Готовый перевод Savage Divinity / Божественный дикарь: Глава 8

Глава 8. Праздник начался почти сразу после нашего прибытия к озеру. Было уже за полдень, и вокруг раздавали закуски: вареники на шпажках, паровые булочки – и пикантные, и сладкие. Я выбрал пикантные, с мясным фаршем и рубленым луком-пореем. Алкогольные напитки тоже были, но мне вручили деревянную чашку с чем-то вроде сока из сахарного тростника – видимо, из-за моего юного возраста. Напиток оказался вкусным и освежающим. Все собирались у берега, где над водой возвышалась большая сцена. Пять местных жителей на заднем плане сцены били в огромные барабаны, задавая быстрый, как сердцебиение, ритм. Звук был настолько громким, что казалось, будто он проникает в самые кости.

Алсантсет положила мне руку на плечо и указала куда-то в сторону. Я посмотрел и увидел, как несколько русеквинов, включая Сурет, бегут к воде. Оказалось, они отличные пловцы. Эти милые, ловкие, выносливые существа так и ныряли, лазали по скалам. Интересно, бывают ли полу-русеквины? Откуда вообще берутся полулюди? Нужно будет спросить у Чарока позже. Только бы ответ не оказался чем-то вроде скотоложства – это бы все испортило.

Мы прогуливались по краю толпы, перекусывая и избегая скопления людей. Несколько местных остановились, чтобы поболтать с Алсантсет. Они обменивались любезностями, расспрашивали о супругах. Многие смотрели на меня, но Алсантсет меня не представляла. Она никогда не задерживалась надолго в разговорах и быстро уводила меня после короткого обмена приветствиями. Может, мне здесь и не место? Ведь это СКРЫТАЯ деревня. Возможно, здесь строгие правила, и я просто не должен быть здесь. Не хочу усложнять жизнь Алсантсет и Чароку. Они уже столько для меня сделали. Я начал оглядываться, ища путь для отступления, но Алсантсет крепко держала меня за плечо. Убежать от нее было бы непросто. Как будто у меня появилась старшая сестра. Хотя, казалось бы, я явно старше ее. Ей на вид лет 24-25. Вряд ли она намного старше. Была ли у меня сестра в прошлой жизни? Теперь я уже не могу вспомнить. Столько всего забыто.

Я заметил Чарока, который с ухмылкой готовил что-то над углями на рашпиле. Мясо на шпажках. Запах был божественным. Я направился к нему. Множество людей наблюдало за тем, как он готовил. Он поливал мясо соусом, переворачивал шпажки и раздавал их ожидающим. Мы с Алсантсет встали в очередь. Когда подошли к началу, улыбка Чарока стала еще шире. Он даже дал мне дополнительную шпажку. Я почти почувствовал себя виноватым. Наверняка за моей спиной были недовольные взгляды. Двух шпажек я не заслуживал. Но съел обе. Мясо было идеально зажаренным – хрустящим снаружи, сочным и нежным внутри. Я старался не запачкать одежду. Возвращаться к тряпью не хотелось.

Барабаны забили еще громче, а затем внезапно стихли. Наступила оглушительная тишина. Все замолчали и повернулись к сцене. С нашего места было плохо видно, но Алсантсет подвела меня к камню и посадила на него. На сцене стояла женщина лет сорока. Алсантсет сказала, что это оратор, Сарнаи. Ее голос был сильным и четким. Я слышал ее даже издалека. Наверное, поэтому она и была оратором. Она приветствовала наемников, вернувшихся домой. Они выходили на сцену по одному или парами, когда называли их имена, и она благодарила их за службу. Раздавались аплодисменты и приветствия, после чего они вставали на одной стороне сцены. Видимо, наемники здесь пользовались большим уважением. Это логично – деревня очень изолирована. Большинство местных, скорее всего, никогда не покидали ее. Наемники привозили с собой много добра. Думаю, они совмещали службу с торговлей, привозя необходимые товары к зиме и продавая их весной.

Алсантсет и Чарока тоже вызвали на сцену. Она посмотрела на меня, чтобы убедиться, что со мной все в порядке. Я кивнул с улыбкой, и она поднялась на сцену. Аплодисменты стали еще громче. Они явно были популярной парой. Церемония заняла не так много времени. Всего около тридцати солдат на сцене. Герел и Баатар вышли последними. Они несли металлический штандарт на двух древках. Видимо, это и был знаменитый «железный флаг». Они всегда были прямолинейны в названиях. Например, Алсантсет означало «горный цветок», Чарок – «огненные глаза», а Баатар – «железо». Название отряда можно было перевести как «Отряд Знамени Баатара». Они установили флаг в специально подготовленное место, вставив каждое древко в паз за сценой. Я не мог разобрать слова на флаге, но это и не имело значения, потому что на моих глазах надпись исчезла, оставив только одну строку вверху. Ого, магия. Больше ничего не произошло.

– Более вы не солдаты. Ваш долг выполнен, слово сдержано. Мы встречаем вас дома. Вновь мы воссоединены, как один Народ, – произнесла Сарнаи.

Солдаты – нет, теперь уже просто люди – спустились со сцены под аплодисменты и приветствия, обмениваясь объятиями и похлопываниями по спине. Простая церемония, без помпы и блеска, но очень важная. Она показывала искренность и благодарность, праздновала возвращение домой. Атмосфера была теплой и радостной.

Сарнаи снова заговорила, когда шум утих:

– У нас есть еще один важный повод, прежде чем мы начнем праздновать.

Герел подошел ко мне, за ним следовали Чарок и Алсантсет. Я улыбнулся и помахал им, пока они приближались. Герел, не говоря ни слова, снял меня с камня и понес на плече. Что за черт, чувак? Хватит вторгаться в мое личное пространство. Он нес меня к сцене, игнорируя мои попытки сопротивляться. Опустив меня, он развернул лицом к толпе.

– Я привел того, кто утверждает, что в нем кровь Народа, – заявил он.

Вот лжец! Я ничего такого не говорил! Не надо мне слова в рот класть. Бежать я не мог – Герел крепко держал меня за воротник. Черт бы побрал эту новую одежду.

Сарнаи строго посмотрела на меня. Кажется, я ей не очень понравился. Наконец она произнесла:

– Всем нам известно, что некий не рожден Народом. Некий принят.

Вот черт. Похоже, меня сейчас вышвырнут. Интересно, умру ли я от голода или меня съедят. Что бы я предпочел? Хотя бы одежду оставили бы? Я бы и сапогам был рад.

Сарнаи повернулась к толпе:

– Кто будет отвечать за его поведение, направлять его нрав?

– Я отвечу за него, – раздался голос Баатара. Он вышел на сцену и встал за мной, положив руки мне на плечи. Я успокоился. Баатар был со мной. Он гораздо лучше, чем этот врун Герел.

Наступила долгая пауза. Сарнаи пристально смотрела на Баатара. Кажется, он ей тоже не нравился. Наконец она произнесла:

– Клянешься ли ты научить его заветам и взять на себя ответственность, если он нарушит их?

– Клянусь, – ответил Баатар.

– Кто в ответе за его воспитание? Кто научит его человеколюбию? – раздался голос.

– Мы в ответе, – Чарок и Алсантсет подошли ко мне, каждый взял меня за руку. – Клянетесь кормить и одевать его, любить и заботиться о нем?

– Клянемся, – оба сжали мои ладони. Я почувствовал, как на глаза навернулись слезы. Но вытереть их я не мог – руки были заняты. – Кто в ответе за его обучение? Кто научит его смирению?

– Я в ответе, – Тадук тоже подошел и встал чуть поодаль. Видно было, что он воспринял мою просьбу всерьез. – Клянешься учить его нашей истории и обычаям?

– Клянусь, – Тадук улыбнулся мне, и я ответил ему тем же. – Так тому и быть. Выйди вперед, чтобы тебя узнали, дитя. Важно не то, кем ты был. Назови свое имя впервые как один из Народа.

Баатар слегка подтолкнул меня вперед. Чарок и Алсантсет шли рядом, не отпуская моих рук. Они подбадривали меня, чтобы я смотрел прямо и говорил уверенно. Сердце бешено колотилось, во рту пересохло. Я никогда не считал себя прирожденным оратором. Но, глядя вперед, я увидел множество лиц – все улыбались и ждали. Они принимали меня. Я прочистил горло и произнес: – Мое имя Рэйн. Я – один из Народа.

Аплодисменты грянули, как гром, и, казалось, звучали целую вечность.

http://tl.rulate.ru/book/591/16927