За столом атмосфера семьи из трех человек очень теплая.
Поев, мужчина снова вернулся в кабинет. Цзян Тинсюй некоторое время смотрел с сыном телевизор, а потом уговорил сына пойти в комнату, чтобы помыться и поспать.
Завтра я еще на работе!
В этот момент первый двор Юньчэна.
Гу Юэшу утром перевели из отделения интенсивной терапии в общую палату. Конечно, это должна быть одноместная палата класса VIP-люкс.
В это время в палате оставался только человек из второй палаты семьи Гу.
Госпожа Гу ущипнула своего сына:
"Где Горелый? Разве ты не говорил, что хочешь приехать?".
Если не считать того, что Гу Раньчжи некоторое время оставался за пределами отделения интенсивной терапии, до сих пор я не видел кровного отца Гу Юэшу.
Гу Ранжи, естественно, заранее поздоровался.
Знаете, эти два человека состоят в отношениях биологических прямых родственников - отец и сын!
Это делало их еще более отчужденными, чем чужие люди!
Хан, кого ты можешь винить?
Забудь!
Гу Ичэн был внезапно ущипнут матерью и мгновенно вскочил:
"Нет, откуда я знаю, когда приедет мой кузен?".
В любом случае, звонок был сделан час назад, и к этому времени никаких цифр не было видно.
Гу Ичэн не осмелился спросить своего двоюродного брата, не говоря уже о том, чтобы звонить ему серийно.
Однако Гу Юэшу на больничной койке вдруг заговорил:
"Сяомин, вторая жена и Ачен, вы все сначала вернитесь в гостиницу. Жгуна может не быть здесь в столь поздний час".
В этом тоне как можно не услышать потерю?
Гу Сяомин и его жена посмотрели друг на друга:
"Хорошо, брат, тогда мы вернемся в гостиницу первыми, со стороны Горения могут быть другие задержки!".
"Все в порядке".
Только после этого из второй палаты вышли Гу, а медсестра вошла в палату, чтобы охранять.
Что касается Гу Ранжи, о котором они только что упомянули, то он уже был в отделении, но препятствие в его сердце никак не могло пройти, поэтому он продолжал тянуть.
В этот момент, увидев, что Ершу Гу и остальные ушли, Гу Ранжи вышел из глухого угла коридора, поправил костюм и направился в палату.
В отделении неотложной помощи ночью гораздо шумнее, чем днем.
Плач ребенка, причитания пациента и так далее...
К счастью, в VIP-палате нет людей, и никто не заметил Гу Раньчжи, большую звезду.
В палате Гу Юэшу лежал на больничной койке, устремив глаза в потолок.
Нанятая медсестра налила ему воды, приготовившись ждать приема лекарства после прочтения книги.
Стук. . .
В этот момент раздался стук в дверь.
Сиделка быстро поставила чайник:
"Здесь, кто там?"
Открыв дверь, я увидела людей:
"Вы?"
Простите дядю сиделки, который не следит за звездами и не смотрит развлекательные сплетни, поэтому я совсем не знаю Гу Ранжи.
Другими словами, я просто чувствую себя немного знакомым.
Но Гу Юэшу, Юй Гуан увидел человека в дверях, его лицо было явно взволнованным:
"Старый Ли, это мой сын!".
Лао Ли - дядя медсестры, он сразу понял, что это за человек:
"Тогда я схожу и принесу две бутылки кипятка, запасу их на ночь".
Сказав это, он вышел с бутылкой воды и закрыл за собой дверь палаты.
Гу Ранжи не видел этого человека, лежащего на больничной койке. Он видел его много раз, когда был молодым, а также видел его здесь совсем недавно.
В этот момент, убедившись, что состояние мужчины улучшилось, он холодно усмехнулся:
"Я уже давно сказал, если тебе действительно наплевать на свое тело, делай это с собой, но не лезь на глаза моей матери!".
Бывшая жена сделала операцию бывшему мужу, или что-то вроде экстренного спасения... этот сюжет я не посмею разыграть в сериале, да?
Как может Гу Юэшу не знать, что его сын обвиняет себя?
"Простите, я не знал, что меня сюда отправят".
http://tl.rulate.ru/book/70593/2094648
Готово:
