Когда-то приобретенная родителями Мэн квартира, после долгих уговоров, наконец-то остался во владении семьи — родителей Мэн Сяони.
Как и полагается традиционным родителям, они передали ресторан в управление сотрудникам, но удержаться от «случайного» хвастовства не смогли. Выходя на улицу, они восторженно рассказывали всем о том, какие у них замечательные дочь и зять: успешные, да ещё и предельно почтительные.
Мэн Сяони прикинула, что через некоторое время, выбрав подходящий день, можно будет приоткрыть завесу и рассказать родителям об их с Цинь Линцзюнь общем деле — компании, которую они ведут вместе. Пусть узнают и порадуются за её благополучие.
Уладив всё с семьёй, Мэн Сяони и Гуйфэн вновь отправились в Шэньнунцзя.
Шэньнунцзя встречала их переходом из зимы в весну. На ветвях деревьев пробивались нежные зелёные почки, а в уголках тропинок расцветали крохотные дикие цветы. Они скромно украшали пространство, не пытаясь выделиться, и своим очарованием напоминали о гармонии.
Мэн Сяони, приняв свой истинный облик, ступала по земле, словно паря над ней. Знакомые очертания Шэньнунцзя наполняли её противоречивым чувством — одновременно близким и отстранённым. На первый взгляд всё оставалось прежним. Однако, почувствовав изменения, она осознала: её взгляд теперь улавливает едва заметные оттенки, ранее не распознаваемые.
Те, кто способен прислушаться, поймут, что ближе к самому центру ощущается всё более насыщенный аромат трав и деревьев. Но без внимания это можно принять за обычные заросли.
Мэн Сяони обратила взгляд на Гуйфэна. Его силы либо иссякли, либо скрылись, сделав его практически неразличимым.
Она поняла, почему им удалось провернуть столь грандиозное дело, оставаясь вне досягаемости всевидящего ока Небесного Пути.
Не говоря ни слова, Мэн Сяони устремилась к поискам Сяо Бая и Сяо Лу.
Они оба уютно свернулись калачиком на одной кровати, погружённые в глубокий сон. Их дыхание было ровным, спокойным, как у тех, кто полностью отгородился от внешнего мира.
Мэн Сяони осторожно выглянула из двери домика на дереве и с улыбкой наблюдала за детьми. Они лежали, обнявшись, с перепутанными одеждой и волосами, — трогательная картина, полная тепла.
Теперь они могут жить свободно, без границ, идти, куда хотят. А если что-то случится, земное божество Хоуту уже позаботилось о создании надзорных органов для таких случаев.
Гуйфэн, следуя за Мэн Сяони, тоже выглянул внутрь.
Дети ещё малы, но даже в своём возрасте они показали невероятные способности. Несмотря на юный вид, их разум и нравственная сила уже могли соперничать с их потенциалом.
Помолчав, Мэн Сяони тихо увела Гуйфэна.
Шёпотом она начала делиться своими мыслями:
— Небесный Путь обладает способностью создавать миры. Думаю, Хоуту начнёт связывать великие миры и разрабатывать новый план. Мне кажется… она хочет сотворить новый Хунхуан.
Рука Гуйфэна едва заметно шевельнулась.
Мэн Сяони продолжила:
— Создание всего сущего — это постепенный процесс. Новый Хунхуан поначалу будет выглядеть простым, но позже могут вновь появиться фениксы и драконы — наш род.
Она улыбнулась:
— А ещё множество других новых видов. Природа сама будет эволюционировать, сохраняя равновесие экосистемы. Это непросто, но я сделаю всё возможное. Если во вселенной появятся мудрые и могущественные существа, мы найдём способ сделать их новыми покровителями мира, передав им ответственность за его управление.
Она задумчиво наклонила голову:
— Это, наверное, как реформы у людей.
Феодальные монархии ведь уже были ими преобразованы.
Гуйфэн коротко ответил:
— Да.
Его голос звучал мягко и тепло, словно он сам растворился в горячем источнике или даже лаве.
Мэн Сяони продолжила свои наивные размышления, словно рисуя замки в воздухе:
— Радость, гнев, печаль, счастье — каждое живое существо должно обладать этими эмоциями. А я, лишь очертив общие рамки, позволю всему развиваться самостоятельно, как будто управляя миром через невмешательство.
Гуйфэн тихо произнёс:
— Угу.
Мэн Сяони и Гуйфэн подошли к их большому дому на дереве.
Крошечные осколки драгоценных камней сверкали на крыше, а перед домом деревянное кресло с оплетёнными лозами мягко покачивалось на ветру.
Мэн Сяони усадила Гуйфэна на кресло.
Деревянная конструкция слегка раскачивалась, навевая ощущение умиротворения и покоя.
«Всё это слишком прекрасно, словно сон», - подумал Гуйфэн.
Настолько прекрасно, что казалось почти нереальным.
Сладостная атмосфера наполнила его тревогой, ведь он не знал, как с этим справиться.
Мэн Сяони неожиданно прервала тишину:
— Гуйфэн, Гуйфэн, Гуйфэн.
Пока они наслаждались этим кратким отдыхом, она решила потренироваться использовать сознание для общения, настраивая диапазон восприятия.
Она училась говорить так, чтобы её слова доходили лишь до одного адресата, но оставались неведомыми другим. Или же, наоборот, чтобы сообщение доходило до всех, не затерявшись в одном единственном сознании. Самое главное — то, что нельзя было произнести вслух, должно было оставаться надёжно запертым в её разуме.
Мэн Сяони снова позвала его мысленно:
— Гуйфэн, Гуйфэн, Гуйфэн.
Гуйфэн, услышав её голос, ответил коротко:
— Угу.
Она вдруг засмеялась:
— Ты знаешь, о чём я думаю сейчас?
Гуйфэн поднял глаза и встретился с её взглядом.
Мэн Сяони улыбалась, её глаза хитро блестели, словно у маленького зверька, укравшего угощение.
— Не знаю, — наконец ответил он.
«Мы ведь взрослые люди. Иногда слова излишни...»
Мэн Сяони смотрела на него, обдумывая, как открыться. Наконец она слегка приоткрыла дверь своего сознания, и её мысли хлынули на Гуйфэна, как мощные волны, обрушиваясь одна за другой.
Она весело заметила:
— А теперь понял?
Её слова не были произнесены вслух, но их суть стала очевидной.
Глаза Гуйфэна слегка потемнели:
— Да.
Он медленно повернулся, опустился на одно колено на кресло, другой ногой фиксируя его покачивание, и прижал Мэн Сяони в угол.
— Я понял.
Я понял, что твоё чувство ко мне такое же, как моё к тебе. Горящее, как пламя феникса, неугасимое и необратимое.
Он чувствовал, что нужно сделать что-то реальное, что-то, что подтвердит их связь, чтобы унять эту иллюзию.
Когда Сяо Бай проснулся, Сяо Лу уже лежал рядом с открытыми глазами, глядя на него с простодушным выражением. Его тёмно-зелёные глаза не моргали, наполненные словами, которые вот-вот могли прорваться наружу.
Сяо Бай пошевелился, осматриваясь. Он сразу понял, что они с Сяо Лу вернулись в Шэньнунцзя в полной безопасности. Немного успокоившись, он спросил:
— А где мама с папой?
Сяо Люй пододвинулся ближе и, как горох, высыпал целый поток слов:
— Они в большом доме на дереве рядом. Занимаются очень активным делом. Мама стала сильной, но иногда её сознание совсем теряется, как будто мечется.
Сяо Бай замер:
— Очень активное дело? Сознание мечется?
Сяо Лу серьёзно кивнул:
— Да.
Мелькнувшая в голове картина заставила Сяо Бая резко замолчать, проглотив слова.
Сяо Лу тоже явно что-то увидел, но предпочёл ничего не говорить, хотя по его виду было понятно, что он борется с собой.
Сяо Бай вздохнул, решив взять ситуацию в свои руки. Как старший брат, он считал своим долгом объяснить младшему основы.
— Это называется соединение. Многие существа в Шэньнунцзя делают это, не так ли?
Сяо Лу послушно кивнул:
— Да.
— У каждого вида свои особенности в этом. Например, фениксы остаются верны одному партнёру всю жизнь. Люди тоже к этому стремятся.
Сяо Лу, уже знающий о разнообразии жизни, мгновенно всё понял:
— Теперь ясно.
Сяо Бай понизил голос:
— Фениксы очень ценят репутацию. Если мы сейчас пойдём туда, папа сразу станет серьёзным и отстранённым. Поэтому не будем им мешать.
Сяо Лу, умный не по годам, мягко согласился:
— Да, сделаем вид, что ничего не знаем.
Два брата заключили негласное соглашение и продолжили лежать так, будто их сон никогда не закончится.
Наконец, Сяо Лу поднял руку, улыбнувшись:
— Я больше не женьшень!
Сяо Бай застыл в удивлении:
— А что с твоим телом женьшеня?
Сяо Лу с обидой вздохнул:
— Его молния разнесла. Такой был питательный корень... Надо было заранее нарезать на дольки и отдать папе с мамой.
Сяо Бай представил это и решил, что лучше уж молния.
Сяо Лу, кажется, освоил способность переселяться в другие объекты, и с серьёзным видом начал спрашивать у Сяо Бая:
— Братик, тебе какие растения нравятся? Я найду побольше и перемещусь в одно из них.
Сяо Бай молчал, слегка озадаченный. Драконы, как известно, хищники, и к растениям испытывают мало интереса. Он немного подумал и спросил:
— А есть что-нибудь блестящее?
Сяо Лу кивнул:
— Есть, они такие ярко-зелёные.
Представив себе светящегося ярко-зелёного Сяо Лу, Сяо Бай тут же отказался от этой идеи:
— Не надо. В своём облике ты выглядишь лучше. Найдёшь новое тело, а потом жалко будет расставаться.
Сяо Лу задумался и согласился:
— Да, это правда.
Но он всё ещё жалел свой утраченный корень женьшеня.
Сяо Бай попытался утешить его:
— Если тебе так нравится женьшень, мы потом найдём красивый и большой корень, поставим его на видное место. Если так, он не испортится, можно будет нарезать дольками.
Сяо Лу послушно кивнул.
Два малыша перебросились ещё парой фраз, а затем, не придумав, что ещё сказать, слезли с кровати и начали украдкой заглядывать в сторону главного дома на дереве.
Они уже какое-то время не ощущали странных вибраций сознания.
— Как думаешь, они закончили? — спросил Сяо Бай.
Сяо Лу подпер щёки ладошками:
— Не знаю.
Сяо Бай задумался:
— Может, пойдём проверим? Я хочу поесть горячий горшок.
Почти истратив всю свою энергию, он почувствовал сильный голод. Как только Сяо Лу услышал про еду, он тут же спрыгнул вниз и махнул рукой, подзывая брата следовать за ним.
Сяо Бай последовал за ним, легко приземлившись на землю.
— Думаешь, мама нас почувствует?
Сяо Лу кивнул.
И действительно, Мэн Сяони заметила их приближение.
Она открыла глаза, взмахом руки убрала хаос в комнате и рассеяла оставшиеся запахи.
Гуйфэн тоже открыл глаза, вопросительно посмотрев на неё:
— Мм?
Его низкий голос вызвал у Мэн Сяони лёгкое головокружение. Она быстро наклонилась, чтобы поцеловать его, и с улыбкой сказала:
— Дети уже идут.
Гуйфэн, слегка подумав, накинул одежду на себя и на Мэн Сяони. В следующую секунду в двери появились две маленькие головы.
Сяо Лу моргнул большими глазами:
— Братик хочет есть.
Сяо Бай, услышав своё имя, тут же замер, а затем добавил:
— Ну, ничего страшного, если не поем.
Гуйфэн, с совершенно невозмутимым выражением, сел на кровати:
— Ты уже взрослый дракон. Иди поймай пару куриц.
В его голосе чувствовалась едва скрытая угроза.
Сяо Бай нервно замер:
— …Поймаю, но готовить-то я не умею!
Мэн Сяони рассмеялась, выглянув из-за плеча Гуйфэна:
— Я сама всё приготовлю. А вы принесите ингредиенты.
Когда два малыша увидели её новый облик, они растерянно замерли.
Сяо Лу потрогал своё лицо и задумчиво спросил:
— Молния ещё и омолаживает?
Мэн Сяони с той же улыбкой ответила:
— Думаю, Гуйфэн прав. Вы уже взрослые, так что можете приготовить еду сами.
Сяо Лу и Сяо Бай только и смогли, что ошеломлённо вытаращиться на неё: «!!!»
http://tl.rulate.ru/book/54677/5490797
Готово:
