(Перевод: Ориана)
Обратный отсчет 16:00:00.
Восемь часов утра.
На вершине утеса Циншань Ли Кэ вырыл могилу для своего деда за скалой и похоронил старика здесь.
Отныне он всегда будет встречать восход солнца и дружить с ветром.
«Не грусти. Его желание исполнилось, и он ушел без сожалений», – спокойно сказал Цин Чэнь.
Ли Кэ вытер слезы тыльной стороной ладони: «Угу, я понимаю, просто отпустить тяжело. Дедушка всегда был очень серьезным. Но когда я был совсем маленьким, он строго отчитал моего отца. Когда отец в смущении склонил голову, он воспользовался тем, что тот не смотрит, и тайно дал мне конфету, подмигнув мне, чтобы я сохранил секрет. На самом деле, он никогда не был строгим человеком, но его положение обязывало его так поступать».
Цин Чэнь вздохнул: «Он всю жизнь играл роль, которую не хотел играть, но играл ее очень хорошо».
Ли Кэ поднялся на ноги. Цин Чэнь отвел его обратно к обрыву, указал на слова на земле и сказал: «Вечно молодой – вот о чем мечтал дедушка всю жизнь. Но речь не о долголетии, а о том, чтобы оставаться вечно юным, всегда искренним, со слезами на глазах и всегда готовым отправиться в путь. Не позволяй интересам сковать тебя. Со своей храбростью, Рыцари рождены, чтобы быть самыми романтичными людьми в мире».
Ли Кэ и Ху Сяоню молча смотрели на слова на земле.
Внезапно они поняли, почему Цин Чэнь говорил, что все, кто встает на этот путь, невольно проникаются верой Рыцарей.
На самом деле, восемь испытаний жизни и смерти – это не столько путь совершенствования, сколько способ, которым Рыцари отбирают себе единомышленников, используя для проверки самые жесткие условия.
Цин Чэнь оглянулся на гигантское дерево, заслонявшее небо и солнце, и вздохнул: «Чем дальше идешь по этому пути, тем лучше понимаешь, какие надежды возлагал основатель, написавший эти два слова «вечно молодой», на каждого Рыцаря».
В какой-то момент молодой человек глубоко задумался.
Это не он сопровождал старика в его последнем путешествии.
Лучше сказать, что это старик, используя последние отблески своей жизни и свои сожаления, повел его с собой.
В прошлый раз Ли Шутон взял его с собой в путь, чтобы сгладить шрамы, полученные им за 17 лет его жизни.
В этот раз старик взял его с собой и использовал последние мгновения, чтобы научить его тому, что сейчас для него наиболее ценно.
В этот момент из леса раздались аплодисменты: «Вот это достойная смерть для главы семьи Ли. Лучше любоваться закатами и рассветами здесь, чем лежать в поместье Баньшань. Я только что поклонился старику. Раньше я не испытывал к нему уважения, но теперь оно есть».
Цин Чэнь и двое других обернулись и увидели, как из леса выходит Тень клана Цин в черной толстовке, черной кепке и черной маске, хлопая в ладоши.
Время от времени покашливая.
Если бы не этот знакомый кашель, Цин Чэнь не был бы уверен, что перед ним господин Тень.
Кажется, что каждый раз, когда они встречались, это происходило в темноте.
Это был первый раз, когда Тень согласился поговорить с ним при солнечном свете.
Худощавый – вот что произвело на Цин Чэня самое глубокое впечатление.
Тень с улыбкой сказал: «Люди в этой жизни, когда достигают среднего возраста, начинают беспокоиться о своих потомках. После смерти потомки приходят к могиле, чтобы поклониться и попросить благословения. А если дела у них идут плохо, могут решить, что место захоронения неудачное, выкопать тебя и перезахоронить в другом месте, с лучшим фэншуй. Так что спать здесь вечным сном гораздо лучше. Я бы и сам после смерти хотел оказаться здесь. А если еще получится попрепираться со старыми хрычами из запретного места № 002, то вообще счастье».
Цин Чэнь посмотрел на Тень: «Сейчас в Федерации уже должна была начаться гражданская война. У вас действительно есть время, чтобы прийти в запретное место № 002?»
Тень улыбнулся: «Гражданская война имеет ко мне какое-то отношение?»
«Не имеет отношения?» – Цин Чэнь был озадачен.
«Я заранее сделал все, что должен был сделать для этой войны. Когда война действительно началась, мне уже нечего делать», – с улыбкой сказал Тень.
По правде, это была весьма странная самоуверенность.
Как если бы, сделав тринадцать ходов в шахматах, ты уже мог бы не доигрывать партию, потому что исход предрешен.
Почему-то Цин Чэнь чувствовал, что между ним и Тенью есть некоторое сходство. Они оба, казалось, предпочитали готовиться заранее. В их характерах была врожденная склонность всегда быть готовым к опасности.
Но нынешнее видение и способности Цин Чэня еще не достигли уровня Тени.
«Могут ли семьи Ли и Цин победить?» – спросил Цин Чэнь.
Тень с улыбкой сказал: «Насчет Ли не знаю, но семья Цин может».
«Понятно», – кивнул Цин Чэнь.
Тень является Тенью семьи Цин. Даже если семья Ли и семья Цин были союзниками, Тень отвечал только за победу семьи Цин в этой войне.
Он мог даже отобрать победу у Ли.
Таковы консорциумы.
«Удался ли у семьи Ли план обратного переселения?» – спросил Цин Чэнь.
Во время последнего возвращения путешественники семьи Ли добрались даже до Японии. Цин Чэнь знал, что их миссия не ограничивалась сожжением синтоистского храма, наверняка у них был более масштабный план.
Тень немного подумал и ответил: «На данный момент Камиширо и Касима выявили восемь успешных замен. Должно быть, есть и те, кого еще не обнаружили… Но даже если их найдут, это не проблема. Во время войны Ли в один момент заменили 8 важных должностей. Негативные последствия таких перестановок гораздо серьезнее, чем можно представить. Надо признать, путешественники Ли во Внешнем мире довольно сильны. Они меня заинтересовали».
«Кстати, ты знаешь того Камиширо Того, который отвечал за покушение на Ли Чанцин в городе 18?» – спросил Тень.
«Знаю», – кивнул Цин Чэнь.
Тень с улыбкой сказал: «Он не сбежал из города 18. Ли нашли ему замену в островной стране во Внешнем мире и отправили его в Лочэн. Теперь его заменили. Раньше я думал, почему Ли Чанцин не преследовала его. Оказывается, она ждала этого. Эта женщина весьма любопытна. Похоже, она догадалась, что Камиширо Того продолжит скрываться в городе 18».
Цин Чэнь был потрясен. Ответный удар клана Ли оказался куда яростнее, чем у Камиширо и Касимы.
Однако то, что Тень знал все эти детали, также показывало, что разведывательная система Цин достаточно сильна!
Тень Цин: «Эй, мальчики, идите-ка поиграйте в грязи. Нам с Цин Чэнем нужно поговорить».
Похоже, господин Тень не хотел, чтобы кто-то узнал, что Цин Чэнь является кандидатом на должность Тени.
В этот момент Ху Сяоню и Ли Кэ непроизвольно посмотрели на Цин Чэня и только после того, как он кивнул, послушно ушли.
Цин Чэнь на мгновение задумался: «Неважно, насколько хорошо вы подготовились, но в такой важный момент времени уделять внимание не более важным вещам, а мне – это довольно неожиданно».
«Кто сказал, что я пришел уделить внимание тебе? – прищурясь в улыбке, сказал Тень. – Я пришел посмотреть, смогут ли члены Общества Взаимопомощи успешно добраться до места встречи с Пиками. Это мое первое сотрудничество с Пиками, поэтому я, естественно, должен прийти и посмотреть».
Цин Чэнь не стал спорить, но он был совершенно уверен, что Тень пришел именно из-за него.
Тень молча сел на краю утеса Циншань: «Неужели восход солнца здесь настолько прекрасен? Даже такой человек, как Ли Сюжуй, хотел взглянуть на него перед уходом. Знаешь ли ты, что сделал Ли Сюжуй в своей жизни? Когда он принял семью Ли, она уже демонстрировала признаки упадка. Его отец проиграл семье Чэнь важную партию в сфере минеральных ресурсов, и казалось, что крах неизбежен. Но когда Ли Сюжуй занял пост, он сумел переломить ситуацию и выгнал семью Чэнь из города 18. Иронично, что такой человек был вынужден стать главой семьи».
«Кстати, тот мастер семьи Камиширо мертв. Я недооценил Ли Юньцзина, и Ли Сюжуй тоже недооценил его. Он даже отправил двух мастеров уровня A, чтобы убить Камиширо Унсана. На самом деле, было достаточно одного Ли Юньцзина. К счастью, он собирается покинуть семью Ли, иначе он бы стал серьезной проблемой. У этого человека есть шанс достичь уровня полубога».
Тень сидел, свесив ноги над обрывом, беззаботно, будто растворяясь в горном ветре.
Совсем не похоже на важного человека, облеченного властью.
Цин Чэнь немного подумал и сел рядом с ним.
Тень внезапно сказал: «Хочешь что-нибудь спросить?»
Цин Чэнь: «Вы кровный родственник «Цин Чэня» из Внутреннего мира?»
Тень Цин улыбнулся: «Сюжет интересен только тогда, когда он раскрывается постепенно. Разве я похож на того, кто станет портить удовольствие спойлерами? Не волнуйся, однажды ты все узнаешь. Не торопись. Не спеши переворачивать последнюю страницу книги».
Когда-то Цин Чэнь предполагал, что Тень, возможно, был отцом «Цин Чэня», но теперь он так не думал.
Однако он все еще не был уверен, какова связь между Тенью и им самим. Если он был близким родственником, Тень должен был убить его, чтобы отомстить за «Цин Чэня».
Цин Чэнь больше не стал задавать никаких связанных с этой темой вопросов, а спросил о другом: «Общество Взаимопомощи под вашим контролем? А другие путешественники, контролируемые кланом Цин, тоже под вашим командованием?»
Тень кивнул: «Да, в семье Цин есть только один человек, который может командовать путешественниками, и это я».
Цин Чэнь кивнул. Значит, Призрачное Перо должен быть из семьи Чэнь.
Если бы Призрачное Перо был из клана Цин, он не смог бы мобилизовать столько путешественников.
«Путешественники Камиширо, Касимы, Ли и Чэнь уже действуют во Внешнем мире. Почему клан Цин не проявляет активности?» – спросил Цин Чэнь.
«Как ты думаешь, скажу я тебе или нет? – с легкой улыбкой сказал Тень. – У тебя есть какие-то идеи насчет путешественников Цин? Как насчет этого: ты согласишься пойти ко мне в Секретный шпионский отдел, и в тот день, когда ты явишься туда, я передам тебе Общество Взаимопомощи. Эта сделка должна быть весьма выгодной, не так ли?»
На этот раз Тень наконец-то предложил что-то существенное, а не кормил его пустыми обещаниями.
Нужно сказать, что «Общество Взаимопомощи» состояло из очень умных путешественников. Пластичность такого рода организации весьма велика. Если ее правильно использовать, это определенно даст чудесный эффект.
«Мне нужно подумать», – как и раньше ответил Цин Чэнь.
Тень поднял бровь: «Тебя так сложно втянуть в игру».
Цин Чэнь вдруг сказал: «Мне нужно подумать, когда явиться в Секретный шпионский отдел».
Тень улыбнулся и встал: «Вступив в игру, ты уже не сможешь из нее выйти по своему желанию».
Сказав это, он встал на краю утеса Циншань, затем обернулся и сказал: «Я хочу предупредить тебя. План обратного переселения Камиширо и Касимы не так прост, каким ты его видишь сейчас. Ты должен знать, что они завершили первую попытку переселения в другое тело с помощью нейронной связи, и в будущем обязательно будут новые попытки. У них в руках гораздо больше путешественников, чем у нас, и, насколько мне известно, у них есть мастера, спрятанные в вашем Внешнем мире».
«Спасибо за предупреждение», – кивнул Цин Чэнь.
Тень Цин внезапно спрыгнул вниз.
Сердце Цин Чэня екнуло. Он высунул голову за край утеса, чтобы посмотреть, не разбился ли он насмерть.
Но Тень исчез!
Увидев, что Тень ушел, Ху Сяоню и Ли Кэ вернулись обратно: «Наставник, кто это был только что?»
Цин Чэнь покачал головой: «Еще не время говорить вам об этом».
«Куда мы теперь направляемся?» – спросил Ху Сяоню.
«Спасать членов Общества Взаимопомощи», – ответил Цин Чэнь.
«А? Почему мы должны их спасать? – Ли Кэ был озадачен. – Мы же их плохо знаем».
Цин Чэнь не объяснил. Это было частью его сделки с Тенью клана Цин. Он не мог позволить «Обществу Взаимопомощи» потерять слишком много людей.
Ведь это его собственность!
Тем временем Ху Сяоню смотрел на Цин Чэня с замешательством.
В последнее время у него возникло много догадок и сомнений относительно личности Цин Чэня, но все эти сомнения разрешились в тот момент, когда он поднялся на утес Циншань.
Цин Чэнь – это босс, а босс – это Цин Чэнь.
С того момента, как Цин Чэнь выбрал Ху Сяоню в качестве члена Рыцарской организации Внешнего мира, его личность босса стало невозможно скрыть.
Причина, по которой Лю Дэчжу раньше привлекал столько внимания, заключалась в том, что он утверждал, что близок к Ли Шутону.
Позже все узнали, что Лю Дэчжу был просто марионеткой, выдвинутой кем-то, и за ним стоял другой человек.
Тот, кто действительно был близок к Ли Шутону.
Теперь многие подозревали, что босс «Белого дня» стал преемником Рыцарей и станет лидером следующего поколения Рыцарей.
Члены «Белого дня» тоже строили догадки, но не решались спросить.
Поэтому, когда Цин Чэнь признает, что он Рыцарь, по крайней мере для членов «Белого дня», правда выйдет наружу.
В конце концов, разве Рыцарем стать так просто?
Ху Сяоню посмотрел на Цин Чэня: «Когда мы общались в группе, как ты умудрялся управлять двумя аккаунтами одновременно? Тяньчжэнь рассказал мне, что однажды, когда босс отправил сообщение в группе, ты даже не брал в руки телефон!»
«...Я попросил кое-кого отправить его за меня», – сказал Цин Чэнь.
«А когда мы встретились с Ло Ванья, ты притворился, что один идешь докладывать боссу о ситуации», – продолжил Ху Сяоню.
«Хватит», – вздохнул Цин Чэнь.
Он сказал себе, что, к счастью, это была всего лишь локальная социальная смерть, и он мог это пережить.
«Босс, вы очень реалистично притворялись, – невольно сменил обращение Ху Сяоню. – Тогда получается, Лю Дэчжу сплетничал о боссе прямо перед боссом?»
«Да, – спокойно ответил Цин Чэнь. – Пока не называй меня боссом. О моей личности знают только ты, Нань Гэнчэнь и Ли Тунъюнь».
Обратный отсчет 4:00:00.
8 часов вечера. Запретное место № 002.
Го Хучань сидел, прислонившись к переплетенным корням дерева, и наблюдал за членами «Общества взаимопомощи».
Хотя они и устали, однако, никто из них не жаловался. Они подбадривали друг друга и даже сохраняли оптимистичное настроение.
Он прошептал Ян-Ян, которая отдыхала с закрытыми глазами рядом с ним: «Неплохая подготовка у этих путешественников. Похоже, никого не придется отсеивать».
«Ну, – Ян-Ян открыла глаза, – это лучшие ученики города во Внешнем мире, соответствующего городу 18. Они умные, смелые, оптимистичные и быстро учатся. С такой командой наш заново отстроенный маленький поселок сможет быстро расти».
Со стороны «Пик», даже если они говорят, что рады всем, как они могли не проверить этих учеников?
Даже если бы Федеральная армия не преследовала их, они нашли бы предлог заставить этих учеников бросить свои транспортные средства и пройти пешком 200 километров, чтобы проверить их.
«Много ли таких организаций учащихся во Внешнем мире?» – спросил Го Хучань.
«Они есть, но немного, – задумалась Ян-Ян. – Например, в Хайчэне, соответствующем городу 7, есть одна. Я тоже в ней состою. В Цзинчэне, кажется, тоже есть, и ее лидер – избранный небесами. Но я так и не смогла выяснить, кто он. Уж очень загадочный».
«Эта молодежь, как правило, полна энтузиазма и не испорчена мирской суетой. Чем больше мы, Пики, наладим контактов с такими организациями, тем лучше. Тебе придется постараться, Ян-Ян», – сказал Го Хучань.
«Ничего сложного, – с улыбкой сказала Ян-Ян. – Я и сама хочу этим заниматься. Пора идти. Федеральная армия снова приближается. Нужно поторопиться».
Сказав это, она махнула рукой членам «Общества Взаимопомощи», давая им знак встать и следовать за ними.
Те не колебались. Хотя они очень устали, они все равно, подбадривая друг друга, снова отправились в путь.
Команда двигалась очень быстро, но Федеральная армия позади них также очень быстро нагоняла их.
Но Федеральная армия, казалось, не спешила атаковать, словно выжидая, пока «Общество Взаимопомощи» и «Пики» окончательно выбьются из сил.
Это стандартное охотничье поведение группы опытных охотников.
Го Хучань пробормотал: «Ян-Ян, если бы твой диапазон восприятия был шире, мы бы могли заранее их избегать».
Как раз в этот момент в лесу запретного места позади них внезапно раздались отдаленные выстрелы.
Выстрелы были очень далеко, но в тишине запретного места они казались слишком резкими.
Го Хучань сразу поднял голову. Кто посмел использовать пистолет в запретном месте?!
Это же запретное место № 002, среди правил которого есть запрет на использование огнестрельного оружия!
Го Хучань посмотрел на Ян-Ян: «Федеральная армия знает про запрет. Может, это Цин Чжадэ пришел помочь нам, но он не знает правил?»
Ян-Ян прежде всего посмотрела на учеников.
Первой их реакцией было поднять указательные пальцы, предупреждая друг друга ничего не обсуждать.
Эти ученики были очень умны, они прекрасно понимали, что любое обсуждение в это время легко нарушит правила, поэтому они не допускали таких глупых ошибок.
Увидев это, Ян-Ян кивнула. Подготовка этих элитных учеников из Лочэна действительно на высоком уровне.
Наньгун Юаньюй посмотрел на Го Хучаня: «Скажите, это сражаются люди из Пик?»
«Нет, – нахмурился Го Хучань. – Мы не знаем, кто это. Возможно, это те люди, с которыми мы ехали раньше».
Никто не придет в запретное место просто так, и никто не будет от нечего делать помогать «Пикам»!
Го Хучань сказал: «Может, нам уйти?»
Ян-Ян покачала головой: «Вы идите, а я пойду посмотрю».
Только она это сказала, как они услышали, что кто-то неторопливо приближается из глубины леса. Звук шагов по опавшей листве был тихим и таинственным.
Все посмотрели в ту сторону, откуда послышались шаги, и с удивлением обнаружили, что из тени медленно выходят Ли Кэ и еще два человека.
Все невольно смотрели на них. Их взгляды, казалось, были прикованы к рукам Ли Кэ и его спутников. Они уставились на огнестрельное оружие, не в силах оторваться.
Подойдя ближе, все даже почувствовали запах пороха, исходящий от трех человек.
Неизбежный запах после нажатия на спусковой крючок.
Го Хучань сразу подумал: только что стреляли эти трое!
Но он не понимал.
Все подтверждали бесчисленное количество раз, что в запретном месте № 002 нельзя пользоваться огнестрельным оружием. Но на этих троих правила, похоже, не действовали!
Почему?
На самом деле, большинство людей в этом мире не знают, что запретные места можно сдерживать.
Потому что было очень мало людей, кто смог сдержать их!
А те, кому это удавалось, хранили секрет сдерживания в глубине сердца!
Ян-Ян посмотрела на «Цин Чжадэ»: «Это вы только что сражались с Федеральной армией?»
«Да, – кивнул Цин Чэнь и улыбнулся. – Похоже, они были в таком же недоумении, как и вы, поэтому они, немного поколебавшись, временно отступили. Теперь я выведу вас из запретного места № 002, чтобы вы не заблудились здесь и не попали по ошибке во внутренние районы».
Что касается уровня опасности внутренних районов, если члены «Общества Взаимопомощи» случайно зайдут туда, вероятно, 90% из них погибнут.
Ци До из «Общества Взаимопомощи» нерешительно спросил: «Это не будет для вас слишком обременительно?»
На самом деле, он хотел спросить: почему вы так хорошо к нам относитесь, почему вы так добры, что готовы вывести всех нас из запретного места?
В конце концов, они не были так уж хорошо знакомы друг с другом.
Цин Чэнь улыбнулся и сказал: «Совсем не обременительно. Сяоню сказал мне, что вы друзья, а друзьям надо помогать».
Ци До и остальные ошеломленно посмотрели на Ху Сяоню, думая, что Сяоню действительно хороший человек. Будучи слугой, он попросил своего хозяина помочь им!
Они снова посмотрели на Цин Чэня и увидели, что он разглядывает их с искренней улыбкой, очень доброй улыбкой…
Словно любуется собственной коллекцией золотых монет.
http://tl.rulate.ru/book/57415/6816036
Готово:
Либо сосредотачивать на мне*
Либо без "на".