– Двое дажэней, откуда вы путь держите?
– Мы только что встретились с наследным принцем и готовимся вернуться в Имперский суд беспристрастного надзора, – с улыбкой сказал Пэй Цзи Хуай:
– Дело Цзюньчжу уже было рассмотрено чиновниками Имперского суда беспристрастного надзора, но убийца, стоящий за кулисами, сбежал из столицы, и его нельзя арестовать и посадить в тюрьму на короткое время.
– Это достойно людей из Имперского суда беспристрастного надзора. Люди с таким таинственным местонахождением, как у этого парня, всё равно не смогли скрыть свои следы от проницательных взглядов дажэней, – Хуа Лю Ли проговорила с улыбкой. – Мне жаль, что я доставляю беспокойство дажэням.
Будучи мужчиной среднего, даже близкого к пожилому, возраста, который уже облысел, услышав похвалу Хуа Лю Ли, Чжан Шо продемонстрировал несколько более яркую улыбку. Он взял на себя инициативу заговорить:
– Цзюньчжу слишком хвалит нас. Это наша ответственность перед Имперским судом беспристрастного надзора – не отпустить плохого человека и не позволить ему уйти. Если мы сделаем это, хорошие люди могут пострадать.
– Просто не отпускать плохого человека и не позволять обижать хорошего человека – это уже внушает благоговейный трепет, – Хуа Лю Ли слегка наклонила своё тело. – Это господин Чжан был слишком скромен.
– Ничего подобного, ничего подобного, – Чжан Шо чувствовал себя комфортно от свалившейся на голову похвалы. Попрощавшись с Хуа Лю Ли, он коснулся своей бороды и сказал Пэй Цзи Хуаю:
– Эта Фушоу Цзюньчжу такая живая, приветливая и умная. Неудивительно, что наследный принц относится к ней иначе, чем к другим девушкам.
Пэй Цзи Хуай сказал "да" с каменным лицом.
Естественно, всё по-другому: другие девушки не так сильно преувеличивают способности других.
* * *
После того, как наследный принц отложил полученное признание, он услышал, как дворцовый слуга доложил, что здесь был Фушоу Цзюньчжу. Он вышел из главного зала, чтобы поприветствовать девушку, и увидел Хуа Лю Ли, стоящую во дворе и смотрящую на дерево, на котором только что распустились почки. Молодой человек подошёл к ней и спросил:
– На что смотрит Цзюньчжу?
– Дочь чиновника гадает, что это за дерево, – Хуа Лю Ли задумчиво проговорила: – Другие деревья в Восточном дворце либо уже зацвели, либо остаются вечнозелёными в любое время года. Такие деревья действительно редкость.
– Цзюньчжу, этот вид дерева также встречается в префектуре Цинхань, – наследный принц не смог удержаться от смеха: – Это дерево хурмы, посаженное во дворе, которое является символом привлечения удачи и благополучия.
– Цзюньчжу, – прошептала Юань Вэй. – Во дворе, где Вы живёте, тоже есть дерево хурмы, но оно ещё очень маленькое и в этом году не принесёт плодов.
– Это оказалось дерево хурмы, – Хуа Лю Ли покачала головой, вздохнула и сказала наследному принцу: – Это дерево посажено снаружи, и дочь чиновника могла узнать его. Но когда она увидела подобное дерево в Восточном дворце, то оказалась совершенно неспособной признать знакомца.
В Восточном дворце было посажено много чудесных деревьев и драгоценных цветов, а во дворе росло голое дерево. Она подсознательно думала, что это какое-то редкое дерево.
– Это дерево было посажено, когда я был очень молод, – наследный принц поднял глаза на дерево хурмы. В то время он был ещё очень молод. Поскольку он был болен, то мог только прятаться в доме, завернувшись в плотную одежду.
Видя, что ему скучно, Му Фэй (1) попросила дворцовых людей принести несколько больших горшков и посадить вместе с ним деревья. Вскоре после того, как его пересадили во двор, все остальные деревья погибли, и выжило только это дерево хурмы.
Когда был перестроен Восточный дворец, он попросил кого-нибудь пересадить дерево хурмы.
Вероятно, потому, что он смутно помнил, что Му Фэй тогда коснулась его головы и последовала за ним к дереву хурмы, сказав, что желает ему всего наилучшего.
– Неудивительно, что оно такое сильное, – Хуа Лю Ли протянула руку, похлопала по стволу дерева и улыбнулась наследному принцу: – Ваше Высочество, в этом есть хороший смысл. Вы сможете делать всё хорошо всю оставшуюся жизнь.
Наследный принц пристально посмотрел на Хуа Лю Ли:
– Позаимствую добрые слова Цзюньчжу.
– Ваше Высочество, вы должны верить словам дочери чиновника, – Хуа Лю Ли торжественно сказала: – С детства дочери чиновника очень везло, и тем, кого благословляет дочь чиновника, также очень повезёт.
Видя, что наследный принц молча смотрит на неё, Хуа Лю Ли сказала:
– Ваше Высочество, просто доверьтесь дочери чиновника.
– Я верю тебе, – наследный принц тихо усмехнулся и отвёл взгляд от Хуа Лю Ли: – Можно попросить Цзюньчжу снять пробу с жареного мяса, приготовленного в Восточном дворце? Всё готово. Цзюньчжу позволь пригласить тебя присесть.
– Дочь чиновника просит прощения за наглое вторжение! – Хуа Лю Ли радостно последовала за наследным принцем на сиденье.
______________________
1. 母妃 (mǔfēi) – дословный перевод – мать-супруга. Дело в том, что для всех Императорских детей матерью является Императрица, даже если не она их родила. А к своим биологическим матерям они даже не имеют права обращаться "мама", только вот так – "Му Фэй".
Мне немного странно, что наследный принц кого-то называет Му Фэй. Если мне память не изменяет, он сын покойной Императрицы. Возможно, кто-то из наложниц всё же присматривал за ним, хотя он и воспитывался лично Императором, и эту женщину он называет Му Фэй. А может быть он так обращался к матери.
http://tl.rulate.ru/book/49413/3121592
Готово: