– Юная леди здесь, чтобы помолиться за членов вашей семьи?
– Мой старший брат был цзюйжэнем (1) в столице во время осеннего экзамена (2). Он обязательно пройдёт, – девушка сделала паузу, прежде чем продолжить: – Ходили слухи, что условия жизни в префектуре Цинхань тяжёлые. Мало кто становится учёным. Третий молодой мастер Хуа занимает там первое место. Можно предположить, что он тоже пройдёт и принесёт честь Вашей семье. Но учёба – это не то, что можно сделать за день. Прижиматься к стопам Будды, когда возникает опасность (3), – это просто самообман, – сладкая улыбка расплылась на лице юной леди Яо. – Лучше, если Цзюньчжу не будет слишком доверять этим суевериям.
– Юная леди Яо права. Однако я не обнимаю Будду за ноги. Я стискиваю ноги Вэньцюйсина. Что, если по какой-то случайности Вэньцюйсин увидит преданность семьи Хуа и захочет благословить и защитить моего старшего брата? – Хуа Лю Ли приподняла уголки рта, и на лице появилась лёгкая улыбка. – Если юная леди Яо не верит в такие вещи, тогда почему Вы здесь?
– Вы… – она так сердито посмотрела на Хуа Лю Ли, после чего резко развернулась и ушла.
– Послушник, юная леди Яо в плохом настроении. Я заплачу за её Свет Благословения, – сияя, сказала Хуа Лю Ли. – Чтобы благословить молодого господина Яо немедленным успехом на весеннем экзамене.
– Благородная юная леди действительно хороший человек.
Юная леди Яо была так разгневана, что её чуть не вырвало кровью. Она повернула голову и обнаружила, что Хуа Лю Ли всё ещё улыбается ей такой нежной, мягкой и добросердечной улыбкой.
Собеседник явно не сказал ничего неприятного, но в этот момент юная леди Яо почувствовала себя потерянной. И что именно неправильным было в этих словах, она всё ещё не знала.
– Все барышни в столице такие красивые. Даже когда они злятся, они красивы, – сказала Хуа Лю Ли, улыбаясь после того, как села в карету. – Маленькие подружки Цзюньчжу Цзя Минь действительно забавны.
– Цзюньчжу, не переусердствуйте. Нуби боится, что люди будут окружать Вас и ругать, если Вы будете продолжать в том же духе, – у Юань Вэй не было другого выбора, кроме как горько рассмеяться.
– Если они осмелятся отругать меня, я осмелюсь упасть в обморок, – Хуа Лю Ли лениво прислонилась к стенке кареты. – У меня очень хрупкое телосложение, и я не могу злиться.
От таких слов Юань Вэй потеряла дар речи.
Цзюньчжу, которая грозила стать кошмаром для столицы, окажется загадкой в будущем.
* * *
В день весеннего экзамена все четыре члена семьи Хуа проснулись рано.
Хуа Ин Тин помог Хуа Чан Куну надеть верхнюю одежду.
– Отец несколько раз дрался в ближнем бою на поле боя. Злые духи и несчастья не осмеливались приблизиться ко мне. Я помогу тебе надеть этот верхнее одеяние, чтобы эти вещи тоже не подходили к тебе слишком близко.
– Вот так, – Вэй Мин Юэ помогла ему завязать волосы. Она сказала: – Мать – самая впечатляющая женщина-генерал Великой Цзинь. Когда я буду расчёсывать твои волосы, Боги и Будда благословят тебя.
Хуа Чан Кун ничего не мог сказать.
Самовлюблённость его матери была слишком впечатляющей.
– Третий брат, не дави на себя, – сказала Хуа Лю Ли, передавая ему в руки сумку, полную экзаменационных принадлежностей. – Во всяком случае, в нашей семье два маркиза и Цзюньчжу. Даже если ты не сможешь занять хорошее место в рейтинге, мы всё равно можем хорошо о тебе позаботиться.
Если он не сможет получить хорошее место, ему придётся вернуться домой, чтобы жить за счёт своей семьи?!
На мгновение Хуа Чан Кун не был уверен, следует ли ему расслабиться или начать ещё больше нервничать.
Все четверо вышли из главного входа в поместье. После того, как Хуа Чан Кун сел в карету, Хуа Лю Ли вытащила из рукава небольшой флаг размером с ладонь и воткнула его в карету.
– Дочь, когда ты сделал небольшой флаг с символикой армии клана Хуа? – озадаченный, Хуа Ин Тин посмотрел на маленький флаг, который мягко покачивался на утреннем ветру. – Что толку втыкать сюда эту штуку?
– Это означает "одержать победу, подняв флаг (4)", – Хуа Лю Ли похлопала лошадь, запряжённую в экипаж. – Лошадка, а лошадка. Ты должна благословить моего третьего брата мгновенным успехом.
– Вот так. Наша дочь действительно умна.
Сидя в карете, Хуа Чан Кун не мог произнести ни слова.
В последний момент семья, которая обычно не курила благовония и не молилась, действительно делала это. Он чувствовал себя беспомощным и одновременно счастливым.
Независимо от того, кем был этот человек, они не могли вынести разрушения этого типа семейной привязанности, когда человек был готов отказаться от своих принципов ради своей семьи.
Вся семья сопроводила Хуа Чан Куна в место проведения экзамена. Затем Хуа Чан Кун посмотрел на членов своей семьи и сказал:
– Отец, мать и маленькая сестрёнка, я пойду.
– Мм, мм, – Хуа Лю Ли кивнула. – Несмотря ни на что, третий брат – лучший третий брат.
При звуке этих слов он рассмеялся и похлопал Хуа Лю Ли по макушке.
– Младшая сестрёнка – лучшая младшая сестра.
Он поклонился, сложив кулак и ладонь перед грудью, в сторону своей семьи, развернулся и направился к главной двери.
Охранники подтвердили, что у Хуа Чан Куна не было при себе никаких мошеннических материалов, позволяющих ему сжульничать на экзамене. После этого три члена семьи Хуа перестали улыбаться.
__________________________________________
1. Цзюйжэнь – кандидат, вторая из трёх учёных степеней в системе государственных экзаменов.
2. Осенний экзамен – имперский провинциальный экзамен, проводимый каждые три года.
3. Хватать Будду за ноги, когда возникает опасность – китайская идиома означает поспешное усилие в последнюю минуту.
4. Победа при поднятии флага – китайская идиома, означающая достижение успеха одним движением.
http://tl.rulate.ru/book/49413/2308079
ovecka (читатель/формирование ядра)
13 марта 2025 в 22:16
-1
Готово:
