137 ГЛАВА
Рустрам, узнав новости, оставался внешне спокоен и непоколебим. Он стоял на берегу озера, вглядываясь в воду, словно пытаясь уловить малейшие признаки движения. Его спина была прямой, плечи — квадратными, и ни одна эмоция не выдавала его внутреннего беспокойства. Теперь он был заместителем командира, а босс никогда не показывает своих слабостей, особенно перед подчинёнными. Рустрам уже понял, что уверенность босса — это лишь маска. Во время многочисленных встреч в офицерской палатке он заглянул в душу командира и был потрясён. Снаружи босс казался драконом среди людей, непоколебимым и сильным, но наедине он раскрывал свои страхи и сомнения. Он часами продумывал планы, беспокоясь о безопасности своих солдат и горожан. Настоящий лидер, который не боится признать свои слабости, — вот что вызывало у Рустрама уважение. Смелость, рождённая из страха, — это то, что делает человека по-настоящему великим.
На краю озера Рустрам продолжал наблюдать, сохраняя внешнее спокойствие. Большая часть его свиты прочёсывала дно озера в поисках следов босса — будь то признаки его гибели или надежда на спасение. Леди Сумила и Леди Мэй Линь работали быстрее всех, ныряя в воду снова и снова. Вода, некогда чистая, теперь мутнела от их усилий. Леди Мэй Линь, узнав о случившемся, едва сдерживала слёзы, бросившись в воду почти без подготовки. Леди Сумила, несмотря на свою грубоватую внешность, была не менее обеспокоена. Рустрам понимал, что босс заслужил такую преданность. Великие мужчины всегда привлекают преданных женщин, а босс был величайшим из всех, кого Рустрам знал.
– Господин Рустрам? – к нему подошёл молодой солдат из свиты Фунга, одетый в доспехи. – Молодой магистрат Фунг и офицер Хуушал хотят вас видеть.
Рустрам вежливо кивнул и последовал за солдатом в дом командира деревни. Внутри его встретили магистрат Фунг и офицер Хуушал. Рустрам с трудом сдерживал нервы, чувствуя, как пот стекает по спине. Теперь, как заместитель командира, он был на равных с магистратом, но дворянство всегда вызывало у него опасения. Он помнил, как они обращались с его отцом — улыбались, когда нуждались в услугах, и становились холодными и жестокими, если что-то шло не так.
– Простите, что начали без вас, – начал офицер Хуушал, – но мы решили, что кто-то должен наблюдать за поисками. Мы уже сообщили майору Южен о ситуации с Рэйном и ждём её ответа. Сейчас у нас разногласия по поводу заключённых. Я поддерживаю точку зрения Рэйна: они должны дать клятвы. А Фунг настаивает на пытках.
Молодой магистрат Фунг ударил кулаком по столу, его лицо исказилось от злости. – Не будь таким снисходительным. Не всем повезло иметь двух любящих жён во время кампании. Эти бандиты могут рассказать нам о своих укрытиях. Клятвы хороши в мирное время, но в войну их предают ещё до того, как успевают убить. Если Рэйн мёртв, я уничтожу Бандитов Бутчер Бэй, но для этого мне нужна информация. Фу Чжу Ли – мастер «смерти тысячей порезов». Он точно поможет добыть то, что нужно.
В углу комнаты стоял незаметный мужчина. Рустрам взглянул на него и содрогнулся от его обыденности. Этот человек казался таким... нормальным.
– Успокойся, Рэйн не мёртв, – спокойно сказал офицер Хуушал. – Какой-то грязный бандит не смог бы его убить. Зная его, он, скорее всего, застрял в их лодке и отправился в их укрытие незамеченным. Через несколько дней он вернётся с нужной информацией.
– Как вы можете быть так уверены? – возразил магистрат Фунг. – Вы видели те стремнины? Рэйн силён, но ему всё же нужно дышать.
– У него полно ресурсов, и он всегда полон сюрпризов, – ответил Хуушал, откинувшись на спинку стула.
– Хорошо, допустим, он выжил и сейчас цепляется за жизнь. После часов или дней пути он достигнет укрытия бандитов, не будучи замеченным, несмотря на кристально чистую воду и отсутствие укрытий на лодке. Что дальше? Как он вернётся? Вы думаете, он убьёт всех в одиночку? Или возьмёт команду в заложники?
– Нет, это было бы глупо, – задумчиво ответил Хуушал. – Я видел, как он делал воздушных змеев. Может, он прилетит обратно. Неважно, как он это сделает, я просто знаю, что он вернётся.
Магистрат Фунг с раздражением пробормотал что-то под нос, но Хуушал лишь пожал плечами, улыбаясь. Рустрам едва сдержал улыбку, вспомнив, как босс мастерски ругался. Но затем он снова задумался о серьёзности ситуации.
– Как угодно, – наконец сдался магистрат Фунг, подняв руки вверх. – Я надеюсь, что вы правы. Но мы должны быть практичными и действовать так, будто он мёртв, пока не получим доказательств обратного. Нам нужно заняться заключёнными и выяснить всё, что можно, об их укрытиях.
Хуушал покачал головой, но не стал спорить.
– Рэйн не одобряет пытки, и я тоже. Если слишком сильно надавить на человека, он скажет всё, что угодно, лишь бы это прекратилось. Это бесполезно, – сказал один из офицеров, глядя на Рустрама. Тот широко раскрыл глаза, понимая, что от него ждут решения. Он трижды попытался заговорить, но слова застревали в горле. Наконец, он выдавил:
– Вы-вы хотите, чтобы я решил?
– Так у нас принято, – ответил молодой магистрат Фунг, пожимая плечами и ухмыляясь. – Лучший из трёх.
Рустрам почувствовал, как его охватывает дискомфорт. Фунг смотрел на него с явным удовольствием, наблюдая за его замешательством.
– Честно говоря, я думал, что Сумила была заместителем Рэйна, но, видимо, это ты. И знаешь, это даже лучше. Я не стыжусь признать, что Сумила меня пугает своей свирепостью. С ней я бы никогда не смог не согласиться.
– Ха, ты даже не представляешь, насколько она опасна, – вмешался офицер Хуушал. – Если бы Рэйн не был таким жадиной в Бридже, она бы стала самым молодым Уоррент-Офицером за последнюю тысячу лет. И поверь, она бы не была такой сговорчивой, как Рэйн.
После этих слов атмосфера стала ещё напряжённее. Хуушал кашлянул и продолжил:
– В общем, что с заключёнными? Отправим их на север, чтобы они помогли нашему… другу, или позволим тому неприятному слуге Фунга разобраться с ними?
Рустрам почувствовал, как его разум пустеет. Он сжался, пытаясь найти выход из этой ситуации. С одной стороны, он соглашался с Хуушалом, но прямое несогласие с Фунгом могло обернуться катастрофой для его семьи. Одно слово магистрата – и его отец мог оказаться на виселице. Нет, он должен был быть сильным. Сейчас он был не просто вторым сыном мелкого купца, а офицером свиты. Его решение представляло решение босса.
– Что бы в этой ситуации сделал босс? – пронеслось в его голове. И тут его осенило. Он быстро изложил свою идею. Оба офицера выглядели заинтригованными, и после короткого обсуждения они утвердили план действий.
Когда Фунг встал, чтобы уйти, он хлопнул Рустрама по плечу:
– Чёрт возьми, Рэйн выбрал правильного человека в качестве заместителя. У тебя злобный ум. Ты был одним из солдат Шен Хуо? Ах, какая потеря для моего маленького города – лишиться такого таланта.
Рустрам улыбнулся, чувствуя облегчение. Он не опозорил босса, и Фунг не был оскорблён. Возможно, магистрат не так уж страшен. Но всё же следовало быть настороже. Никогда не знаешь, когда изменится настроение дворянина.
Тем временем Мила, ныряя в воду с помощью своего квина Атира, прочёсывала дно озера в поисках ключа к разгадке исчезновения Рэйна. Этот идиот пропал, не сказав ни слова. В последний раз его видели, когда он отдал приказ рассеяться, а потом исчез, словно призрак.
– С таким проблемным мужчиной я помолвлена, – подумала она, всплывая на поверхность. – Удивительно, что у меня ещё есть волосы на голове.
Атир, её квин, тоже выглядел уставшим. Вода была холодной, течение сильным, а они искали уже почти час. Мила чувствовала, что вот-вот потеряет сознание от усталости.
Лин, её подруга, выпрыгнула из воды с тяжёлым вздохом. Её губы посинели, зубы стучали от холода. Мафу, толстый квин Рэйна, плавал вокруг, пища и явно нервничая. Он был вагонным квином, и без своего хозяина чувствовал себя потерянным.
– Лин, нам нужно отдохнуть, – сказала Мила, хватая подругу за руку. – В таком состоянии мы можем что-то упустить. И квинам тоже нужен перерыв. Пойдём, поедим что-нибудь. Если мы замёрзнем до смерти, это Рэйну не поможет.
– Не сейчас, ещё пять минут, – упрямо ответила Лин, тряся головой. Её мокрые косы и заячьи уши развевались на ветру. – Кто-то видел, как Рэйн потерял свой меч. Он захочет его вернуть. Он должен быть где-то здесь.
Мила вздохнула и вытащила Лин на берег. Охрана Лин ждала их в тишине, а рядом стояла Тюрсинаи, держа в руках полотенце.
– Тсс, не беспокойся, маленькая Мила, – успокоила её Тюрсинаи. – Это просто Рустрам, Хуушал и Фунг играют. Они выводят бандитов в лес и притворяются, что пытают их. Эти крики фальшивые.
Мила слабо улыбнулась:
– Рэйну бы не понравилось, если бы узнал, что кого-то пытали, даже ради его спасения.
Она вернулась к костру, наблюдая за Мафу, который бегал из стороны в сторону, явно расстроенный. Подойдя к нему, она протянула ему фрукты. Маленький квин был настолько огорчён, что почти отказался от еды. Почти.
Рядом лежали коты, кроме Орика, который сидел, внимательно осматриваясь в поисках хозяина. Мила раскрыла объятия, и кот тихо подошёл, мурлыча и теряясь носом о её руку.
Она крепко обняла его, с трудом сдерживая слёзы. Горло пересохло от мысли, что теперь делать. Если Рэйн действительно погиб, это было несправедливо. Они только начали по-настоящему заботиться друг о друге, их дружба превращалась во что-то большее. Как жестоко со стороны судьбы забрать его так рано, в таком бессмысленном бою. Рэйн был создан для величия, а не для того, чтобы погибнуть, защищая рыбаков от обычных бандитов. Никакой славы, никакой чести — его жизнь оборвалась впустую. Лин обняла Милу, прижимаясь к ней.
– Не переживай, Ми-Ми, с ним всё будет хорошо, я уверена.
С тоской в глазах Лин уткнулась лицом в шерсть Орика.
– Должно быть…
Мила не смогла ответить. Она лишь безрадостно улыбнулась и вернулась к еде, погружённая в свои мысли. Но сидеть на месте она не могла. Взяв квинов на поводок, она направилась к деревне, чтобы успокоить животных и найти им место для отдыха. Пробираясь через заросли, она вскоре наткнулась на группу солдат, стоящих над тремя связанными бандитами с кляпами во рту. Солдаты изображали крики боли и ужаса, но делали это так безжизненно, что это лишь раздражало.
– Идиоты. Все вы идиоты. Прекратите эти кошачьи вопли немедленно!
Трое солдат выглядели оскорблёнными, но, открыв рты, чтобы что-то сказать, лишь неуверенно закрыли их. Это только усилило её ярость. Если у них есть что сказать, пусть говорят, а не относятся к ней, как к хрупкой девочке, которую нужно беречь. Пропажа Рэйна не лишила её качеств воина, несмотря на её пол. Глупые мужчины, всегда думающие, что должны защищать чувства женщин.
– Сколько бандитов пришло с информацией? – спросила она, тяжело дыша от негодования.
В ответ – тишина. Никто не ответил.
– Вы точно упомянули, что ведёте этих мужчин на пытку?
Солдаты молча кивнули, опустив глаза.
Вздохнув, Мила вытащила нож и одним резким движением перерезала горло ближайшему бандиту. Он упал, истекая кровью, а двое оставшихся смотрели на это в ужасе. Улыбнувшись им, она начала разрывать тело мёртвого бандита, ломая пальцы и вырывая глаза. Один из солдат, придя в себя, предложил:
– Отрежь пальцы разной длины по очереди. Чтобы выглядело, будто мы отрезали их постепенно. Зубы тоже выбей несколько спереди, для эффекта.
– Да, хорошо, – согласилась Мила.
Вместе они работали над трупом, пока он не стал выглядеть ужасно: изуродованный, с явными следами пыток. Вытерев руки о грязь, Мила встала, игнорируя неловкие взгляды солдат. Почему это их волновало? Эти бандиты всё равно были бы повешены или стали бы слугами. Кому какое дело, что случилось с трупом?
– Принесите тело обратно и повесьте где-нибудь, где его увидят заключённые. Предложите им говорить, обещая лёгкую смерть. Если они продолжат молчать, замените тело на другое. В этот раз молчите, пусть сами догадываются, что мы делаем. Я приведу квинов, они начнут есть трупы вокруг. Это, возможно, развяжет кому-нибудь язык. Жаль, что здесь нет квина Мамы Канкин, он был самым устрашающим.
– Хозяин.
Мила обернулась и увидела Сонг, с которой стекала вода. Одежда плотно прилипла к её телу. Ругая себя за то, что забыла о подруге, Мила быстро подошла, чтобы помочь ей высушиться, извиняясь. Но она остановилась, заметив блеск в глазах Сонг.
– Я нашла меч Рэйна.
Мила выхватила оружие из рук Сонг и побежала к Лин и Тюрсинаи. Она молча отдала меч старшей женщине, сердце её колотилось от страха и надежды. Сжимая руку Лин так крепко, как только могла, она ждала. Сонг подошла, и Мила схватила её руку тоже. Тысяча мыслей проносилась в её голове, пока Тюрсинаи осматривала оружие. Мила следила за каждым изменением в выражении лица старшей женщины, желая узнать судьбу Рэйна.
Наконец, Тюрсинаи вздохнула и улыбнулась, кивнув. Мила почувствовала головокружение от облегчения, а Лин подпрыгнула от радости. Ноги Милы подкосились, и она отпустила руки Сонг и Лин, чтобы не утащить их за собой. Она села в грязь, слёзы радости текли по её лицу.
Он не утонул. Он не был съеден. Он всё ещё где-то был. И вопрос был лишь в том, когда он вернётся. А когда он вернётся, Мила обязательно его накажет за то, что он с ней сделал. Этот идиот заставил её плакать перед стражами. Печаль, которую он в ней вызвал, почти того не стоила. Почти.
Проснувшись в темноте, он почувствовал резкую боль в руке. Пытаясь подняться, он выплюнул песок, стонал от усилий. Его вырвало, тёплая жидкость потекла из раздутого живота по телу. Он лежал, обессиленный, в полном отчаянии.
– Брат… Помоги…
Комфорт покинул его. В темноте он страдал, глаза закрыты, челюсть сжата. Он боролся с желанием провалиться в сладкое забытьё.
– Почему, брат? Почему ты бросил меня здесь?
http://tl.rulate.ru/book/591/300236
Готово:
