В следующие несколько дней Гермиона в основном проводила время в комнате Крис. Она делала домашнюю работу, а после своей даже сделала половину домашней работы Крис. Крис поняла, что она старается не думать о Гарри и Роне, которые с ней не разговаривали. Гарри немного разговаривал, когда видел её, но Рон почти оттаскивал Гарри. Гермионе было больно, Крис несколько раз её утешала, но безуспешно.
После нового года все вернулись в Хогвартс. Крис рассказала Джинни всё, что случилось на каникулах, к удивлению Крис, Джинни восприняла всё без признаков страха или шока, она просто беспокоилась за Гарри, Рона и Гермиону.
Уроки начались на следующий день. На ужине Гермиона присоединилась к Крис, Колину и Джинни.
– Всё ещё не разговариваешь с тобой? – спросила Крис у Гермионы.
Гермиона просто покачала головой и начала есть.
– Ничего, Гермиона, можешь общаться с нами, если хочешь, – сказала Джинни, улыбаясь. – Я знаю, Рон иногда ведёт себя очень глупо.
Гермиона улыбнулась в ответ. Рон и Гарри подошли и сели немного поодаль за столом. Гермиона отвернулась. Крис и Джинни обменялись обеспокоенными взглядами.
– Крис! – внезапно позвал Гарри.
– Да.
Гарри в последние несколько дней почти не разговаривал с ней, поэтому Крис удивилась.
– Профессор Люпин просил передать вам, что в восемь часов в четверг вечером, в классе Истории магии, – просто сказал Гарри.
Крис кивнула: "Хорошо. Спасибо".
– Что в четверг? – спросил Колин у Крис.
– О! Я беру дополнительный урок у профессора Люпина, – ответила Крис.
– Какой дополнительный урок? – спросила Джинни, подняв брови.
– Заклинание для борьбы с дементорами, – сказала Крис, продолжая есть.
Колин и Джинни переглянулись, но ничего не сказали.
В восемь часов в четверг вечером Крис покинула башню Гриффиндора и направилась в класс Истории магии, по пути она встретила Гарри. Было темно и пусто, когда они пришли, но она зажгла лампы своей палочкой и подождала всего пять минут, когда появился профессор Люпин, неся большой ящик, который он с трудом поставил на стол профессора Биннса.
– Что это? – спросила Крис.
– Ещё один боггарт, – сказал Люпин, снимая свой плащ. – Я обыскивал замок со вторника, и, к счастью, нашёл этого, прятавшегося в картотечном шкафу мистера Филча. Это самое близкое, что мы можем получить к настоящему дементору. Боггарт превратится в дементора, когда увидит Гарри, так что мы сможем на нём потренироваться. Крис, ты тоже можешь на нём потренироваться, только не становись перед Гарри, иначе он примет облик твоего самого большого страха. Я могу хранить его в своём кабинете, когда мы его не используем; под моим столом есть шкаф, ему там понравится.
– Хорошо, – сказали Гарри и Крис одновременно.
– Итак, – профессор Люпин достал свою палочку и показал, что им следует сделать то же самое. – Заклинание, которому я собираюсь вас научить, – это очень продвинутая магия, далеко за пределами уровня обычного волшебника. Оно называется заклинание Патронус.
– Как оно работает? – нервно спросил Гарри.
– Ну, когда оно работает правильно, оно вызывает Патронуса, – сказал Люпин, – это своего рода анти-дементор – хранитель, который действует как щит между вами и дементором.
Профессор Люпин продолжал: "Патронус – это своего рода положительная сила, проекция тех самых вещей, которыми питается дементор – надежды, счастья, желания выжить – но он не может чувствовать отчаяния, как настоящие люди, поэтому дементоры не могут ему навредить. Но я должен предупредить вас обоих, что это заклинание может быть слишком сложным для вас. Многие квалифицированные волшебники с ним испытывают трудности".
– А как выглядит Патронус? – с любопытством спросила Крис.
– Каждый уникален для волшебника, который его вызывает.
– И как его вызвать? – спросил Гарри.
– С помощью заклинания, которое сработает только если ты будешь концентрироваться изо всех сил на одном, очень счастливом воспоминании.
Счастливое воспоминание. Вот почему Дэймс сказал, что дементоры его узнают, потому что я создам его из своего счастливого воспоминания – и потому что сила счастья – Патронус слишком силён для дементоров, подумала Крис.
– Заклинание такое – – Люпин прочистил горло, – экспекто патронум!
– Экспекто патронум, – повторили Гарри и Крис.
– Сильно концентрируетесь на своём счастливом воспоминании?
– О – да – – сказал Гарри.
Крис всё ещё искала в себе счастливое воспоминание. Она вспомнила время, проведённое с отцом, и прошептала: "Экспекто Патронум".
Что-то внезапно вырвалось из конца её палочки; это было похоже на струйку серебристого газа.
– Очень хорошо, Кристина. Концентрируйся сильнее, – сказал Люпин, и Крис кивнула.
Затем что-то произошло и с палочкой Гарри.
– Ты видел? – взволнованно сказал Гарри. – Что-то произошло!
– Очень хорошо, – сказал Люпин, улыбаясь. – Итак, готовы попробовать на дементоре?
– Да, – сказал Гарри, очень крепко сжимая свою палочку и становясь в центр пустого класса.
Крис просто кивнула и встала немного поодаль от Гарри, также сжимая свою палочку. Дементоры на неё не действовали, так что ей просто нужно было произнести заклинание, если Гарри не справится. Люпин схватил крышку упаковочного ящика и потянул.
Из ящика медленно поднялся дементор, его лицо в капюшоне было обращено к Гарри, одна блестящая, покрытая струпьями рука сжимала его плащ. Лампы в классе замерцали и погасли. Дементор вышел из ящика и начал бесшумно двигаться к Гарри, делая глубокий, дребезжащий вдох.
– Экспекто патронум! – крикнул Гарри. – Экспекто патронум! Экспекто…
Гарри начал падать, Крис изо всех сил думала о счастливых воспоминаниях с отцом и друзьями.
– Экспекто Патронум, – крикнула она, и огромная, серебряная тень вырвалась из конца её палочки и зависла перед дементором.
– Риддикулус! – взревел Люпин, прыгнув вперёд. Боггарт исчез в ящике. Люпин очень удивлённо посмотрел на Крис. – Отлично, Кристина. Я так и думал, что ты быстро справишься. Ты действительно талантлива, – улыбнулся Люпин.
Крис улыбнулась в ответ и подбежала к Гарри: "Гарри! Гарри!" – позвала она, слегка его встряхнув.
Гарри рывком пришёл в себя.
– Простите, – пробормотал он, садясь и чувствуя, как холодный пот стекает у него за очками.
– Вы в порядке? – спросил Люпин.
– Да, – Гарри подтянулся на одном из столов и прислонился к нему.
– Вот, – Люпин протянул ему Шоколадную лягушку. – Съешь это, прежде чем мы попробуем снова. Я не ожидал, что у тебя получится с первого раза. На самом деле, я был бы поражён, если бы получилось, – Люпин бросил косой взгляд на Крис.
– Становится всё хуже, – пробормотал Гарри, откусывая голову лягушки. – Я слышал её громче на этот раз – и его – Волдеморта…
Люпин выглядел бледнее обычного.
– Гарри, если ты не хочешь продолжать, я более чем пойму…
– Хочу! – яростно сказал Гарри, запихивая остатки Шоколадной лягушки в рот. – Я должен! Что, если дементоры снова появятся на нашем матче против Слизерина? Я не могу себе позволить снова упасть. Если мы проиграем эту игру, мы потеряем Кубок по квиддичу!
– Они не сделают этого, Гарри. Дамблдор всё ещё очень зол из-за прошлого раза. Он их не пустит, – сказала Крис.
– Но что, если они придут, Крис? Дамблдор запретил им раньше, но они ведь пришли, да? – сказал Гарри.
– В прошлый раз они пришли, потому что… – Крис остановилась, Люпин и Гарри оба посмотрели на неё. – Ладно. Делай.
– Хорошо тогда, – сказал Люпин. – Тебе, может быть, стоит выбрать другое воспоминание, счастливое воспоминание, я имею в виду, чтобы на нём сосредоточиться, – то, кажется, было недостаточно сильным…
Гарри снова крепко сжал свою палочку и занял позицию в центре класса.
– Готов? – спросил Люпин, схватившись за крышку ящика.
– Готов, – сказал Гарри.
– Вперёд! – сказал Люпин, срывая крышку. Комната снова стала ледяной и тёмной. Дементор скользнул вперёд, делая свой дребезжащий вдох; одна гниющая рука тянулась к Гарри…
– Экспекто патронум! – крикнул Гарри. – Экспекто патронум!
Крис поняла, что у Гарри всё ещё не получается, и встала между дементором и Гарри, держа палочку. Маленькую деталь она забыла: это был боггарт, и как только она встала перед Гарри.
Треск!
Дементор начал превращаться в женщину. Женщину с такими же тёмно-каштановыми волосами, как у неё, но в её лице не было доброты, как у Крис, она выглядела disgusted чем-то.
Крис застыла, глядя на неё.
Женщина начала говорить: "Как ты смеешь это делать? Ты такой же безнадёжный, как твой отец. Вот и всё, я тебя с собой не возьму".
Раздался ещё один голос, голос маленькой девочки: "Пожалуйста, мама, пожалуйста – не бросай меня – не уходи. Не бросай меня и папу. Я обещаю, я буду хорошей девочкой". Она так сильно рыдала, что не могла даже дышать.
– Нет. Ты не можешь быть хорошей девочкой. Ты не можешь быть хорошей дочерью. Ты не заслуживаешь любви. Мне стыдно за тебя. Мне стыдно, что я твоя мать.
Маленькая девочка заплакала ещё громче.
Профессор Люпин подошёл, затем женщина превратилась в серебристо-белый шар, висящий в воздухе перед Люпином, который почти лениво сказал: "Риддикулус!"
Треск! Профессор Люпин снова запер его в коробке.
Крис всё ещё стояла там, держа свою палочку прямо, как статуя. Гарри и Люпин посмотрели на неё. Затем Гарри подошёл к ней и обнял за плечо. Крис рывком вернулась в реальность. Она посмотрела на Гарри, а затем на Люпина, сдержала слёзы и опустила взгляд.
– Простите, – прошептала она.
– Ничего страшного. Я должен был сначала потренировать тебя с боггартом, – сказал Люпин.
– Нет. Вы сказали не становиться перед Гарри. Я забыла, – тихо сказала Крис. – Ты в порядке, Гарри?
– Да – а ты? – удивлённо сказал Гарри.
– Да, – сказала Крис, опустив глаза. – Мне было семь, когда это случилось. Никогда не думала, что это мой самый большой страх.
Гарри обнял Крис за плечо.
– Я в порядке, – прошептала Крис.
– Я слышал своего отца, – пробормотал Гарри. – Это первый раз, когда я его слышал… он пытался сам справиться с Волдемортом, чтобы дать маме время сбежать…
Крис внезапно поняла, что на лице Гарри тоже были слёзы, смешанные с потом. Он поспешно вытер их об мантию.
– Ты слышал Джеймса? – странным голосом сказал Люпин.
– Да… – Лицо сухое, Гарри поднял глаза. – Почему – вы ведь не знали моего отца?
– Я – я знал, на самом деле, – сказал Люпин. – Мы были друзьями в Хогвартсе. Слушай, Гарри – может, на сегодня закончим. Это заклинание смехотворно сложное – я не должен был тебя этому подвергать –
– Нет! – сказал Гарри. – Я попробую ещё раз! Я просто не думаю о достаточно счастливых вещах, вот в чём дело – подожди –
– Подумай о своих родителях, – внезапно сказала Крис. Гарри посмотрел на неё. – Дементоры делают это твоей слабостью, ты можешь превратить это в свою силу. Подумай о счастливых вещах, например, что бы произошло, если бы они были здесь, я имею в виду – что бы они сказали тебе после того, как ты выиграл кубок школы или матчи по квиддичу, ты сказал, что твой папа был игроком в квиддич, так что подумай, как он радовался, когда ты поймал снитч.
Когда Крис это сказала, на лице Гарри появилась улыбка. Он снова повернулся к ящику.
– Отойди, Кристина, – сказал Люпин. Крис отошла в угол комнаты. – Готов? – сказал Люпин Гарри, он выглядел так, словно делал это против своей воли. – Сильно концентрируешься? Хорошо – поехали!
Он в третий раз сорвал крышку с ящика, и из него поднялся дементор; комната стала холодной и тёмной –
– ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! – взревел Гарри. – ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ!
Вскоре из конца палочки Гарри вырвалась огромная, серебряная тень и зависла между ним и дементором.
Профессор Люпин снова заставил его вернуться в ящик, и Гарри опустился в кресло.
– Ты молодец, – сказала Крис, подойдя к нему.
– Отлично! – сказал Люпин, подходя к ним. – Отлично, Гарри! Это определённо начало!
– Можно ещё раз? Всего один раз? – умолял Гарри.
– Не сейчас, – твёрдо сказал Люпин. – На сегодня хватит. Вот –
Он протянул Гарри и Крис две большие плитки лучшего шоколада "Медовые соты".
– Съешьте всё, а то мадам Помфри с меня шкуру спустит. В то же время на следующей неделе?
– Хорошо, – сказали Гарри и Крис.
– Не ты, Кристина. Я не думаю, что тебе нужны ещё уроки по этому поводу. Тебе нужно сначала выучить другие продвинутые заклинания, – сказал Люпин, и Крис кивнула.
Крис откусила кусочек и смотрела, как Люпин гасит лампы, которые снова зажглись с исчезновением дементора.
– Профессор Люпин? – сказал Гарри. – Если вы знали моего отца, вы, должно быть, знали и Сириуса Блэка.
Люпин очень быстро обернулся. Крис с любопытством посмотрела на Гарри.
– Что заставило тебя так подумать? – резко сказал он.
– Ничего – я имею в виду, я просто знал, что они тоже были друзьями в Хогвартсе, – пробормотал Гарри.
Лицо Люпина расслабилось.
– Да, я его знал, – коротко сказал он. – Или я так думал. Вам лучше уйти, Гарри, уже поздно.
– Иногда наши чувства говорят нам правду, профессор, а не то, что мы слышим от других, – сказала Крис, и Люпин с любопытством посмотрел на неё.
Но Крис рассеянно вышла.
Крис и Гарри молча шли по пустым коридорам, наконец, Гарри заговорил: "Теперь я понимаю, почему ты не хочешь говорить о своей матери. В смысле, кто говорит такие ужасные вещи своей дочери?"
– Да. Ну, это было отчасти и моей виной, – сказала Крис с горькой улыбкой.
– Что?
– Да. Она взяла меня на встречу с человеком, за которого собиралась выйти замуж после развода с моим папой. Я как-то подожгла его костюм, это была мелочь, но из-за моей магии он чуть не сгорел. Моя мама не знала о моих магических способностях, конечно, все подумали, что это несчастный случай, но моя мать обвинила меня. Сказала мне те вещи, – Крис вздохнула. – Я больше об этом не думаю, но когда мне было семь, это сильно на меня повлияло. Я думаю, поэтому боггарт и превратился в такое.
– Ты очень храбрая, Крис. Я не знаю, что бы я сделал. Я очень скучаю по своим родителям. Особенно сейчас, когда я могу их слышать, – сказал Гарри.
– Ты всегда можешь чувствовать их в своём сердце, Гарри. Тебе для этого не нужны дементоры, – сказала Крис, слегка улыбнувшись.
http://tl.rulate.ru/book/61873/8233195
