Готовый перевод I Am Loaded with Passive Skills / Я Загружен Пассивными Навыками [Завершено✅]: Глава 83. Восход

— Конец истории оказался для юноши полной неожиданностью. Каким бы глупым он ни был, кое-что до него все же дошло.

Старейшина Сан сделал паузу и вдруг произнес:

— Но он не был глуп. Напротив, он был невероятно умен — гений, какого еще не видел свет.

Сюй Сяошоу потерял дар речи.

«Какой бесстыдник!»

— В этот самый момент снова появился тот старый хрыч.

— Юноша потребовал от него ответа…

Старейшина Сан обернулся к Сюй Сяошоу:

— О чем он его спросил?

Сюй Сяошоу почесал в затылке и, глядя прямо на Старейшину Сана, ответил:

— Почему у тебя такие темные круги под глазами?

Старейшина Сан на мгновение замер, а в следующую секунду пришел в ярость.

Он со злостью щелкнул юношу по лбу:

— А ну-ка серьезнее!

«Я и так серьезен…» — Сюй Сяошоу проглотил эти слова. Шутки шутками, а жизнь дороже.

— Зачем было давать мне огненное семя таким способом?

— Это первый вопрос, — сказал Старейшина Сан, поднимая один палец.

— А старый хрыч ответил: «Потому что мне так нравится».

У Сюй Сяошоу дернулся глаз. Ему отчаянно захотелось подойти и врезать этому Проклятому старику, но он сдержался.

«Не одолеть его, нельзя нарываться!»

Старейшина Сан поднял второй палец.

Сюй Сяошоу уже понял, что старик таким замысловатым способом заставляет его задавать вопросы. Поэтому он перестал вживаться в роль юноши из рассказа и высказал то, что волновало его самого:

— А этот уродливый старый хрыч не подумал, что кому-то, может, и не нужна такая мучительная удача?

У Старейшины Сана дернулся уголок рта. «Нас тут всего двое, в кого ты целишься своими иносказательными оскорблениями?»

Он раздраженно бросил:

— А ну-ка, попридержи свои лишние прилагательные, когда говоришь с этим стариком!

— Старый хрыч сказал так: «Тем, кто довольствуется малым и прозябает в бездействии, место в бренном миру. В Священный Дворец попадают лишь честолюбивые».

— Твой вопрос, по сути, уже содержит ответ.

Сюй Сяошоу уже хотел возразить, но Старейшина Сан оборвал его на полуслове:

— Юноша подумал, что так оно и есть. Предложи ему кто-нибудь все повторить, он, вероятно, снова проглотил бы огненное семя, но одна мысль о той боли… Если бы не жажда мести, он вряд ли выдержал бы весь этот путь: сперва лишиться своего Врожденного тела, затем взрастить его заново и прорваться на уровень Мастера.

Старейшина Сан многозначительно посмотрел на Сюй Сяошоу, у которого в голове возникло лишь три вопросительных знака.

«Что это значит? Не дает мне и слова вставить, не позволяет задавать вопросы, да еще и силой навязывает мысли? Я подозреваю, что ты промываешь мне мозги, и у меня есть неопровержимые доказательства!»

«Хотя, надо признать, в последних словах этого Проклятого старика была доля истины… Хм? Нет, стоп! Меня едва не обработали!»

Сюй Сяошоу сверкнул глазами, всем своим видом выражая протест.

— Последний вопрос, — произнес Старейшина Сан, поднимая третий палец.

«Последний? К этому вопросу нужно подойти со всей серьезностью…»

Сюй Сяошоу на мгновение задумался и с нескрываемым любопытством во взгляде спросил:

— Тот Человек в маске… кто он на самом деле?

На лбу Старейшины Сана вздулась вена — он был на грани срыва.

«Да этот парень просто невыносим! Кажется, я ошибся с выбором».

— Серьезнее!

— Ох, — Сюй Сяошоу и впрямь посерьезнел. — Почему вы выбрали меня?

— Вот это уже вопрос, который задал бы нормальный человек, — удовлетворенно кивнул Старейшина Сан, потеребив редкие брови.

Лицо его сделалось очень серьезным.

— Я должен сказать тебе правду. Хоть и говорят, что Небесное пламя испепеляющего сияния уничтожило всего одно Врожденное тело… но число смертей, о которых умалчивают, исчисляется сотнями!

На лице Сюй Сяошоу отразилось: «Я так и думал». Этого Старейшина Сан не ожидал. Он продолжил:

— До тебя я испробовал его на десятках человек — все они были гениями не из нашего Духовного дворца. И все они, без сомнения, погибли. Сначала я и на тебя не возлагал особых надежд, просто решил попробовать. В худшем случае… всего лишь одна человеческая жизнь.

Он бросил взгляд на Сюй Сяошоу и увидел, что тот сохраняет поразительное спокойствие — притворяется или нет, было неясно.

Но Сюй Сяошоу не притворялся. Он давно привык к манере Старейшины Сана, и было бы куда удивительнее, если бы тот переживал из-за какой-то букашки, которую никогда не встречал. То, что этот Проклятый старик говорит все как есть, — уже неплохо.

— Вернемся к нашему рассказу, — сказал Старейшина Сан. — Юноша задал тот же вопрос, но ответ старого хрыча был на несколько фраз длиннее.

Он, казалось, подражал голосу из своих воспоминаний и начал говорить глубоким, низким тоном:

— Этот мир — клетка, и каждый ищет в нем свободу.

— Человек начинает свой путь никем. И пока он ничтожен, никто не замечает его света.

— Когда ты приложишь достаточно усилий, твой свет увидят другие, но в этот миг ты все еще не свободен.

— Ты лишь пешка, инструмент в чужих руках для погони за свободой. Твоя жизнь и смерть зависят не от тебя, а от того, кто тебя нашел.

— Вот это — ты сейчас, — сказал он, указывая на Сюй Сяошоу.

Сюй Сяошоу все понял. Старейшина Сан продолжил:

— Ты продолжаешь стараться, наконец избавляешься от роли пешки, получаешь право гнаться за свободой и сам взращиваешь своих пешек, чтобы взломать замок клетки.

— Ты выходишь из прежнего мира, видишь небо за пределами клетки и думаешь, что это и есть свобода. Но в следующий миг обнаруживаешь, что и этот мир — всего лишь клетка, только побольше.

Он указал на Гусиное Озеро. Его гладь, ровная как зеркало, отражала синеву небес и белые облака, но теперь в этом отражении появилось что-то зловещее.

— Ты по-прежнему в западне. Как выбраться?

Сюй Сяошоу присел, подхватил камушек и бросил в воду. Отраженное небо мгновенно раскололось на куски.

— Ну вот, я ее и сломал.

Старейшина Сан лишился дара речи.

«Сдержаться! Нужно во что бы то ни стало сдержаться!»

— Допустим. Ты выбрался, поднял голову и увидел настоящее небо… — Старейшина Сан силой задрал упрямую голову Сюй Сяошоу вверх. — И как ты сломаешь это небо?

— Даже если сломаешь, ты просто увидишь следующее небо над ним.

Сюй Сяошоу почувствовал, что его загнали в угол, и выпалил:

— Хватит строить матрешку!

Старейшина Сан опешил:

— Это еще что значит?

— А, ничего, — Сюй Сяошоу повернул голову обратно и недоуменно спросил:

— Так к чему был весь этот долгий разговор? Что вы пытаетесь донести?

Старейшина Сан сжал его голову ладонью и медленно произнес:

— Этот мир жесток. Когда покинешь Духовный дворец, сам все увидишь.

— Не каждый, кто тебя найдет, распорядится тобой правильно. Ты можешь стать одной из мертвых пешек, как те, на ком я ставил опыты до тебя.

— Поэтому, пока у тебя нет абсолютной силы, будь прилежной пешкой.

— По крайней мере, пусть тот, кто тебя нашел, думает, что ты всего лишь пешка!

Сюй Сяошоу застыл. Честно говоря, он понял эти слова, и в то же время — не понял. Он и раньше знал, что мир жесток, но что эта жестокость подобна бесконечной матрешке… с таким он еще не сталкивался.

— Не волнуйтесь, я сломаю все эти клетки, одну за другой, — серьезно пообещал он.

Старейшина Сан усмехнулся, и морщины на его лице собрались в подобие распустившегося цветка:

— В былые годы я говорил то же самое…

Сюй Сяошоу поднял голову:

— Так значит, тот юноша — это вы, а тот уродливый старый хрыч — ваш учитель?

Шлеп!

Снова подзатыльник.

— Какой еще уродливый старый хрыч?!

— Это был мой Великий наставник!

Сюй Сяошоу ничего не понял.

— В конце истории старый хрыч сказал: «Первый урок ученичества преподан. Готов ли ты стать моим учеником?»

Старейшина Сан стряхнул с себя воспоминания и повторил:

— Ты… готов ли стать моим учеником?

— А вы будете хорошо ко мне относиться? — тут же состроил жалкую мину Сюй Сяошоу.

«…»

«И в такой момент он продолжает паясничать!»

Но не успел Старейшина Сан разразиться гневной тирадой, как юноша пал перед ним на колени.

— Учитель, примите поклон от вашего ученика!

Возможно, до этого разговора в душе Сюй Сяошоу еще таилась обида, но, когда он узнал, что Небесное пламя испепеляющего сияния действует по принципу «не сломав старого, не построишь нового», от его мелких обид не осталось и следа. К тому же, если бы Старейшина Сан не вмешался сегодня ночью, его бы либо бросил на произвол судьбы Е Сяотянь, либо похитил Человек в маске. Старейшина Сан, конечно, был чудаком и пугал до мурашек, но его забота в момент спасения была неподдельной. Да и, в конце концов, Сюй Сяошоу не думал, что после всего сказанного у него остался хоть какой-то выбор.

Он долго ждал ответа. Наконец, подняв голову, он увидел, что под соломенной шляпой старое лицо сморщилось, а в глазах блеснули слезы.

Сюй Сяошоу замер, потрясенный.

В этот миг за спиной старика взошло солнце, и первые лучи окрасили восток в пурпур.

Слабый свет озарил их фигуры. Старик и юноша молчали.

В утренней заре просыпалось Гусиное Озеро. Ветер донес до них стрекот цикад и гогот гусей, пронесся над растрескавшейся землей и коснулся сломанных ветвей плакучей ивы.

На месте разрушений рождалась мечта.

(Конец главы)

http://tl.rulate.ru/book/52776/8735463