Сын бедняка рано учится взрослеть.
Даже драконы, оказавшиеся на грани полного уничтожения, вынуждены раньше времени становиться самостоятельными.
Гуйфэн, успокаивая Сяо Бая, мягко сказал:
— Я с тобой, не бойся.
Маленький белый дракон послушно кивнул, готовясь к тому, что ему предстоит встретить.
Слова утешения, произнесенные Гуйфэном, были далеки от пустой любезности. Когда-то он сам справился с тяжкими испытаниями, а Сяо Бай, будучи еще столь слабым, даже тогда мог создать лед, чтобы помочь. Теперь же, даже если Сяо Баю суждено пройти через страдания, присутствие Гуйфэна облегчит это не в малой степени.
Мэн Сяони протянула руку, слегка ущипнула маленького дракона за щечку и, усмехнувшись, сказала:
— Как только станешь сильнее, иди и подерись с Королем Янлуо. Пусть знает, как отправлять тебя играть в Мохэ.
Маленький белый дракон рассмеялся:
— Угу.
Сможет он победить или нет — другой вопрос, но попробовать стоит.
Цинь Линьцзюнь наблюдала со стороны, ничего не говоря. Она старалась не тревожить Сяо Бая и вновь подошла к нему, глядя прямо в его глаза.
Маленький белый дракон улыбнулся ей:
— Я готов.
Цинь Линьцзюнь кивнула, протянув руку и легко коснувшись пальцем его лба.
Как будто кончиком пальца коснулись гладкой водной поверхности, от центра лба дракона разошлись волны холода, одна за другой распространяясь и обволакивая все вокруг.
Косички Сяо Бая в этот момент распустились, а короткие волосы, подхваченные ледяным ветром, разлетелись в воздухе, открывая его гладкий лоб и нежную шею.
Хотя дракон обладал отвагой, он все же невольно закрыл глаза, пытаясь выдержать силу бушующего ветра.
Ветер становился сильнее, и все, кто находился рядом, ощутили мощный поток, от которого невозможно было укрыться. Мэн Сяони, опустив голову, крепко прижала к себе Сяо Лу, обнимая его руками.
Сяо Лу с напряженным выражением лица не моргнул ни разу, пристально следя за маленьким белым драконом, боясь пропустить что-либо важное.
Цинь Линьцзюнь подняла взгляд к небу, ее лицо приобрело необычную серьезность.
Она понимала, что Мэн Сяони не устраивает сцен, потому что знала: эта горечь принесет пользу каждому из присутствующих, включая самого Сяо Бая. Поэтому она не могла позволить себе разочаровать Мэн Сяони.
Она не имела права на ошибку. Все должно быть сделано тщательно и с величайшей осторожностью, чтобы защитить последнюю драконью жилу.
Призывать духовную энергию небес — это не просто слова.
Небо было хрупким, и Цинь Линьцзюнь предстояло открыть в нем крохотную брешь.
Она обратила взгляд к спокойному и неизменному небосводу, вытянула руку, сложила пальцы в меч и направила его к небу.
Над головой не было ни солнца, ни луны, лишь мириады звезд. И в этом прекрасном безмолвии, словно треснувшее зеркало, небо вдруг раскололось на несколько больших частей, обнажая в центре едва заметное отверстие.
Брови Цинь Линьцзюнь слегка нахмурились, а лицо побледнело.
Она удерживала бреши в небесах мечом из пальцев, другой рукой направляя воронку энергии, вырывающуюся из отверстия, к лбу маленького белого дракона.
Сила связала их, и то, что будет дальше, — сколько энергии он сможет получить, какой будет его реакция, — теперь зависело лишь от самого дракона.
Небо само себя исцелит.
Цинь Линьцзюнь, направив свое вмешательство, избегала лишнего внимания со стороны Небесного Закона. Как только трещины появились, они стали постепенно затягиваться с краев, восстанавливая прежнее состояние. Центральное отверстие, откуда виднелась воронка энергии, также медленно уменьшалось, почти исчезая.
Мэн Сяони подняла взгляд к небу.
Хотя расстояние меняет восприятие размеров, воронка, видимая невооруженным глазом, на деле была довольно велика. Энергия, бурлящая с устрашающей мощью, превратилась в тонкий поток, который мягко опустился к маленькому белому дракону.
Дракон не чувствовал сильного дискомфорта, разве что его лоб слегка наливался тяжестью, а по всему телу начинал разливаться ледяной холод.
Он открыл глаза, в которых светилась некоторая любопытная растерянность.
Привыкнув к новому состоянию, Сяо Бай осознал, что его недавняя смелость была, возможно, немного чрезмерной. Он ожидал, что все будет похоже на пережитое его отцом, Гуйфэном, когда тот буквально горел от перегрузки и был близок к обмороку.
Сяо Лу, заметив, что Сяо Бай открыл глаза и не выглядел страдающим, с облегчением вздохнул. Он придвинулся поближе и протянул свою маленькую пухлую руку, чтобы схватить лапку Сяо Бая.
Мэн Сяони, наблюдая эту сцену, сама придвинулась к Гуйфэну. Теперь вся семья, словно по неосознанному порыву, собралась вместе. Атмосфера постепенно наполнилась теплотой.
Цинь Линьцзюнь убрала руку, наблюдая за состоянием маленького белого дракона и прикидывая, сколько силы он сможет удержать и использовать.
Мгновения текли как часы, а для собравшихся эти мгновения казались вечностью.
— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил Сяо Лу, осторожно наклоняясь к дракону.
Но потоки ледяного воздуха были столь сильны, что он неожиданно заглотил их вместе с вдохом. От резкого перепада он замер на долю секунды, а затем, не сумев справиться, начал икать.
— Ик! — Сяо Лу поспешно прикрыл рот, но не смог удержаться от легкой дрожи.
Серьезная, почти торжественная обстановка тут же обернулась в комическую сцену, от которой даже маленький белый дракон не удержался и рассмеялся.
Его радостный смех передался всем: даже Мэн Сяони и Гуйфэн слегка расслабились.
— У драконов все же выдающееся здоровье, — заметил Гуйфэн, оценивающе глядя на Сяо Бая.
Через некоторое время Сяо Бай почувствовал, что его тело словно наполняется изнутри, и вместе с этим ощущением росла ледяная прохлада. Он слегка повернул голову и серьезно спросил:
— Мне нужно превратиться в дракона?
Мэн Сяони и Гуйфэн обменялись взглядами, обдумывая его слова, а затем дружно кивнули.
— В форме дракона будет проще, — заметила Мэн Сяони.
Получив разрешение, маленький белый дракон немедленно принял свой истинный облик. Его тело, с изящными крыльями и сверкающей белой чешуей, стало стремительно увеличиваться, нарушая привычные законы природы.
На лбу маленького белого дракона начали расти рога, изящно вытягиваясь вверх.
С чешуйками, которые постепенно покрывали его тело от головы до хвоста, он словно обретал новую, истинную сущность. Его четыре лапы удлинились, когти стали острыми, а ранее почти декоративные кожистые крылья обросли нежным пушком перьев, медленно расправляясь.
Дракон, полностью белоснежный, начал стремительно переходить из детской формы в юношескую, демонстрируя мощь и величие.
Гуйфэн, оставаясь в человеческом облике, уже не мог удерживать подросшего дракона в руках и был вынужден мягко подбросить его в воздух.
Глаза маленького белого дракона, насыщенного янтарно-оранжевого цвета, словно глубокие озера из янтаря, светились невинным изумлением. Взлетев, он вдруг, как будто проснувшись, ощутил наследственную силу своей природы и легко взмахнул крыльями, зависнув в воздухе.
Он научился летать с удивительной легкостью.
Все присутствующие устремили взгляд на маленького белого дракона.
Сяо Лу был так ошеломлен этим развитием событий, что, несмотря на продолжающуюся икоту, на миг забыл об этом.
Белый дракон был невероятно красив.
Прежде крохотные глаза, похожие на чистейшие капли янтаря, в увеличенном масштабе сияли детской невинностью и удивлением. Они были подобны драгоценным камням, в которых, словно в магическом танце, играли тонкие волнистые лучи света.
Рога дракона, резко увеличившиеся в размерах, были белоснежными и полупрозрачными, напоминая гладкий, необработанный нефрит.
Его длинное изящное тело, покрытое чешуей, настолько идеально гармонировало с формой, что казалось, оно создано, чтобы доставить эстетическое наслаждение. Гладкие, ровные чешуйки, больше напоминающие морские раковины, не вызывали страха своей плотностью, а, наоборот, поражали своей утонченной красотой.
Крылья, полностью белоснежные, выглядели так, словно их коснулся небесный свет. Они были настолько чисты, что напоминали видение ангела из сна.
Острые когти и зубы излучали пугающую красоту, воплощение эстетики силы.
Кто бы мог остаться равнодушным к такому созданию?
Вид этого дракона наполнял душу вопросом: как небеса могли решиться уничтожить такой великолепный род?
Маленький белый дракон то закрывал, то открывал глаза, постепенно осознавая свое новое состояние.
Преобразившийся дракон почувствовал леденящий холод, который начинал проникать в его тело. На его усах, перьях крыльев и всей поверхности тела начали формироваться мелкие ледяные кристаллы, похожие на искрящиеся звезды.
Гуйфэн, заметив это, инстинктивно махнул рукой, и вокруг в воздухе загорелись восемь плавающих огней, освещая дракона теплым, мягким светом.
Огни засияли еще ярче, наполняя воздух мягким теплом, которое окутывало маленького белого дракона, словно защищая его. Дракон счастливо выдохнул струю холодного воздуха, почти превратившуюся в лед. Когда ледяная дымка соприкоснулась с огнями, она тут же растаяла, превращаясь в капельки воды, что упали вниз.
Мэн Сяони, уклоняясь в сторону, бросила с усмешкой:
— Что это ты, от радости слюной брызжешь?
Маленький белый дракон резко поднял голову:
— …
— Это неправда! Не надо так меня порочить!
Губы Гуйфэна изогнулись в легкой улыбке, и он добавил еще восемь огненных фонарей, чтобы согреть белого дракона.
Тем временем небо восстановилось: ни трещин, ни отверстий больше не осталось. Маленький белый дракон впитал последнюю крупицу небесной энергии, завершая этот вынужденный этап роста. Однако этот финал был лишь началом — впереди его ожидало сложное слияние с новой силой и противостояние холоду, что будет настоящим испытанием.
Снег, который до этого осел на его теле, начал таять, и вода проникала в землю, превращая ее в мокрую грязь, неподходящую для стояния. Собравшиеся переместились на возвышенные камни, которые снег не мог затопить.
Маленький белый дракон парил в воздухе, погруженный в свои ощущения. Его тело будто наполнялось силой, но разум становился все более туманным — как у Гуйфэна в тот раз, когда он страдал от сильной лихорадки. Почувствовав, что рост завершен, он задумался и решил вернуться к человеческому облику.
В человеческой форме он начал опускаться вниз, приближаясь к своим спутникам.
Цинь Линьцзюнь первой отступила в сторону, не выдерживая тепла, исходящего от множества огней.
Мэн Сяони тоже не собиралась уходить, но Гуйфэн, заметив, как ее лицо краснеет, мягко приказал:
— Иди к Цинь Линьцзюнь.
Сяо Лу, оказавшись в ее руках, начал вырываться:
— Я могу остаться! Я не боюсь жары!
Он действительно побаивался огня, но незначительное тепло его не пугало.
Мэн Сяони, тяжело вздохнув, направилась к Цинь Линьцзюнь, бросив:
— Человеческое тело — такая слабость.
Цинь Линьцзюнь спокойно ответила:
— Все в порядке.
Тем временем маленький белый дракон, едва соображая, куда он идет, приблизился к Сяо Лу.
Теперь, в человеческом облике, он выглядел совершенно иначе. Его длинные волосы струились по плечам, а рост уже достиг груди Гуйфэна. Черты лица стали утонченными, напоминающими вырезанную из белого нефрита скульптуру, а в его глазах отражалась природная чистота дракона.
Сделав шаг вперед, он, не привыкший к своему новому размеру, споткнулся и упал прямо на Сяо Лу.
Сяо Лу широко раскрыл глаза, когда маленький белый дракон врезался в него, и почувствовал, насколько тот холоден. Но вместо того чтобы отстраниться, он дрожа обхватил Сяо Бая своими крошечными руками.
— Я не боюсь холода, — тихо сказал Сяо Лу.
Гуйфэн, понимая состояние дракона, знал, что сейчас вмешательство только усугубит ситуацию. Он мягко положил руку на голову Сяо Лу и, вздохнув, тихо произнес:
— Прости, но придется положиться на тебя.
Сяо Лу почувствовал, как тепло разлилось по его телу, превращая его в живой источник жара. Он прижался к маленькому белому дракону еще крепче и радостно сказал:
— Брат Бай справится, и я тоже.
Два ребенка, обнявшись, казались символом чистейшей и бескорыстной дружбы, которую могло видеть само Небо.
Мэн Сяони, глядя на них, тихо сказала Цинь Линьцзюнь:
— Жить — это так ценно.
Цинь Линьцзюнь, не отрывая взгляда от сцены, кивнула:
— Ты права.
http://tl.rulate.ru/book/54677/5268730
Готово:
