Никто из окружающих Айнсли не заметил, что ребенок использует ее силу. Даже Челлино не заметил этого. Только дух Крестного отца и сама Айнсли знали, что происходит.
Малыш решительно выстрелил пулей с розовой аурой в лоб единорога, и как только она коснулась кожи единорога, розовая аура пули исчезла.
Все это произошло за считанные секунды, и даже сама единорожка не заметила ничего страшного.
Увидев результат, Айнсли удовлетворенно кивнула. Она не спешила отвечать на провокацию Блэр и была занята проверкой контроля над своей способностью очаровывать.
Розовой ауры пули, покрытой золотой аурой ее способности удачи, было достаточно, чтобы усмирить монстра низкого уровня наравне со зверем низкого уровня, но священный зверь был намного сильнее высокоуровневого монстра, не говоря уже о низкоуровневом.
Таким образом, Айнсли не знала, насколько эффективной окажется ее способность.
Она беззвучно переместила ауру пули внутрь лба единорога и ощутила ее плотность, пока она оставалась внутри тела единорога.
Розово-золотая аура была размером с рисовое зерно, слишком мала, чтобы быть полезной, но, к удивлению Айнсли, она подействовала на единорога.
Она вдруг почувствовала, что единорог смотрит на нее уже более мягким взглядом, чем раньше. В глазах единорога даже появился знак обожания, словно Айнсли была ее давно потерянной дочерью.
Это крошечное, незаметное изменение озадачило Айнсли.
[Дядя Крестный отец, я думала, что моя сила пока не может воздействовать на прирученного священного зверя... но вроде как получается?] спросила Айнсли у Крестного отца через телепатию, установленную самим духом.
Крестный отец, дремавший от скуки, мгновенно проснулся.
[А? О? Твоя сила работает? Ну, это должно быть потому, что священный зверь намного умнее монстров. Чем она умнее, тем легче ей испытывать эмоции по отношению к другим].
Крестный отец дал прямое объяснение этому странному явлению.
[Этот тип священного зверя обладает высоким эмоциональным коэффициентом. Поэтому способности, основанные на эмоциях, будут оказывать на нее большее влияние].
[Но ведь она уже заключила контракт с Блэр, верно? Я думала, что на чужого контрактного зверя сложнее повлиять...] Айнсли все еще пребывала в недоумении от своего молчаливого достижения.
Ей казалось, что если она что-то скажет Валери, то единорог с радостью ее послушается, как мать, балующая своего очаровательного малыша.
[Ну, а что касается контракта... Вам повезло, что эмоциональная связь этого ребенка с единорогом не так сильна, как Ваша связь с кошкой-сорванцом. Кроме того... единорог известен своей материнской фигурой...]
Крестный отец зевнул и лениво потер глаза.
[И поэтому вы легко можете воздействовать на этого единорога. Продолжайте. Если вы будете продолжать использовать свои способности очарования, этот единорог может отступить и перейти под ваше крыло].
Хотя для этого может потребоваться несколько лет.
Крестный отец не произнес последней фразы, но и предыдущей было достаточно, чтобы глаза Айнсли засияли.
[Итак... если я попрошу Валери сделать что-то для меня прямо сейчас, выполнит ли она это?]
[Скорее всего. Только не надо перегибать палку, приказывая ей убить своего хозяина или что-то в этом роде].
Утверждение крестного отца зажгло что-то в сердце Айнсли. Она подавила желание рассмеяться над Блэр, которая все еще смотрела на нее высокомерным взглядом.
"Эй, что ты делаешь? Почему ты в оцепенении? Быстро. Давай решим этот вопрос. Согласна ли ваша семья принять компенсацию от нашей семьи, чтобы вы согласились уступить нам свою комнату?"
Блэр использовала более жесткий тон, чем раньше, думая, что сможет запугать группу Айнсли присутствием Валери.
Увы, - небрежно фыркнула Айнсли, глядя на Валери с лукавой улыбкой на лице.
"Валери, да? Я знаю, что вы добрый единорог... так что не могли бы вы не угрожать нам?"
Айнсли сцепила руки, приняв щенячий вид. Ее красные глаза стали водянистыми. Она искренне умоляла единорога.
Даже в ее голосе чувствовалась беспомощность и затаенный страх. Она была напугана!
Это зрелище привело в восторг Блэр и двух ее братьев, особенно Блэр.
Видеть, как твой противник умоляет тебя на твоих глазах, - это ведь приятно для глаз, верно? Ребенок хмыкнул, открыв рот,
"Не будьте глупцом. У нас нет намерения угрожать вам, верно, Валери?" Блэр разразилась веселым смехом, но все, что она сказала, прозвучало для Айнсли и остальных как ложь.
Она явно хотела продолжить угрожать им.
Однако Айнсли на этом не остановилась. Она посмотрела на Валери двумя своими большими глазами и моргнула.
"Валери, не могла бы ты вернуться в форму браслета? Я боюсь, что твой хозяин использует тебя, чтобы навредить мне..."
На этот раз Айнсли попросила Валери вернуться к форме браслета, так же как Челлино остается милой кошечкой, когда не находится в режиме зверя.
Услышав нелепое замечание Айнсли, Блэр почти не смогла сдержаться.
"Хахаха! Кто ты такой, чтобы просить мою Валери отступить? Думаешь, я тебе позволю? Валери здесь, чтобы быть справедливым судьей! Не трусь, и..."
Блэр как раз собиралась продолжить свои слова, когда Валери издала еще один звук.
"Неихкт!"
Единорог перебирал передними ногами и качал головой, колыхая своей прекрасной гривой. В этот момент единорог посмотрел на Айнсли нежными глазами, похожими на ласковый взгляд матери, обращенный к своему дорогому ребенку.
"Вррр!"
Не дожидаясь слов Блэр, единорог подмигнул Айнсли и превратился во вспышку белого света. Белый свет превратился в белые точки и собрался вокруг запястья Блэр.
В мгновение ока он превратился в белый мраморный браслет и остался неподвижным на запястье ребенка.
"...."
Что... за... хрень?
Блэр и остальные были ошеломлены.
http://tl.rulate.ru/book/56503/3356611
Andrey_F (переводчик/ветеран рулейта/формирование ядра)
14 ноября 2023 в 14:57
0
Готово:
