"- Хорошо. Скорее всего, ее текущих возможностей будет недостаточно, поэтому придется потратить время на то, чтобы переделать кузницу и печь в соответствии со стандартами", - предположил гном немного насмешливо.
"- Сначала ты будешь работать с железом, чтобы понять процесс вживления магии в металл, а также пройдешь кузнечную практику моего народа. Потом сталь, и так далее, пока не будешь готов работать с Небесным металлом".
"- Как думаешь, сколько времени это займет?" - с любопытством уточнил Аттикус.
"- Столько, сколько потребуется", - хмуро отрезал Двалин, сверкнув глазами. "- Учитывая твои слабые руки, вероятно, потребуются годы, чтобы довести тебя только до нужной физической формы"
Сэйр слегка нахмурился, но не стал возражать.
"- Я превзойду твои ожидания настолько, что буду считаться ценным учеником даже по меркам гномов", - уверенно заявил он, и Двалин рассмеялся, хотя и не издевательски.
"- Посмотрим, волшебник... посмотрим", - пробормотал он, оценивающе глядя на парня.
**************************************************
-Перерыв-
POV Эмили
КЛАНГ!
Эмили прислонилась к стене на краю рабочей комнаты, которая превратилась в импровизированную кузницу. Жара стояла невыносимая, но с ней можно было справиться с помощью заклинаний.
КЛАНГ!
Искры разлетелись, когда молот ударил по металлу.
КЛАНГ!
Она смотрела, как он снова и снова замахивается. Даже с такого расстояния Риддл могла видеть, как пот стекает по его обнаженной верхней части спины. Ее взгляд был прикован к восхитительным резным мышцам, которые пульсировали при каждом движении, при каждом поднятии молота над головой и при каждом ударе по раскаленной стали.
Его магия была пробуждена, и она чувствовала ее интенсивность каждый раз, когда он ударял по металлу.
Это сводило с ума.
Прошло уже больше месяца с тех пор, как он решил переделать одно из свободных помещений в Тайной комнате, которые они нашли, когда отправились на разведку. Здесь также была спальня Салазара, которую скорее можно назвать гостиной и спальней, а также, к ее восторгу, ритуальная комната.
В любом случае, Аттикус решил переделать одну из рабочих комнат под свои нужды.
Помещение было круглым, около двадцати метров в диаметре, и совершенно пустым, если не считать стандартного деревянного верстака.
Теперь здесь было возвышение, на котором покоилась наковальня, а сама кузница находилась в другом конце комнаты.
Она оторвала взгляд от напряженной мускулистой фигуры и повернулась к остальной части помещения, где по краям вдоль стен стояли столы, сундуки и всевозможные молоты.
КЛАНГ!
Ее взгляд вернулся к парню, и она вздохнула. Эмили и раньше видела его без рубашки, даже трогала, но за последний месяц или около того его тело стало гораздо более рельефным.
Аттикус всегда был мускулистым, но теперь... она видела, как увеличивается его мышечная масса, когда он каждую ночь работает в кузнице. Риддл тоже приходила сюда каждый вечер, благо, что кузнеца находилась всего в нескольких минутах ходьбы от общего зала Тайной комнаты.
По вечерам у нее было время на изучение ритуалов и арифмантики, опираясь на его записи, которые он делал на протяжении многих лет.
Её взгляд снова остановился на его руках, которые с каждой неделей увеличивались в размерах. Его грудные мышцы и пресс стали твердыми, словно метал, который он ковал, и она не стала бы врать, сказав, что ей не доставляет удовольствия ощущать их своими руками.
Эмили присоединилась к его упражнениям, которые теперь стало проводить еще проще, так как они могли встречаться в Комнате по утрам, дуэлируя и развивая свою магию.
Аттикус верил, что постоянное использование магии увеличивает ее общее количество, а совершенствование тела дает схожий эффект, хотя и незначительный.
Имелись книги по теории магии, которые подтверждали это, хотя данная информация никогда не была полностью проверена.
Тем не менее, Риддл полагала, что в этом есть доля правды, учитывая ее собственные способности, да и его тоже.
Тем не менее, у них была возможность и время встречаться, и даже не один раз в день. По правде говоря, она не представляла, как ему удается уместить все, что он делает, в сутки. И спит ли он вообще. Это вызывало недоумение, а в ответ она получала лишь усталые улыбки, которые ничего не объясняли и в то же время говорили о многом.
КЛАНГ!
И вдруг, однажды, он решил стать кузнецом. Эмили тогда посмотрела на него с недоверием и попросила объяснить такое желание.
Аттикус назвал это хобби.
ХОББИ.
Из всех вещей...
Учитывая, что он сказал ей это с ухмылкой на лице и весельем в глазах, стало понятно, что он не хочет рассказывать ей всего, по крайней мере, сейчас.
КЛАНГ!
Но Риддл не могла отрицать, что это было... не совсем неинтересно для нее. Она провела языком по губам, пробежавшись взглядом по его телу.
По правде говоря, это было странно для нее. За год с небольшим ее взгляды изменились кардинально, особенно взгляды на природу отношений.
Эмили никогда не верила, что ей кто-то нужен, пока не встретилась с ним. Да и сейчас она не была уверена, что он ей нужен, просто не хотела его терять.
Его прикосновения, когда он ласкал ее лицо, щеки... когда его губы встречались с ее губами, когда ей удавалось раззадорить его, когда она сидела у него на коленях, чувствуя его твердый член сквозь брюки...
Риддл вздохнула, на мгновение закрыв глаза, когда возбуждение вновь накатило на нее, а затем ее взгляд снова упал на Сэйра.
КЛАНГ!
Она напряженно смотрела на его мускулы, нити мышечных волокон были хорошо видны даже с такого расстояния, и представила, как отдыхает в его объятиях...
Эмили поджала губы. За время, проведенное вместе, которого в последнее время, к ее раздражению, было немного, она ясно дала понять, что хочет большего. Но с тех пор ничего не произошло.
То, что она жаждала его общения... иного характера, когда раньше любое прикосновение вызывало у нее отвращение, наполняло девушку мрачным весельем.
Розье была сплетницей, и одной из вещей, о которых она любила сплетничать, были мальчики, хотя никогда не позволяла себе ничего подобного в ее присутствии, зная незаинтересованность Риддл. И конечно же, Розье боялась обидеть опасную однокурсницу.
Но с тех пор как ее отношения с Аттикусом стали достоянием общественности... Розье явно хотелось поговорить с ней об этом, но Эмили никогда не давала ей такой возможности.
Розье хорошо вписалась в школьные круги, особенно среди девочек. Паркинсон - в меньшей степени. Во всяком случае, Риддл... поинтересовалась у нее, что именно девочки обсуждают касательно... мальчиков.
Она с отвращением скривила лицо, вспомнив о необходимости этого. Розье оказалась просто кладезем информации, и ей пришлось прибегнуть к окклюменции, чтобы сдержать свой гнев. Ей, конечно, было все равно, что говорят о ней девушки касательно ее отношений с Аттикусом, но то, что передала ей Розье...
Она кипела от вопиющего неуважения и мерзости, которые выплескивались на нее. Комментарии о статусе крови не были тем, что говорили о ней, по крайней мере, в лицо, а её правление на Слизерине позволяло... инакомыслящим быть легко идентифицированными, или так она думала, и с ними... разговаривали... возможно, не так, как с Селвином, но достаточно, чтобы подтвердить её статус на факультете.
И все же за закрытыми дверями Слизерина, особенно среди девочек, она была совсем не популярна и вызывала откровенную неприязнь, если не ненависть. И, как ни странно, немалую роль в этом играл тот факт, что все они были согласны с тем, что она не подходит для принца Британии.
http://tl.rulate.ru/book/69062/3175705
