После ответа Джейн в комнате повисла густая тишина.
Сколько прошло времени, пока никто не открывал рта?
Голос Джейн разрезал молчание.
— Бедная женщина.
— Бедная?
— Да.
— Когда я встретилась с ней вчера, она плакала так, словно небо рушится. Изначально она была пугливой, тревожной и не доверяла людям... но после того, как у неё появился возлюбленный, стала ещё тревожнее.
Джейн крайне спокойно рассказывала о своих отношениях с погибшей.
Женщина, которая хотела верить в любовь мужчины, но постоянно сомневалась.
Мужчина, который пытался успокоить её и дать ей веру, постоянно воспевая любовь, но устал от женщины, которая как ни старайся, не верила.
И в сердце женщины, раненной таким отношением мужчины, ядом распространилось подозрение, что у него появилась другая.
— И что случилось вчера?
— Во время разговора она сильно разволновалась, рыдала, била себя в грудь и страдала.
— Била в грудь?
— Казалось, что в её груди вбит огромный гвоздь из-за тревоги и подозрений. Я изо всех сил утешала её, но не думала, что всё так обернётся. Такая жизнь не должна была так безжалостно оборваться.
*Стук.*
Следователь со стуком опустил документы и взял другую пачку.
— Судя по записям с места происшествия и состоянию тела, толстая ветка пронзила женщину насквозь со спины.
— Да.
Когда Джейн кивнула, Смит тоже кивнул.
— Хм, странно.
Следователь внимательно читал и перечитывал одну часть документа.
— Что именно, следователь?
Несмотря на слова Смита, следователь не ответил сразу, а вскоре начал перелистывать и другие документы.
Не получив ответа, Смит подался вперёд и снова заговорил:
— Следователь, что странно?
Создавалось впечатление, что если он не получит ответ, то сразу подойдёт к нему, и, почувствовав это, следователь, всё ещё глядя в документы, тяжело заговорил:
— Если судить только по состоянию тела, можно было бы назвать это убийством, но...
— Но?
— Дело в направлении ветки, нанёсшей смертельную рану.
Наконец оторвав взгляд от бумаг, следователь поднял указательный палец и указал сначала вперёд, затем вверх.
— Она была направлена не вперёд и не в сторону, а вверх.
Когда следователь закончил, в комнате повисла тишина.
— Вверх...? Вверх?
Потрясённый голос Смита разорвал молчание, и следователь энергично кивнул.
— Это точно.
Смит застыл с открытым ртом, но в отличие от него, Лиина, словно ожидала этого, глубоко откинулась на спинку стула.
Ещё до прихода в эту комнату, в том подвале, бегло осмотрев тело, Лиина думала, что если это убийство, то очень странное.
Непосредственной причиной смерти тела точно была та ветка, направленная вверх.
Если это убийство, разве оно не должно быть совершено другим человеком?
Но ни женщина, ни мужчина, если только не рыцарь, даже потеряв рассудок и изо всех сил толкая человека, не смогли бы нанести рану, приведшую к смерти женщины.
Насколько сильным нужно быть, чтобы нанести такую чудовищную рану, в которую не верится, что её нанёс человек?
Более того, если верить словам следователя, ветка была направлена не вперёд и не в сторону, а вверх.
Если не поднять человека в воздух и не швырнуть его вниз, остаётся только версия, что кто-то столкнул её сверху.
— И ещё одна странность...
При продолжении рассказа следователя Лиина цокнула языком.
В итоге это не убийство, а...
— Похоже на самоубийство.
Женщина, должно быть, бросилась спиной с какого-то высокого места, целясь в ту ветку.
Если искать мотив для того, чтобы выдать своё самоубийство за убийство — ревность и зависть, о которых Джейн без умолку твердила.
"Впервые вижу убийство с таким количеством улик, но благодаря этому закончим быстро".
Судя по словам следователя при входе в комнату, все эти многочисленные улики и неестественности указывали только на одного человека.
Из троих — оставшаяся женщина.
Поистине эгоистичная женщина с испорченной личностью до самого конца.
В ухо насмешливой Лиины проник голос Джейн.
— Значит, в итоге всё раскрылось. Я хотела защитить его...
Не успела Джейн закончить, как рядом с Лииной раздался короткий смешок.
— Ха!
Лиина вздрогнула.
Словно насмешка, роившаяся внутри неё, вырвалась наружу.
Но хозяином этого короткого смешка была не она, а Эйнар, до сих пор хранивший молчание.
Так мгновенно сосредоточив на себе взгляды всех присутствующих, он смотрел на Джейн, которая не смотрела на него.
— Говоришь, хотела защитить?
— Да.
— Ту женщину?
— Да. Такая жизнь не должна была так безжалостно оборваться...
— Но ведь та женщина — убийца.
— Что?
На до сих пор невозмутимом лице Джейн появилась едва заметная трещина.
— Нет, раз покончила с собой, то не убийца.
От слов Эйнара на лицах всех присутствующих, кроме Лиины, появились растерянность и изумление.
— Хотя качество ещё хуже — выдать самоубийство за убийство, чтобы обвинить кого-то. Ведь в этом случае были найдены улики, неблагоприятные для той женщины, которой она завидовала. Хотя из-за того, что улик было слишком много, зацепка и обнаружилась.
По знаку Эйнара следователь постучал по краю пачки документов и покачал головой.
— Как и сказало ваше высочество. Многочисленные улики на месте преступления указывали на одну женщину.
— Думаю, и не слушая, знаю, кто это.
Следователь назвал Джейн имя одной женщины.
— Это имя оставшейся женщины из троих?
— Да.
Медленно скрестив ноги, Эйнар, как и Лиина, глубоко откинулся на спинку стула и спросил Джейн:
— В итоге всё раскрылось, как ты и сказала. Почему ты, зная всё, ничего не сказала?
— Я уже говорила.
— Что хотела защитить?
— Да. Разве это не дело рук слабого человека, который не выдержал реальности и совершил это в сильном эмоциональном смятении? В конце концов, она потеряла жизнь, значит, она жертва. Я понимала её, поэтому хотела защитить.
Выслушав подробное объяснение Джейн до конца, Лиина проглотила вздох, готовый сорваться с губ.
"Я понимаю вас. Вы стали жертвой из-за меня. Поэтому..."
Джейн переносила все безобразия Лиины, всегда говоря именно так.
Всегда окутывала пониманием и принятием Лиину — обидчика.
Но это был яд.
Настолько токсичный, что в конце концов перерезал горло Лиине...
Если человек крайне ненавидит кого-то и постоянно пылает гневом, он начинает разъедать и самого себя.
Когда через определённое время кто-то другой начинает шептать, что ты не ненормальный, что понимает тебя — что-то ломается.
Разве Лиина сама не испытала это на собственной шкуре?
Но не каждый в ситуации серьёзного эмоционального потрясения взрывается желанием убить и пытается навредить другому.
Это всего лишь крайне эгоистичное поведение женщины, где-то чудовищно искажённой.
Как и она сама до возвращения во времени.
— Ты ещё хуже. Не различаешь понимание и защиту слабых от признания чувств, переросших в желание убить, и нашёптывания, что это нормально. Или ты вообще не собираешься их различать, прикрываясь словами "защищаю"?
Голос Эйнара был тихим, словно эхо из глубины пещеры, но все его услышали.
Его глубоко опущенный взгляд, направленный на Джейн, в какой-то момент повернулся и встретился с Лииной.
В голубых глазах, отражающих свет, как стекло, отразился Эйнар, собиравшийся что-то сказать, но Лиина опередила его.
— Закончили.
Тогда Эйнар на мгновение замешкался, но вскоре подхватил её слова.
— Да. Закончили.
Смит тоже не смог сказать, что ещё не закончили, и с застывшим холодным лицом поднялся.
Лиина тоже встала и мельком взглянула на Джейн.
Разве не странно?
— Эта женщина ни разу не посмотрела в нашу сторону. Словно решила ни за что не смотреть сюда. Странная женщина, почти как леди.
Плечи Лиины снова вздрогнули.
Словно прочитав её мысли, Эйнар в точности озвучивал то, о чём она думала.
Да. Джейн сейчас всего лишь простолюдинка.
Такой человек за всю жизнь может не увидеть лиц тех, кого встретила на таком близком расстоянии.
Смотреть на них в упор — то, что простолюдинка не смеет делать, но из любопытства хоть раз бы взглянула.
О чём она думает за этим бесстрастным лицом?
До возвращения во времени она не знала, и, вероятно, даже сейчас, после возвращения, никогда не узнает.
Потому что как только Джейн войдёт в дом Больцайков в качестве тени, помогающей ей, будущей герцогине, она покинет род.
Когда именно это было...
— Следователь.
Лиина, пытавшаяся вспомнить, вернулась в реальность от голоса Эйнара.
— Да, второй принц.
— Какое наказание ждёт того, кто способствовал самоубийству, замаскированному под убийство, чтобы обвинить кого-то?
— Прошу прощения.
— То есть всего лишь свидетель.
Когда следователь глубоко поклонился, Лиина первой двинулась.
После того как Лиина, Эйнар и Смит вышли из комнаты, наконец Джейн повернула голову в их сторону.
— Лиина Больцайк.
Между её губ проскользнуло имя Лиины.
— Джейн... Больцайк.
Добавив Больцайк и к своему имени, Джейн долго смотрела на прямую спину удаляющейся за открытой дверью Лиины.
Совсем как тогда, в самом конце до возвращения во времени, когда Лиина смотрела на Джейн.
Но в отличие от Лиины тех времён, что выпила яд и не могла говорить, Джейн произнесла вслух:
— Чтобы получить Больцайков, эта женщина должна исчезнуть.
Звук, который могла услышать только она сама...
http://tl.rulate.ru/book/64506/22906295
