Интересно, что в Мексике и на севере Южной Америки имелись некоторые места, которые выделялись среди других... возможно, это было что-то связанное с древними цивилизациями майя и ацтеков... и скорее всего, ему удастся найти среди них что-то магическое.
Сара, его двоюродная сестра, сейчас путешествовала по Америке в поисках магических руин с несколькими телохранителями.
Также Аттикус поддерживал связь с Мойрой, осваивая ее знания в Комнате Времени и информировал ее о свойствах данной комнаты.
Ему было немного жаль свою прародительницу. Она не хотела взаимодействовать с миром в его нынешнем виде, и он ее понимал.
По правде говоря, Сэйр был очень удивлен тем, как она с ним общается, и подумал, не объясняется ли это кровной связью, а также тем, что ее долг - оставить после себя свои знания. В любом случае, на этом фронте задач было обнаружено несколько астероидов, которые подходили для его целей, что просто замечательно.
В ближайшие... три года или около того он не сможет ничего предпринять, но это не страшно.
Ему нужно было поработать над оберегами и создать щиты, защищающие от ядерных боеголовок. Он уже продвинулся в разработке способа защиты от других видов энергии, но на данный момент это была скорее неудачная работа, чем что-либо действительно полезное.
Также требовалось поработать и над тем, как эффективнее использовать магическую энергию. Отчасти именно поэтому он собирался изучать физику энергии. У него было какое-то предчувствие, скорее даже толчок, который подсказывал ему заняться этим.
Его видения во сне почти повторялись, и одно было ясно: по окончании обучения ему придется какое-то время участвовать в сражениях. Книги, которые он читал по гаданию, помогли ему кое-что понять.
Его собственные способности были гораздо более искусственными, гораздо более личными, чем у провидцев, получившими дар от природы. Те провидцы видели будущее, и никто не понимал, почему они их видят. Откуда приходят эти видения. То же самое было и с пророками и их пророчествами.
Аттикус удрученно покачал головой. Это были вопросы для другого раза, когда у него будет время ими заняться.
Занятия шли довольно хорошо, и вскоре он стал любимым преподавателем для большинства первого, второго и третьего курсов, поскольку его нетрадиционная манера преподавания вызывала уважение.
Подобный игровой формат урока повторялся нечасто, он провел всего два таких занятия с первыми курсами и одно со вторыми, но он подходил к Чарам с более интуитивной точки зрения, объясняя им так, чтобы вдохновить учеников.
Конечно, он тоже читал лекции, важно было передавать информацию быстро и кратко, но это не означало, что занятия должны быть скучными.
Занятия со старшими студентами были гораздо более стандартными, учитывая, что они были близки по возрасту.
К сожалению, не всё было хорошо и замечательно. В какой-то момент Эмили притащила его на вечеринку своего декана, и ему пришлось общаться с присутствующими на ней.
Аттикус действительно восхищался Слизнортом за то, как тот беззастенчиво коллекционировал людей. Все знали об этом, и всё же, поскольку он делал это так ненавязчиво и без злого умысла, многие ему подыгрывали.
По правде говоря, это было неплохое мероприятие для налаживания контактов, и Сэйр познакомился с несколькими сотрудниками министерства, многие из которых были более чем рады пообщаться с ним, учитывая его репутацию.
Это помогло ему понять, что думают о нем в министерстве. За последние несколько лет его статус поднялся довольно высоко, и он стал «товаром» магической Британии, которым власть имущие были довольны.
Министерство, прежде всего, не любило, когда его власть подрывалась, и многие политические течения были направлены на противостояние этому.
Запреты на ритуалы, запреты на целые направления магии, ограничения на то, чему обучают детей...
Удивительно, что они не нервничали из-за него, но в очередной раз семейное наследие помогло в этом вопросе. В роду Сэйров никогда не было Темных Лордов, и они редко вмешивались во что-то, кроме дел семьи, а когда вмешивались, то выступали на стороне Света.
Такая репутация во многом защищала его, несмотря на то, что было известно о его силе и способности к беспалочковой магии, которая в течение нескольких месяцев вызывала переполох в школе, пока студенты не привыкли.
Дамблдор теперь чаще смотрел на него расчетливо. Скорее всего, он тоже был способен на какую-то форму беспалочковой магии, но такой человек хотел бы, чтобы данная способность оставалась скрытой и использовалась незаметно.
Аттикус задавался вопросом, может ли он насылать чары принуждения без палочки. Хотя окклюменция могла бы помочь сопротивляться, дети были гораздо более восприимчивы к подобным вещам.
Такая возможность была бы бесценным инструментом в его арсенале, позволяющая формировать людей в соответствии с его желаниями... способствовать ухудшению отношений между факультетами, а также тонко влиять, заставляя магов доверять ему.
Странно, но мужчина редко общался с ним, даже если наблюдал практически постоянно. С другой стороны, Диппет был заинтригован его преподавательской практикой, учитывая, насколько хорошо она была воспринята учениками. Часто это приводило к небольшим дебатам за столом сотрудников школы, где каждый высказывал свое мнение.
Даже МакГонагалл постепенно принимала его методы, учитывая то, как хорошо они работали на многих других предметах. Первокурсники показывали отличные результаты на многих уроках, и он не мог не испытывать гордости по этому поводу.
Он покачал головой, отвлекаясь от мыслей о Дамблдоре и преподавании. То, что о его способности к беспалочковой магии узнали, было выгодно во многих отношениях, но это также заставляло врагов опасаться и, возможно, наносить удары нетрадиционными способами.
Теперь, когда стало известно, что он может колдовать без концентратора, если его когда-нибудь осудят за какую-нибудь ерунду, то заключат в тюрьму с гораздо более жесткими магическими ограничениями.
Большинство специальных наручников были предназначены для того, чтобы нарушить магический поток в теле, и лишить пользователя возможности использовать свою магию должным образом.
Имелись и несколько темных заклинаний, подавляющих магию. На них, собственно, и были основаны заклинания, запечатывающие магию у магглорождённых, отказавшихся учиться в Хогвартсе.
Заклинания не были постоянными, но если проходило достаточно времени, то магия человека ослабевала, лишь немного превышая уровень сквиба. Магия питала тело, и если она подавлялась, то тело мага переставало испытывать поддерживающее влияние, что уменьшало силу человека. В конце концов, магические существа не просто так были более крепкими.
В любом случае, ему нужно было найти способ сделать так, чтобы подавляющая магия никогда не подействовала на него. Он никогда не допустит, чтобы у него отняли такую силу.
Что касается Эмили, то ее положение в Слизерине было прочным. Она стала бесспорным лидером и, так сказать, имела свой собственный круг.
Несколько старшекурсников конечно ворчали, но никто не осмеливался на большее. Аттикус подозревал, что за этим кроется нечто большее, но Риддл не стала уточнять, а он и не настаивал.
Некоторые из ее соратников также вошли в иерархию Слизерина. Малфой и Долохов. Два очень разных человека, но по-своему способные.
Один из них мог оказывать разлагающее влияние на министерство, а другой был весьма способным дуэлянтом, смертельно опасный для её врагов.
http://tl.rulate.ru/book/69062/3185609
