Сразу стало ясно, чем эта комната отличается от всех предыдущих. Каменная дорожка огибала мутную воду, глубину которой невозможно было разглядеть.
Мост, нависший над пугающей бездной, был обветренным и скользким, покрытым полупрозрачным слоем смертоносной воды, наверняка кишащей болезнями. В центре мрачной комнаты, в конце унылой тропы, находилась круглая каменная площадка, едва заметно дрожащая от напора текущей воды.
– Ну конечно, тут обязательно должна быть вода. Вижу, у этих древних богов действительно есть зуб на смертных…
– Неважно, что Астерий на меня нашлёт, я всё разрублю своими клинками. Знаю, он где-то наблюдает – наверное, от страха обделывается.
Опьянённый мыслями о грядущей бойне, Голдхев выхватил из-за спины два зазубренных клинка, похожих на нечто среднее между короткими мечами и пилами.
– Откуда ты вообще знаешь, что нам придётся с кем-то сражаться?
– Я чувствую это в воздухе. Смерть ждёт нас, она знает, что сейчас произойдёт.
Рен не спешил обнажать клинок, прекрасно понимая, что кровожадный воин без проблем справится со всем, что их ждёт.
Лёгкая вибрация пробежала по подошвам сапог, вода брызнула на каменную дорожку от едва заметной дрожи. Он не придал этому значения, сделал несколько шагов вперёд, но вибрация повторилась – на этот раз с большей интенсивностью.
– Хм?
Всё произошло как в замедленной съёмке. Из озера теней вырвалась фигура, обнажив ряды голодных лезвий, усеивающих дёсны. Серое, почти человеческое тело с головой покрытой шрамами белой акулы выпрыгнуло из водной обители, где скрывалось, направляя свои налитые кровью клыки на грубого, ничего не подозревающего воина.
Прежде чем он успел вымолвить хоть слово, меч уже был в его руке, а расстояние до водного чудовища стремительно сократилось, будто его невероятную скорость он высвободил непроизвольно.
– Дункель: Шаг в тени, – это заклинание скоростного, почти мгновенного перемещения он собирался произнести. Каждая клетка его тела была направлена на одно – пронзить клинком слизкое тело злобного существа, без труда отделив его противоестественную голову от плеч. Обдумывать действия не требовалось, он даже не успел осознать, что произошло, пока его ноги снова не коснулись твердой земли.
К тому моменту, как Голдхев обернулся с клинками в руках, битва уже закончилась.
– Что, черт возьми, тут случилось?
– …Я… я не знаю.
Казалось, что он лишь пассажир в собственном теле, глядя на свою руку, сжимающую Белус, дрожащую от отступающего адреналина.
– Голова…
– Значит, мы имеем дело с "Малверками", скользкими ублюдками.
Голдхев толкнул своими запачканными черными сапогами безжизненное тело поверженного существа, наблюдая, как его перепончатые пальцы рук и ног все еще подергиваются.
– Тошнит…
Едва эта мысль пронеслась в голове, его желудок скрутило, вырвав кашлем с желчью. Все тепло словно испарилось из пор, оставив тело дрожать от холода. В голове разболелось, пульсируя прямо за левым глазом, он прикрыл его рукой, морщась от внезапной боли.
– Что с тобой, чёрт возьми?
Первой мыслью была нехватка маны, но это ощущение было совершенно иным. Отсутствие маны обычно ощущалось как после интенсивной физической нагрузки, но сейчас это больше походило на тошнотворную болезнь.
– …Думаю, использование магии вот так как-то на меня повлияло.
– А?
Голдхев явно понятия не имел, что происходит с Реном. Он покручивал клинки в руках, держась на расстоянии, будто тот был заразным пациентом.
– Тьма… Ощущение, словно чёрный туман застилает разум, пустая тьма поселилась в животе… Забирает всё изнутри.
– Я в порядке, – Рен выпрямился, сделал несколько глубоких вдохов, вытер остатки жидкости с уголка рта и сплюнул заражённую слюну.
– Никто и не спрашивал, – грубо ответил Голдхев, уже отвернувшись. – К нам тут уродцы пожаловали.
Несмотря на тошноту, полное отсутствие сочувствия со стороны его попутчика разожгло в Рене жгучее желание – желание украсть у него всё веселье, взяв всю инициативу на себя.
– Он наверняка считает меня сопляком. Гордости и самоуважения у меня не так уж и много, так что я не против доказать ему, что он ошибается.
Группа людей-акул вынырнула из чёрной воды, приземляясь на каменный пол. Теперь их можно было разглядеть получше: ростом с молодого человека, телосложением как у футболиста.
Как обычно, Голдхев не спешил, со скрежетом проводя клинками друг о друга и медленно направляясь к прибывающим угрозам с безумной ухмылкой.
Рен воспользовался этим, рванув мимо него, уже держа руку на рукояти клинка.
Даже в таком состоянии, несмотря на больную слабость, он чувствовал прилив адреналина, от которого хотелось смеяться. Он представил себе бесценное выражение лица Голдхева, когда оставил его позади, выхватил Белус и разрубил первого малверка.
Иногда Рен забывал, какую силу он накопил за время пребывания в Гайе – он с удивлением наблюдал, как рассёк водяного монстра на поднос суши. В этот момент Рен почувствовал приближение Голдхева, нацелившегося на трёх малверков справа от него.
– Не бывать этому!
– Дункель: Шаг тени!
С ловкостью, превосходящей даже ярость его сообщника, Рен вонзил остроту своего клинка в мягкую, словно резина, плоть рыболюдей. Поначалу было непросто привыкнуть к этой технике, но "Шаг тени" оказался бесценным инструментом в его арсенале — пусть даже на мгновение, он даровал скорость, не сравнимую с большинством.
Развернувшись с легким вращением, он обрушил Белус на голову следующего существа, расколов её надвое, и фонтан кобальтовой крови брызнул во все стороны.
– Ещё одного из этой партии! Не могу дождаться, чтобы увидеть его лицо, тогда он перестанет называть меня «малыш».
Крепче сжав рукоять своего верного клинка, он прошептал заклинание "Шага тени", пронзая пространство и всаживая острие Белуса в мягкое брюхо.
Резким движением запястья он проделал глубокую рану в его животе, выпотрошив его с излишней, казалось, силой.
– Какого черта ты тут творишь?
Голдхев наблюдал за уничтожением малверков, его кровожадность сменилась растерянностью. Пока мужчина был озадачен внезапным энтузиазмом юноши, Рен не терял времени и двинулся навстречу приближающимся малверкам.
Их ноги шлепали по каменному полу, обнажив пасть с клыками, а мутные глаза словно уже видели мир мертвых. Взмахнув клинком в воздухе с расстояния, недоступного для Белуса, Рен произнес: "Дункель: Клинок", посылая лезвие тьмы, рассекающее двух приближающихся водных чудовищ.
– Это мелочь, не думаю, что это всё, что есть в этой комнате.
Прикончив последних из этих беспомощных созданий стремительным ударом, отделившим голову от плеч, Рен смахнул неестественную кровь со стали своего оружия.
– Что ты думаешь, что делаешь?
– Убиваю своих врагов, как и ты.
– Не пойми меня неправильно, я позволяю тебе увязаться за мной только потому, что мне стало жалко тебя. Если ты захочешь стать настоящей занозой в заднице, попытаешься стать реальным конкурентом, тогда мне придется взять дело в свои руки.
Как и ожидалось, Голдхев был не в восторге от того, что у него отняли всё "веселье". Его руки скользнули вниз, за плащ, он потянулся к чему-то, но остановился, когда из некогда спокойной воды поднялся огромный всплеск. Дождь из мутной, похожей на сточные воды, обрушился на них, когда они посмотрели на то, что явилось.
– Кажется, я накаркал. Босс здесь.
– Держись подальше от этого, сопляк.
Даже когда улыбка просияла на его лице от предвкушения битвы, взгляд Голдхева был далек от радостного – он источал абсолютную жажду крови, которая требовала выхода, сжимая рукояти обнаженных клинков так, словно собирался раздавить их.
– Конечно, конечно.
http://tl.rulate.ru/book/69507/5935245
Готово:
