Готовый перевод Transmigrated as the Stepmother of the Male Protagonist in a Campus Story / Моя роль: мачеха героя романа о школьной любви [Завершено✅]: Глава 57.2

С другой стороны, у Чжоу Яня разболелась голова.

Он просто вышел в туалет, а потом — подышать свежим воздухом, но снова столкнулся с Юнь Синь. Сказать, что Чжоу Янь ненавидит Юнь Синь, нельзя. Они знают друг друга с детства и дружат почти столько же, и пусть их дружба не может сравниться с многолетней дружбой Чжоу Яня с Янь Чжэнфэем, но Юнь Синь действительно одна из немногих друзей Чжоу Яня.

Однако Чжоу Янь прекрасно понимает, что даже если она друг, даже если Юнь Синь считает, что это для его же блага, ее поведение переходит все границы.

Точно так же, как Янь Чжэнфэй. Но Чжэнфэй заботился о нем, и хотя слова, которые он произносил, были неуместны, они просто разговаривали об этом, в то время как Юнь Синь непосредственно претворяла это в жизнь. Поэтому Чжоу Янь чувствовал, что даже если в будущем в этом не будет необходимости, он все равно уменьшит свое общение с Юнь Синь.

Юнь Синь сегодня одета в светло-розовое платье, у нее светлая кожа и тонкие черты лица, хотя ей не очень много лет, видно, что, когда она дорастет до зрелого возраста, она тоже станет красавицей с очень красивым лицом.

Она осторожно подошла к Чжоу Яню, прислонившемуся к колонне, и встала в метре от него. После минутного молчания Чжоу Янь уже собирался уходить, когда Юнь Синь окликнула его и сказала, как будто о чем-то незначительном, например, о погоде:

— Я очень удивлена, что ты пришел сюда с дядей Чжоу и тетушкой, но я также очень рада, твои отношения с тетушкой улучшились. Они должны быть очень хорошими, она должна быть очень добра к тебе, верно? Тогда нам легче.

Она говорила это, но не верила, что мачеха Чжоу Яня может быть хорошей.

Ей приходилось иметь дело с мачехой Чжоу Яня.

Поэтому в душе она все больше и больше тревожилась, опасаясь, что та обманула Чжоу Яня.

Но что она могла сказать?

У Чжоу Яня онемела кожа головы, и он почувствовал себя очень беспомощным: Юнь Синь не была такой раньше, как же она стала такой теперь?

Он, естественно, слышал, как Юнь Синь искушает его. Но для чего? Иными словами, если он хорошо ладит с мачехой, то при чем тут посторонние?

— Легче? — Чжоу Янь посмотрел на Юнь Синь, чувствуя, что не может продолжать в том же духе: — Юнь Синь, похоже, что Янь Чжэнфэй не сказал тебе, что я имел в виду. Я особенно не люблю, когда другие люди вмешиваются во внутренние дела моей семьи, не нужно пытаться выяснять мои отношения с ней, потому что это действительно не имеет к тебе никакого отношения.

Юнь Синь была ошеломлена, глупо глядя на него, ее глаза покраснели и наполнились слезами, а затем она пролепетала:

— Чжоу Янь…

Она не могла поверить, что он сказал такие жестокие слова.

Разве она не делала это для его блага?

— Ты хочешь сказать, что беспокоишься обо мне? О чем ты на самом деле беспокоишься? Разве в таком возрасте надо мной можно издеваться? — Чжоу Янь пожал плечами, но выражение его лица не отличалось особой теплотой: — Если я скажу, что она хорошо ко мне относится, ты мне поверишь? Ты точно не поверишь, и все равно будешь думать, что у нее скрытые намерения и она нарочно со мной мила, верно? Признаюсь, мне все равно, хорошо она ко мне относится или нет. Но есть одно «но»: дела моей семьи — это только дела моей семьи, никто другой не может в них вмешиваться.

Юнь Синь залилась слезами.

Чжоу Янь не разбирался в этом аспекте: женские слезы — это трудно.

Он беспомощно помотал головой:

— Хорошо, я пойду первым.

Неизвестно как так получилось, но господин и госпожа Юнь не видели свою дочь довольно долго и встревожились. Они вышли ее искать и тут увидели Чжоу Яня с их собственной дочерью, которая плакала, выглядя очень обиженной.

***

Цзян Цзиньцзинь и Чжоу Минфэн все еще болтали друг с другом, пока кто-то не подошел и не сказал Чжоу Минфэну что-то на ухо.

Чжоу Минфэн вскинул брови и тихо сказал:

— Понятно, я сейчас приду.

Цзян Цзиньцзинь последовала за ним вниз по лестнице:

— Что случилось? — поинтересовалась она.

— Небольшое происшествие.

Они пришли в маленький сад и увидели, что госпожа Юнь защищает плачущую Юнь Синь, а Чжоу Янь, сжав губы, молча стоит в стороне. Господин и госпожа Юнь знали, что на уме у их дочери, просто не обращали на это внимания, ведь ребенку немного лет. Господин Юнь хотел поговорить с Чжоу Янем, но Чжоу Янь молчал на все попытки вывести его на откровенность.

Цзян Цзиньцзинь обо всем догадалась, едва взглянула на ситуацию со стороны.

Она подошла к Чжоу Минфэну и встала рядом с Чжоу Янем.

Юнь Синь была огорчена и напугана, когда увидела Чжоу Минфэна, пришедшего с Цзян Цзиньцзинь.

Госпожа Юнь обратилась к дочери с расстроенным лицом:

— Что случилось, у тебя был конфликт с А-Янем?

У кого есть ребенок, у того болит сердце. Хотя госпожа Юнь тоже очень любит Чжоу Яня, но эта любовь и душевная боль, конечно, не могли сравниться с болью за ее собственную дочь, ее родную кровь.

Теперь, видя, как ее дочь грустно плачет, она не могла не задаваться вопросом, может ли быть, что Чжоу Янь издевается над ее дочерью? Взглянув в глаза Чжоу Яня, она не могла не сомневаться, пусть и выглядел он таким же приятным молодым человеком, как и раньше.

— Нет, — покачала головой Юнь Синь, слезы все еще текли по ее лицу, но она прикусила губу, чтобы успокоиться и объяснить: — Нет никакого конфликта, Чжоу Янь не издевался надо мной, это моя собственная неосторожность… Это… Мне что-то попало в глаз.

Госпожа Юнь даже не заметила, что в этот момент на ее лице появилось недовольство.

Господин Юнь — тоже.

Цзян Цзиньцзинь: «?»

Вот те раз!

Разве такое объяснение не будет воспринято посторонними людьми превратно, разве они не подумают, что она помогает Чжоу Яню скрыть свою вину? Те, кто не знал правды, подумают, что Чжоу Янь что-то с ней сделал.

Похоже, настало время помочь Юнь Синь вспомнить все хорошее, что она сделала.

Цзян Цзиньцзинь — близорукий человек.

Она не может видеть, как над ее людьми издеваются.

Подумав об этом, она вышла вперед, взяла Чжоу Яня за руку и посмотрела на госпожу Юнь, на ее лице по-прежнему была официальная вежливая улыбка:

— Госпожа Юнь, я думаю, что Юнь Синь и сяо Янь нашей семьи точно не будут враждовать, настолько хороши их отношения.

Чжоу Янь посмотрел на нее сверху вниз: «?..»

Цзян Цзиньцзинь успокаивающе похлопала его по плечу, давая понять, что не стоит бояться.

Чжоу Янь: «Я не боюсь, дело в том, что ты хочешь сделать?»

Цзян Цзиньцзинь более разборчива в том, как она все делает: вы даете мне одно очко, я могу дать вам три, но если вы хотите ударить меня по носу, то не вините меня за то, что я снесу крышу вашего дома.

Юнь Синь внезапно запаниковала, она подняла голову, и слезы из ее глаз буквально хлынули вниз.

— Тетушка… — всхлипнула она.

Цзян Цзиньцзинь улыбнулась «с любовью» и нежно сказала:

— Я все еще говорю, что, даже если есть какие-то конфликты, вы хорошие друзья на всю жизнь. Ты заботишься о сяо Яне, и мы с отцом сяо Яня это знаем.

Говоря это, она посмотрела на госпожу Юнь и господина Юня, как будто делилась забавной шуткой:

— В прошлый раз, когда я отправила Юнь Синь домой, Юнь Синь беспокоилась о сяо Яне, и попросила меня, чтобы я не давала ему младших братьев и сестер в течение года, я была особенно рада услышать это, ах! Действительно, у того, у кого есть такой друг, благословлен Небесами.

Чжоу Минфэн: «...»

А?

Чжоу Янь беспомощно прикрыл глаза.

Он больше не мог помочь Юнь Синь, это дело нельзя было скрыть.

Однако он не был человеком, который не знал ничего лучшего. Он лучше, чем кто-либо другой, знал, что Цзян Цзиньцзинь не хотела делать из этого проблему, и причина, по которой она сказала это сейчас, заключалась в том, чтобы снять с него подозрения.

Он опустил голову, уголки его губ приподнялись, но потом он понял, по какому случаю это произошло, и его губы сжались. Больше он не произнес ни слова, выглядя странно обиженным.

Лица госпожи Юнь и господина Юня внезапно вытянулись, они посмотрели на свою заплаканную и потерявшую дар речи дочь, не в силах поверить, что их Юнь Синь может сделать что-то настолько резкое и неконтролируемое!

Цзян Цзиньцзинь подняла руку и толкнула Чжоу Минфэна, захихикав:

— Я согласилась.

Юнь Синь подняла голову: «…»

Когда ты согласилась?

Глаза Чжоу Минфэна вспыхнули от беспомощности, и он негромко произнес:

— Что ж, тебе решать.

http://tl.rulate.ru/book/68641/4747685