Лю Фэн не думал, что просто надев его одежду, девушка-кролик может так смутиться, что упадет в обморок. Он подумал, что это, вероятно, из-за того, что она не полностью выздоровела, и стимуляция чувств вызвала слишком быстрое сердцебиение, что привело к дискомфорту.
— Похоже, я выгляжу неплохо, раз девушка упала в обморок от волнения, надев мою одежду, — самодовольно сказал Лю Фэн.
Его самолюбование заставило Анри, стоящую рядом, хихикать, прикрывая рот рукой. Она не стала говорить, что Вия с самого утра была в возбужденном состоянии, постоянно вздрагивая и издавая странные звуки.
Например, от одежды за тринадцать золотых монет, от шока мирного сосуществования зверолюдей и людей, и даже от поедания булочек она издавала странные звуки.
Вся группа решила вернуться домой. Девушка-кролик, которую несла Мина, очнулась по дороге, но продолжала притворяться, боясь встретиться с Лю Фэном. Она думала о том, что на ней была одежда дворянина, и самое главное — даже нижнее белье было его.
— Что делать? Неужели я больше не чиста? — Вия постоянно мучилась этим вопросом. — Мама говорила, что девушка до замужества должна сохранять себя в чистоте, нельзя держать мальчика за руку, нельзя позволять мальчику видеть свое тело, нельзя… нельзя носить одежду мальчика!
Вия всегда помнила сто восемь способов защиты от мальчиков, которым научила ее мама. Говорили, что это было результатом обсуждений ее отца и матери после ее рождения.
«Все кончено, Вия, ты действительно больше не чиста! На тебе точно появятся прыщи. Мама говорила, что если трогаешь вещи мальчика, нужно всегда мыть руки, иначе появятся прыщи.»
Вия подумала, что с прошлого вечера и до сих пор она носила одежду этого дворянина. Неужели все ее тело покроется прыщами?
От этой мысли Вия содрогнулась, почувствовав, что голова снова начинает кружиться.
Если бы Лю Фэн знал, о чем думает кроличья девочка, он бы, несомненно, восхитился невинностью этой эпохи.
— Ладно, это Анри просто шутит над тобой. Одежда совершенно новая, молодой господин еще даже не надевал ее, — вдруг раздался мягкий голос.
Вия повернула голову и увидела профиль Мины. Ее светлая кожа с легким румянцем, даже профиль выглядел так красиво.
— Правда? — тихо спросила Вия.
— Правда.
Мина слегка кивнула. Она помнила, как в детстве мама учила ее, что девочки не должны быть использованы мальчиками, и одна из вещей, которую она должна была делать, — не носить мальчишескую одежду.
Поэтому она понимала чувства кроличьей девочки. Возможно, маленькая ложь будет полезной?
Большинство семей зверолюдей так учат своих дочерей, чтобы те не попали под влияние мальчиков. Многие девочки-зверолюди очень любопытны, и родители используют методы запугивания.
— Фух… Как хорошо! — Вия облегченно вздохнула, и ее сердце наконец успокоилось.
Мина наклонила голову, улыбаясь. Эта девушка-кролик неожиданно оказалась такой милой. Нет, скорее, родители слишком хорошо ее защищали. Те зверолюди, которые несколько лет провели в странствиях, понимают, что в детстве родители пугали девочек, чтобы те не влюблялись рано, и самое главное — чтобы избежать определенных запретных действий.
Это, возможно, и есть версия из другого мира «береги огонь, береги от воров, береги от мальчиков по соседству» для семей с девочками.
Вернувшись в резиденцию городского лорда, Лю Фэн отправился в кабинет, а три девушки увезли Вию с собой, сказав, что хотят лучше познакомиться.
В кабинете Лю Фэн просматривал финансовые отчеты Си Ян, и чем больше он читал, тем больше хмурился.
Доходы города были слишком малы, можно сказать, их почти не было. Все держалось на небольшом количестве пшеницы за городом. Раньше можно было продавать пшеницу, чтобы заработать медные монеты, но теперь Лю Фэн забрал пшеницу себе, запретив ее продажу в другие города.
— Похоже, нужно найти что-то, что заменит экспорт пшеницы, иначе в долгосрочной перспективе в Си Ян будет не хватать многих материалов, — размышлял Лю Фэн.
Город не может развиваться в изоляции, необходимо торговать с внешним миром, иначе будет трудно быстро развиваться.
Он исключил зерно из рассмотрения. Он точно не будет пробовать простую пшеницу. Если продавать, то только после глубокой переработки, например, в виде крупы или пива. Только так можно максимизировать прибыль.
Тогда, временно исключив зерно, можно рассмотреть ремесла. Еда, одежда, жилье, транспорт — Лю Фэн решил начать с одежды, а именно с производства полотна.
В это время полотно ткали вручную, никаких прядильных машин не было.
Но уже были ткацкие станки, хотя и очень грубые, и ткань получалась с неровными полосами, которая сильно натирала кожу.
Полотна, которые носили дворяне, были сделаны из тщательно отобранных нитей, что увеличивало стоимость одежды в несколько раз, и простые люди не могли себе этого позволить.
Ведь многие даже не могли позволить себе холщовую одежду, они носили звериные шкуры или одежду, сплетенную из травы. Летом это еще терпимо, но зимой многие замерзали насмерть.
Иначе такие дворяне, как Тори, не стали бы покупать ханьфу Лю Фэна за тринадцать золотых монет, отчасти чтобы изучить одежду и понять, можно ли сделать нечто подобное самим.
Одежда необходима всем. В эту эпоху считается, что люди, которые могут позволить себе полный комплект одежды, живут достойно. Многие семьи имели всего две-три комплекта одежды на всех.
Лю Фэн, находясь на Земле, однажды прочитал в интернете забавную историю о том, что в древности у простых людей не было одежды, и если в семье было несколько мужчин, то у них была только один-два комплекта одежды, которые носили те, кто выходил на работу. Остальные ждали темноты, чтобы выйти на работу ночью, когда никто не увидит, что они без одежды.
Это звучит немного преувеличенно, но на самом деле в это время некоторые семьи действительно так жили. Дети бегали в одних набедренных повязках, а некоторые мальчишки вообще были полностью голыми.
В конечном итоге, все это из-за отсталой промышленности. Производство полотна было небольшим, и оно было очень дорогим.
Один метр холста стоил несколько десятков медных монет, и немногие семьи могли позволить себе купить достаточно для пошива одежды.
Почему родители Вии пугали ее, говоря, что нельзя носить одежду мальчика? Потому что холст был дорогим и редким, и ношение одежды мальчика означало принятие его любви.
Если мальчик возвращался домой голым, было две причины: либо он отдал свою одежду любимой девушке, чтобы та отнесла ее домой, и ее семья оценила качество одежды, чтобы понять, насколько хорошо живет семья мальчика.
Либо мальчика ограбили, и одежду сняли с него.
В ту эпоху одежду могли использовать в качестве подарка на свадьбу, а также она символизировала репутацию человека. Семья, которая могла позволить себе новую одежду, была объектом зависти соседей.
http://tl.rulate.ru/book/59921/5656257
Готово:
