Кун Ин, сидевший со скрещенными ногами, ударил рукой, и его древняя цитра перевернулась.

Бах!

Древняя цитра сотрясла серебряную реку. Он, оттолкнувшись ногой от цитры, взмыл в воздух.

Его тело перевернулось, и древняя цитра, которую он коснулся ногой, сделала два оборота и оказалась у него в руках.

— Помогите мне.

Кун Ин схватил цитру и сказал Синь Ухэню и Сяхоу Фэну, а затем бросился к Линь Юню.

Сяхоу Фэн и Синь Ухэнь кивнули. Каждый из них играл свои ноты, сдерживая звучание феникса и серебряную реку.

Они защищали Синь Ухэня, который благополучно приземлился напротив Линь Юня. Он сел, играя на цитре, а Синь Ухэнь и Сяхоу Фэн встали по бокам в качестве защитников закона. Трое, которые только что потеряли равновесие, не только восстановили стабильность, но и приблизились. Когда зазвучала цитра Кун Ина, из его пальцев вырвались ужасающие лучи света. Эти лучи, переплетаясь, превратились в различные явления.

Это было спокойное озеро. Над озером сотни Бессмертных дев танцевали с мечами. Они ступали по поверхности озера, группами бросаясь к Линь Юню.

Убить!

Синь Ухэнь и Сяхоу Фэн, приземлившись, обменялись взглядами и убрали свои инструменты.

Они напрямую активировали свою драконью эссенцию, высвобождая мощную культивацию Пути Воина, и бросились к Линь Юню.

Толпа, увидев это, выразила удивление, но гости на Пиру в Западном Саду были очень тактичны. Никто ничего не сказал, словно ничего не произошло.

— Осторожно!

Юньси из долины Ланьси не удержалась и воскликнула.

Играют грязно?

Линь Юнь улыбнулся:

— Ладно, я поиграю с вами.

Цель Сяхоу Фэна и Синь Ухэня была ясна: заставить Линь Юня прекратить игру на цитре, задержать его, а затем позволить Кун Ину подавить его с помощью Звучания Мудреца.

Хотя они с Синь Ухэнем владели Звучанием Мудреца, их индивидуальная культивация была весьма впечатляющей, оба находились на пике шестого уровня Драконьей Вены.

Возможно, они уступали Хуану Сюаньюю, но вдвоем им было более чем достаточно, чтобы оттеснить Линь Юня.

Они были уверены в своей стратегии. Продолжать соревнование в искусстве звука было бы трудно. Нужно было придумать что-то другое.

— Что вы двое собираетесь делать? — Линь Юнь улыбнулся, глядя на них.

— Забрать твою жизнь! — Холодно ответил Сяхоу Фэн.

— Ха-ха-ха! Вы не можете победить в музыке, поэтому прибегаете к таким грязным трюкам? Вы еще слишком молоды, чтобы сражаться со мной! — Линь Юнь громко рассмеялся. Он резко поднялся, прекратил играть и усмехнулся:

— Я выполню ваше желание. А теперь проваливай!

Линь Юнь, который только что выглядел элегантным, словно Бессмертный с Небес, внезапно пришел в ярость и замахнулся цитрой Ветра и Грома.

Бах!

Сяхоу Фэн и во сне не мог представить такой властный жест. Он был немедленно отброшен прочь.

Тело Лазурного Дракона, Ярость Ветра и Грома!

Затем Линь Юнь опустил цитру Ветра и Грома, развернулся и активировал все десять тысяч пурпурно-золотых драконьих узоров на своем теле.

Мгновенно взревел яростный ветер и гром. Вспыхнули молнии, и он ударил кулаком.

Бах!

Ладонь Синь Ухэня была разбита этим ударом. Он выплюнул полный рот крови и отлетел назад.

Цзян, цзян, цзян!

Но в то же время на него обрушился шторм цитры Кун Ина. Бессмертные девы, созданные звуковыми волнами, бросились на него с мечами.

Мечи танцевали, ноты звучали.

Линь Юнь не успел взять цитру Ветра и Грома. Уклоняясь, он обнаружил, что на его одежде появилось несколько порезов.

Вжух!

Линь Юнь довел «Божественное Искусство Погони за Солнцем» до предела, используя малейшую возможность, чтобы взлететь.

Вжух, вжух, вжух!

Но как только он поднялся, на него обрушились небесные ноты. Бессмертные девы падали, как листья, танцуя на ветру. Под музыку цитры они высвободили пронзительную угрозу, полностью окружив Линь Юня.

Когда казалось, что Линь Юню некуда бежать и он неминуемо получит серьезные ранения от явления, вызванного Звучанием Мудреца, произошло то, чего никто не ожидал. Линь Юнь сделал обратный жест и достал пурпурную дунсяо.

Цзян!

Почти мгновенно вырвался невероятно высокий звук дунсяо. За эту долю секунды мелодия изменилась сотни раз.

Каждое изменение повышало тон. Когда он достиг предела, за спиной Линь Юня расцвело красное солнце.

Бах!

Красное солнце, созданное Звучанием Мудреца, разбило всех Бессмертных дев. Звуковая волна продолжала бушевать.

Бах, бах, бах!

Бесчисленные столы на Пиру в Западном Саду разлетелись на куски. Различные нефритовые сосуды на столах были разбиты одновременно. Раздался грохот, и несколько человек, не выдержав, были отброшены прочь.

Кун Ин не успел среагировать. Все струны на его цитре порвались. Он выплюнул полный рот крови, и его лицо стало бледным.

Синь Ухэнь и Сяхоу Фэн, которые только что поднялись, были потрясены штормом дунсяо, выплюнули кровь и рухнули на колени рядом с Кун Ином.

Линь Юнь опустил дунсяо. На его лбу выступили капли пота, и он выглядел довольно слабым.

Сражение с тремя великими силэ одновременно было довольно опасным. В последний раз, когда он использовал поспешное звучание дунсяо, чтобы переломить ситуацию, его духовная сила также была истощена.

Это был смертельный ход. Если бы он не смог сокрушить Кун Ина, Линь Юнь проиграл бы из-за слабости.

Однако трое дали Линь Юню шанс!

Если бы они просто соревновались в музыке, даже если бы Линь Юнь выиграл, ему было бы крайне трудно победить трех противников.

Но эти трое решили пойти кривым путем, и это стало их гибелью. Кун Ин в одиночку не смог противостоять взрыву Линь Юня.

— Кто еще желает сразиться со мной, Линем? В искусстве звука или на Пути Воина – я готов сразиться с любым из своего поколения!

Линь Юнь убрал сяо из божественного бамбука Пурпурной Яшмы и, приземлившись, призвал свою цитру Ветра и Грома, которая была отброшена в сторону.

Кто еще!

Его голос был негромким, но звучал в ушах толпы крайне резко. Все почувствовали жжение на лицах.

Кто осмелится выйти?

Кто? В культивации Хуан Сюаньюй, гордость Святой Земли, был побежден, и его глаза снова были выколоты. В искусстве звука трое великих силэ объединились и потерпели сокрушительное поражение от Линь Юня.

Хотя здесь было много людей, кто мог сказать, что он сильнее этих?

Тишина!

На огромном Пиру в Западном Саду никто не осмелился встретиться взглядом с Линь Юнем. В мертвой тишине лица тех, кто ранее оскорблял Линь Юня, горели от стыда.

Господин Фэнъюань сидел на главном месте, держа бокал, и его лицо было ужасно черным.

Сегодняшнее событие стало величайшим позором в его жизни с момента его восхождения.

Линь Юнь улыбнулся и посмотрел на господина Фэнъюаня:

— Сегодняшний Пир в Западном Саду, я, Линь, был вынужден вмешаться. Прошу прощения за беспокойство, господин Фэнъюань. Однако это не совсем плохо. По крайней мере, вам не придется зря ехать во дворец Небесного Аромата. С вашего позволения!

Бах!

Рука господина Фэнъюаня, державшая бокал, ударила по столу. Сердца присутствующих екнули, все были напуганы.

Лю Чэньфэн собирается вмешаться лично?

Возможно, это не так уж и невозможно. Хотя культивация господина Фэнъюаня давно достигла девятого уровня Драконьей Вены, ему было всего тридцать четыре или тридцать пять лет. Возможно, он был немного старше Линь Юня, но все еще мог считаться его ровесником.

— Прийти, когда захочешь, и уйти, когда захочешь? Ты что, считаешь мое поместье святого Лю огородом? — Господин Фэнъюань уставился на Линь Юня, говоря без радости и печали. Его лицо было некрасивым.

Но в его словах не было ни радости, ни гнева. Просто чувствовалось величие, вызывающее безотчетный страх.

— Господин Фэнъюань желает сразиться со мной, Линем? — Глаза Линь Юня загорелись, и он тихо сказал:

— Это не невозможно. Я уже говорил, что готов сразиться с любым из моего поколения.

— Хе, — господин Фэнъюань тихо рассмеялся. — Я человек, одной ногой стоящий на стадии Владыки. Что я получу, если выиграю у тебя? А вот ты сможешь похвастаться, если продержишься в моих руках десять приемов.

Остальные гости Пира в Западном Саду тихо кивнули. Слова господина Фэнъюаня были ясны: ты не достоин.

Линь Юнь слегка прищурился и улыбнулся:

— Как узнать, если не попробовать? Может быть, мне повезет, и я выиграю?

Господин Фэнъюань равнодушно сказал:

— Тебе не нужно меня провоцировать. Я не стану на тебя нападать. Поговорим, когда войдешь в сотню Рейтинга Драконов. Иначе ты не заслуживаешь даже моего взгляда.

Бум!

Сказав это, он резко встал, и от него вырвалось мощное давление.

Ужасающая аура девятого уровня Драконьей Вены, подобно высоко взметнувшейся горе, сдавила людей, не давая им дышать.

— Молодые люди могут быть импульсивными, и я, Лю, не стану придираться. Мой бездарный младший брат понес от тебя такой ущерб, что я даже не стал вмешиваться. Но ты лишил глаз Хуана Сюаньюя, и его раны неясны. Если ты просто уйдешь, как мне объясниться с сектой Сияния?

Господин Фэнъюань равнодушно сказал:

— Прошу молодого друга пожить несколько дней в моем поместье святого Лю. Когда прибудут люди из секты Сияния и дворца Небесного Аромата, мы обсудим, как решить этот вопрос.

Линь Юнь рассмеялся:

— А если я все-таки захочу уйти?

— Ты сможешь уйти?

Господин Фэнъюань усмехнулся:

— Попробуй уйти!

Бум!

Как только слова господина Фэнъюаня прозвучали, в окрестностях Пира в Западном Саду последовательно возникло несколько чистых Святых аур. Ужасающее намерение убийства мгновенно зафиксировалось на Линь Юне.

— Ты действительно думал, что я пришел один? — Равнодушно сказал Линь Юнь.

На лице господина Фэнъюаня появилось спокойствие, и он тихо рассмеялся:

— Я не дядя Цзян Юй. Если я говорю, что ты должен остаться, ты останешься. Никто не спасет тебя!

— Ха-ха-ха! Никто не спасет? Господин Фэнъюань, попробуй тронуть моего брата Линя!

Едва господин Фэнъюань закончил говорить, как с восточной стороны поместья святого Лю, в ночи, словно фея, появилась алая фигура.

За этой алой фигурой следовала белая фигура, окутанная Святым сиянием. Она была холодна, как айсберг, и чиста, как Святой.

— Святой старейшина!

В тот момент, когда Цзян Юй увидел белую фигуру, его лицо мгновенно изменилось.

[На сегодня только эта глава. Завтра продолжу стараться.]

http://tl.rulate.ru/book/70839/20759357