Ливия предвидела этот миг, но никогда не думала, что доживет до него.
На мраморной террасе виллы Августи стояла почти идеальная тишина, нарушаемая лишь шорохом бумаги — Энрике Манада подписывал пятидесятистраничный договор. Виверна и Лео Харгрейвс сидели по его сторону стола, тогда как Вулкан и Дядя Нептун ассистировали Ливии. Лен Сабино тоже присутствовала на этом импровизированном совете, выглядя весьма изящно в летнем платье, а Луиджи любезно разносил кофе и коктейли. Эжен-Анри, этот донельзя избалованный кот, дремал у бассейна, беззаботно выставив брюхо.
Для Ливии образ нового председателя Dynamis слегка расплывался: десятки вероятностей накладывались на его реальный силуэт. Шесть призрачных рук повторяли каждое движение Энрике. Все они ставили разные подписи, но итог оставался неизменным.
— Готово, — произнес Энрике, закрывая документ, тогда как его альтернативные версии шевелили губами с секундным запозданием. — Настоящим я официально объявляю о создании Новой Европейской Республики.
Корпорация Dynamis прекратила свое существование, равно как и империя Августи. На их руинах взойдет новая структура — нечто более великое и совершенное, чем просто сумма ее частей.
— Соединенные Штаты Европы звучало бы лучше, — заметил Лео Харгрейвс.
Его присутствие все еще нервировало Ливию и ее дядю, но в будущем именно он станет их представителем в отношениях с новоиспеченными республиками Баварии и Дании на севере. И пускай провидица никогда не сможет по-настоящему простить убийцу своей матери, сегодня на повестке дня стояло примирение.
Лен кротко и смущенно улыбнулась.
— Нет, не звучало бы. То есть, может и ничего, но все-таки нет.
Ливия не видела ни единого будущего, где она бы поддержала такой вариант названия.
— Я уже связалась с французами, и они проявили интерес к союзу, — пояснила провидица. На деле это значило, что они неизбежно вольются в республику, хотя сначала вдоволь поворчат. Французы жаловались всегда, независимо от временной линии, в которой находились. — Полагаю, мы сможем объединить всю Западную Европу в течение следующих двух лет.
— Никогда не думал, что доживу до этого дня, — признался Дядя Нептун, настороженно поглядывая на Харгрейвса и Манаду. — И уж тем более не думал, что мы сядем за один стол без кровопролития.
— Все меняется, — ответил Энрике, сцепив пальцы в замок. — Однако мне любопытно, почему первый архитектор этой встречи так и не явился.
Ливия выпрямилась в кресле.
— Он уехал сегодня утром и не сказал мне куда.
— Я... я тоже не смогла его найти, — призналась Лен. — Думала, он с Фортуной и остальными, но оказалось, что нет.
Ливии не нужно было напоминать об этом. Фортуна и ее парень собирались сопровождать Алхимо в Данию, чтобы тот вылечил мать Матиаса от ее нейронного недуга. Провидица знала, что у него все получится, но ее лучшей подруге придется задержаться за границей на несколько месяцев.
Ливия уже скучала по Фортуне. Феликс и Нарциния тоже намеревались отправиться вслед за ней: первый расценивал это как подготовку к полноценному вступлению в Карнавал, а вторая надеялась выйти на след своих биологических родителей.
— До сих пор не могу поверить, что она решила назвать себя Удачливой девушкой, — хмыкнула Вулкан. — Это самое ленивое супергеройское имя из всех, что я слышала. Включая твое, Лаура.
— Тут ты права. — Ее бывшая напарница спокойно восприняла шпильку. — Имя Виверна принадлежало бренду Dynamis. Нам стоит придумать что-то другое.
Вулкан прищурилась, прихлебывая из бокала.
— Нам?
— Я надеялась, что мы снова сможем работать в дуэте, — Виверна неловко откашлялась под тяжелым взглядом Вулкан. — Или, по крайней мере, попробуем.
Вулкан лишь с кислой миной отпила свой напиток, не проронив ни слова.
Виверна неуютно заерзала на стуле, и Энрике спас ее от дальнейших расспросов.
— Я принял ваше предложение по реконструкции Ржавого города и согласен предоставить мисс Сабино полную автономию в этом вопросе, — сообщил он Ливии. — Члены Мета-банды, прошедшие лечение, присоединятся к программе, а ваше пожертвование покроет семьдесят процентов бюджета.
— Пусть эти деньги и были заработаны на наркотиках, теперь они послужат высшей цели, — кивнула Ливия. Наконец-то ресурсы, нажитые отцом преступным путем, пойдут во благо.
Жители Ржавого города станут лишь первыми в очереди. Ливия собиралась полностью профинансировать аналитический центр Гениев, чтобы помочь в возрождении Земли. Архитектор сможет возводить свои самодостаточные города, знания Доктора Тирано будут направлены на развитие системы здравоохранения, а Вулкан вооружит миротворческий корпус для нейтрализации полевых командиров Геномов, разоряющих пустоши.
Возможно, со временем они даже запустят в массы безопасные подделки Эликсиров от Мехрона и дадут каждому шанс обрести суперспособности. Но это могло подождать до тех пор, пока ситуация в Европе не стабилизируется окончательно.
— Почему я? — нахмурилась Лен, нервно перебирая пальцами. — Почему за главную оставили меня?
— Потому что вы жили среди местных и видели их трудности своими глазами, — проговорил Энрике. — Вы понимаете их нужды куда лучше меня, сидящего в своем кабинете на вершине башни [1]. Мы несем прямую ответственность за нынешнее состояние Ржавого города, и я не питаю иллюзий насчет того, насколько мы компетентны в решении его проблем.
— И ты более чем заслужила наше доверие, Лен, — добавила Ливия с лучезарной улыбкой — она знала, что это ободрит Гения. Пройдя вместе через столько испытаний, провидица уже почти считала подводную девочку своей золовкой. — Ты сделала для этого места и его сирот больше, чем кто-либо другой. Ты должна получить признание за свои труды.
— Я... — Лен сглотнула и благодарно кивнула. — Я докажу, что достойна этого доверия. Клянусь. Ради людей Ржавого города.
Остаток встречи прошел за утрясанием мелких деталей нового мироустройства, хотя Ливия почти перестала вслушиваться. Она уже предсказала развитие дискуссии, поэтому отвечала на автопилоте. Но она бы в любом случае предпочла эту скучную, пусть и конструктивную монотонность любым внезапным сюрпризам.
— Мисс Августи, один вопрос перед тем, как я уйду, — произнес Лео Харгрейвс. Ливия предвидела эти слова еще до того, как он открыл свой пылающий рот. — Как он?
Ливии не нужно было заглядывать в будущее. Пиромант имел в виду только одного человека.
— Мой отец... — она откашлялась. — Жив.
— Слишком мягко для него, — резко бросила Виверна. — Его следовало запереть в камере на дне океана, как и его подручных.
— Мой брат уже в тюрьме, — мрачно отозвался Дядя Нептун. — В такой, откуда он никогда не выберется.
Ливия бросила взгляд на окно второго этажа виллы.
Ее отец сидел в инвалидном кресле по ту сторону стекла и наблюдал за террасой. Вернее, его глаза были направлены в сад, а разум блуждал где-то очень далеко.
Иногда он просил прощения у Ливии, у ее матери, у всего мира. Но чаще всего просто молчал или тихо плакал. Да, его тело уцелело, но тот гордый и непреклонный военачальник, которого Ливия знала всю свою жизнь, пал во Франции. Остался лишь призрак, запертый в сломанной, несокрушимой оболочке.
Ее отец предпочел бы смерть такому жалкому, кататоническому существованию. И... она прекрасно знала, что он получит желаемое меньше, чем через два года. Ливия видела этот исход во множестве вариантов будущего. Янус Августи сокрушил армию могущественных врагов, но в конечном итоге так и не смог убежать от рака.
По ночам Ливии снилось, что отец отворачивается от криминала, ищет искупления и доживает свои дни в покое. Это были сладкие сны, и всякий раз, просыпаясь, она чувствовала лишь горькую пустоту.
Реальность оказалась далека от идеала, но этот финал ее устраивал. Райан сдержал свое слово и пощадил ее отца. Она не могла винить парня за то, что он исполнил ее просьбу столь изобретательным образом.
Ливия будет заботиться об отце столько, сколько ему отмерено, а затем оплачет его уход.
Но жалеть она его не станет.
— Я вас понял, — кивнул Харгрейвс. До него дошло, что отец Ливии уже платит за свои преступления сполна. — В таком случае, я тоже откланяюсь.
— Кажется, это первый случай в истории, когда Карнавал уезжает из города с большим количеством бойцов, чем приехал, — прокомментировал Энрике.
Живое Солнце кивнул.
— Буду считать это добрым знаком. Уверен, наши новобранцы не подкачают. Атомный кот отлично вольется в команду, да и у Панды сердце на месте.
— Мне все равно жаль, что Феликс от нас уходит, — вздохнула Виверна. — Он был отличным кадром.
— И то правда, — согласилась Ливия, хотя внутри нее тоже скрежетало сожаление. Хоть их роман и остался в прошлом, Феликс был для нее близким другом. Парень с таким упрямством очень пригодился бы в обустройстве Нового Рима, но Ливия понимала, что ее бывший найдет счастье только в дороге, в вечной войне со злом. Он был рожден странствующим рыцарем, а не государственным служащим.
Вскоре делегация Энрике отбыла, оставив Ливию наедине с Лен и ее телохранителями.
— Да пошла она, — процедила Вулкан, дождавшись, пока Виверна скроется из виду. — Меня тошнит от ее мании строить из себя святошу.
— Зато ты сама выберешь название, — напомнила Ливия.
— И ты пошла к черту, Нострадамус, — огрызнулась мастерица. — Я до сих пор не всадила в тебя пулю только потому, что ты сдала мне планы обожаемого Папочки.
— Ну, или потому что я отличный босс? — весело парировала Ливия, выделившая Вулкан немыслимый бюджет на любые научные изыскания.
— Не наглей. — Вулкан отставила пустой бокал. — Тебя саму все это устраивает?
— Мы только что стали единым правительством, — отозвался Дядя Нептун, пролистывая копию пакта. — Тебе выдадут любое профильное министерство.
— Потому что теперь мы все сплошная дружная семья, — улыбнулась Ливия.
— Тошнит от вас. — Вулкан сморщилась и повернулась к Лен: — Эй, Андердайвер.
— Э-э, да? — опешила коротышка.
— Загляни ко мне в мастерскую попозже. Есть одна безумная задумка, но мне понадобится толковый помощник на подхвате.
Ливия давала пятьдесят процентов вероятности, что Вулкан и Виверна снова соберут свой дуэт, и сорок — что они положат начало новой ветви супергероев. За всей этой показушной яростью, желчью и комплексом неполноценности Вулкан никогда не оставляла попыток сделать мир чуточку лучше. Ее гордость всегда будет лезть на первый план, но теперь, когда Виверна относится к ней с подобающим уважением, вспыльчивый Гений обязательно смягчится.
Да и свежий, неиспорченный идеализм Лен тоже окажет на нее нужный эффект. Она поймет, что ее талант оружейника годится не только для разрушения.
Людям просто необходимо держаться вместе, чтобы вытягивать друг друга из тьмы.
— Мы правда это сделали, — выдохнул Дядя Нептун и устало откинулся в кресле. Хоть внешне он и был копией отца Ливии, их лица излучали совершенно разные эмоции. Дядя был мягким, рассудительным — эдакий добрый дедушка, в то время как отец всю жизнь отыгрывал мрачного и пугающего тирана. — Я молился об этом пакте столько лет, но все равно каждую секунду жду, что сделка вылетит в трубу.
— Этого не случится, — заверила Ливия.
— Я вечно твердил Янусу, что нам нужно идти в легальный бизнес, даже во времена, когда мы были простой уличной мафией, — покачал головой дядя. — В нашем ремесле дорога всегда ведет либо в гроб, либо на нары. И неважно, сколько у тебя власти. Итог один. Теперь мой брат сломлен, а сестра в заточении. Такое чувство, что мои мечты и худшие кошмары исполнились в один день.
Ливия знала — ее дядю нечеловечески подмывало запустить протоколы подводной тюрьмы, поднять комплекс Лен со дна океана и освободить сестру. В некоторых петлях он почти дошел до точки невозврата.
Но в реальности он так этого и не сделал.
— Тетя Плутон отказывается с нами говорить, — с горечью произнесла Ливия. — С того самого дня, как мы отказались вытаскивать ее из-за решетки.
— Не могу ее винить, — вздохнул Нептун. — Но тюрьма лучше смерти. Думаешь, она когда-нибудь одумается?
— Возможно, — призналась Ливия, хотя те варианты будущего, в которых это происходило, были крайне призрачными. Глубоко внутри ее тете просто нравилось убивать. Потребуются десятилетия рефлексии, чтобы она хотя бы начала задумываться об изменениях. — Но не раньше, чем через много-много лет.
Нептун тяжело вздохнул.
— Как же все это горько.
— Почему ты согласился на эти реформы? — спросила Ливия. Она и так знала ответы наперед, но хотела услышать их напрямую. — Ты ведь ни в чем не соглашался с отцом, но всегда шел у него на поводу.
— Потому что я любил его. Думал, что смогу тормозить его самые дикие заскоки, — пожал плечами Дядя Нептун. — Семья, в которой забота о близких стоит на первом месте, всегда победит семью, где потакают паранойе отдельного лидера. Я люблю Януса и сестру свою тоже... но будущее семьи именно за тобой, Ливия. Путь, который ты проложила, — единственный способ обеспечить тебе долгую и нормальную жизнь. Янус был слеп, но я все вижу. Задача стариков — сделать так, чтобы молодняк жил лучше нас, а не повторял наши ошибки.
Ливия тепло улыбнулась и склонила голову.
— Спасибо, дядя. За твою поддержку в эти паршивые дни.
— Янус пал две с половиной недели назад, а по ощущениям минула пара лет, — усмехнулся старик. — Работы у нас впереди непочатый край. Старые враги не дремлют, новые дороги сами себя не построят. Но ты всегда можешь рассчитывать на меня.
Ливия чмокнула его в щеку, в ответ получив ласковую улыбку.
Перед тем как уйти в мастерскую с Вулканом, Лен неуверенно окликнула провидицу:
— Ливия...
— Ты переживаешь за Райана, — угадала та.
— Я не могу его найти, а телефон отключен. Мне... мне не по себе.
— Все хорошо, не накручивай, — успокоила ее Ливия. Ее эксцентричный рыцарь обычно проводил ночи в ее объятиях, но с первыми лучами солнца вечно сбегал по каким-то срочным делам. Выполнять «побочные квесты», как он сам это называл.
Но конкретно сейчас интуиция подсказывала Ливии абсолютно точные координаты.
— Кажется, я знаю, где его искать.
* * *
Близился вечер 31 мая. Солнце лениво садилось за горизонт Нового Рима.
Райан сидел на самом краю обрыва, свесив ноги в пустоту, и задумчиво провожал взглядом закат. Позади него преданно урчал Плимут Фьюри, украшенный шляпой и знаменитой маской на капоте. Ветер мягко трепал кашемировый костюм курьера и ласкал его открытое лицо, пока Райан осматривал городские районы один за другим.
Хоть город и изменился до неузнаваемости, на первый взгляд он оставался все тем же. Завораживающее море неона, монолитные небоскребы — грандиозное обещание светлого будущего для человечества. Райан провел на этом утесе весь день, любуясь панорамой и слушая по Хронорадио, как люди внизу проживают свои жизни.
Впервые за очень, очень долгое время он остановил бег. Сделал паузу, чтобы насладиться моментом в тишине. Обмозговать, что делать дальше.
Позади зашуршал гравий — подъехала машина. Райан оглянулся через плечо. Из салона Мерседеса грациозно вышла Ливия, облаченная в то же самое красное платье, в котором была на их первом свидании. Последние лучи солнца играли в ее платиновых волосах, освещая теплую улыбку.
— И как ты узнала, что я буду здесь? — с лукавой усмешкой спросил Райан. — Разве вы можете меня видеть, мисс Августи?
— Тебя я не вижу, мистер Романо, — в тон ему отозвалась она. — Но ход твоих мыслей я знаю наизусть.
— Когда я впервые въехал в Новый Рим — целую вечность петель назад — я остановился именно на этом утесе, — объяснил Райан, когда она подошла вплотную. — Здешние трепались, что отсюда лучший вид на город.
— Тебе наврали, — отрезала Ливия. — Самый лучший вид — из нашего дома.
«Нашего дома», — подумал Райан. Два до нелепого простых слова. Но они значили так много.
— Я думал, что вернусь на эту точку сразу после того, как закончу свой Идеальный забег, — признался парень. — Представлял себе, как окидываю город прощальным взглядом, прыгаю за руль и уезжаю в закат. Навстречу новым безумным приключениям. Желательно, с Лен на пассажирском сиденье.
Она нервно сцепила пальцы.
— И ты уедешь?
— Нет, — произнес Райан, даруя ей колоссальное облегчение. — Дорога всегда была моим единственным домом, потому что другой жизни я просто не знал... но я никогда по-настоящему этого не хотел.
— Ты приехал сюда ради Лен. Ради друга.
— Раньше мне казалось, что я был бы на седьмом небе от счастья, появись у меня хотя бы один друг, способный вспомнить меня после сброса времени. Я провел столетия в комедийном турне одного актера, перекрывая зияющую пустоту дешевыми развлечениями. Пытался заглушить одиночество. А теперь...
— Теперь ты не один, — Ливия опустилась на колени рядом с ним. — И больше никогда не будешь один.
— Да. И пусть вселенная невероятно огромна и полна всяких штук... больше всего на свете я хочу проводить время с теми, кого люблю. Теперь до меня дошло. — Райан тихо хмыкнул. — Наверное, я наконец-то достаточно стар, чтобы остепениться.
Она хихикнула, словно влюбленная школьница:
— Ты говоришь прямо как мой дядя, Райан.
— Юная леди, вообще-то я старше тебя на восемьсот шестьдесят лет. Я настоящий похититель колыбелей [2].
— Значит, дедушка Романо позволит мне сесть к нему на коленки? — кокетливо выгнула бровь Ливия.
— Залезай, Папа-Бобёр [3] расскажет тебе сказочку.
Ливия перебралась к Райану на колени, и он крепко обнял ее за талию.
— А ты слегка потяжелела.
Она очаровательно надула губки:
— Называешь меня толстой?
— Забей, ты просто была слишком тощей в самом начале, — Райан мягко поцеловал ее в шею. — Но обжираться все-таки завязывай.
— Завяжу, — пообещала девушка, прижавшись щекой к его плечу. — Вся эта нервотрепка закончилась, конституцию мы продавили. Теперь все пойдет по накатанной и вернется к новому, спокойному статус-кво.
— И насколько спокойному?
Глобальный мир, конечно, радовал Райана, но от небольшой порции экшена в будущем он бы не отказался.
— Настолько спокойному, насколько вообще способна республика Геномов... По крайней мере, ближайшие пару лет. — Она пожала плечами. — Что будет потом? Загадка. Да, на горизонте маячат неприятные угрозы, но реализуются эти дальние вероятности или нет — мы в любом случае встретим их не одни.
— Кстати об этом. Давай-ка обсудим пункт «мы».
Райан заглянул своей девушке прямо в глаза. Он долго прикидывал одну мыслишку у себя в голове и решил, что тянуть резину больше нет смысла.
— Ливия?
— Да, Райан? — с еле заметной тревогой отозвалась она.
— Ты выйдешь за меня?
Ливия хихикнула, а ее лицо вспыхнуло красным, как коммунистический флаг.
— Райан, ты мне уже делал предложение.
— Ага, но теперь я серьезно.
«Я хочу делить остаток дней именно с ней», — эта истина отпечаталась у него на подкорке.
— Я... давай остановимся на помолвке. Годика на два, идет? — робко улыбнулась она, возвращая себе привычную аристократичную бледность. — Я люблю тебя, Райан, правда. Но, по-моему, мы перепрыгиваем сразу через десяток стадий. Мы почти не жили вместе, ради всего святого!
Что ж, Райан рассудил, что отсрочка даст ему фору для подготовки самого феноменального медового месяца в истории.
— А если мы продержимся дольше этих двух лет? Потому что мы продержимся, и мы оба это знаем.
Лицо Ливии засияло ярче солнца.
— Тогда я с огромным удовольствием стану миссис Романо.
Именно этот ответ он и надеялся выбить. Парень чмокнул ее в щеку, заставив смутиться по второму кругу.
— А сугубо гипотетически... как ты относишься к детям? — вбросил Райан. — После свадьбы, само собой.
— Я думала, ты панически боишься, что ребенок унаследует твои таланты?
— Боялся. Но я потрещал со своим Эликсиром, и он поклялся, что этого не произойдет. Хотя наши потомки, скорее всего, получатся еще более имбовыми, чем твой батяня.
— Ммм... — Ливия задумалась. — Да, пожалуй, однажды я бы хотела стать матерью.
— Но если они пойдут генетикой в меня, ты их даже не увидишь. Или они вообще скроют себя от твоего дара предвидения?
— Неважно, смогу ли я читать их будущее или нет. Я буду любить их абсолютно так же. — Ливия устремила взгляд на заходящее солнце. — Правда, у меня ни единой мысли, как их назвать. Может, Ирис, если родится девочка?
В этот момент на Райана снизошло поистине божественное озарение.
— А если мальчик, то как насчет Эжена...
— Мы не станем называть нашего гипотетического сына в честь твоего избалованного кота, Райан Романо! — Ливия прыснула от смеха. — Какой же ты все-таки галантный дурак.
— За это ты меня и любишь.
— Да, люблю, — едва слышно прошептала она, закрывая глаза и подавшись навстречу. — Я люблю тебя, Райан.
Как только их губы соприкоснулись в робком, трепетном поцелуе, курьер заморозил время и отсчитал до десяти. Он хотел запечатлеть это мгновение в вечности по-своему.
Мир покрылся фиолетовыми тонами, а в небесах над Новым Римом разверзлась тень невообразимой пирамиды. Пурпурный фантом человека, бегущего прямиком в будущее, мерцанием пронесся в воздухе и вошел в тело Райана, навеки склеивая прошлое и настоящее в единый монолит новой истории.
Последний осадок Черных частиц в недрах Фиолетового Генома растворился без следа, позволяя провести сохранение без угрозы разрыва пространственно-временного континуума. Частицы покинули его плоть, возносясь к самым небесам... И в эту секунду разум курьера затопило видениями. Немые картинки, сочные, словно осознанный сон, вырванные фрагменты самой материи времени. Они мелькали в калейдоскопическом темпе, показывая судьбы тех, чьи пути пересеклись с курьером.
Он с нескрываемым восхищением наблюдал, как Лен лично руководит проектом по очистке атмосферы Ржавого города. Исцелившиеся бывшие члены Мета-банды активно разгребали завалы на улицах, щеголяя жилетами с надписью «общественные работы». Джером искренне кайфовал от этой рутинной пахоты, в то время как Хелен, Владимир и Бьянка просто приняли свою участь как временную плату за грехи прошлого. Разношерстный сброд вроде Москита, Рептилии и гремлины Ракшасы без особого энтузиазма строили новые жилища для людей, однако их мнения никто и не спрашивал. Сироты Ржавого города беззаботно возились с Генриеттой в новеньком зеленом парке, отстроенном прямо на дне кратера Свалки.
В груди Райана разлилось глубокое удовлетворение при виде Олимпийцев и им подобных, медленно гниющих в изоляции подводной тюрьмы. Венера металась в приступе неконтролируемой ярости по камере, которую делила с мужем, в то время как Марс молча буравил океанское стекло глазами, полными бессильного смирения. Плутон с недовольной миной штудировала какую-то книгу, а Мортимер, Ночной Кошмар, Воробей и Отмена резались в настолку в общей зоне. Одинокий Гектор Манада без устали строчил макулатуру, умоляя сына оспорить решения суда. Эти письма навсегда останутся пылиться нераспечатанными.
Он увидел Энрике Манаду, занятого созданием новейшего отряда супергероев, работающих на благо общества, а не корпораций. Виверна отдала ему честь с широкой улыбкой, а Гардероб торжественно вручал Джейми, Ланке и Ки Чон их ослепительную униформу. Рядом выстроились бойцы, принесшие присягу верности новорожденной Республике и ее жителям, а не всемогущему доллару. Вулкан возвышалась над всеми ними, закованная в алый силовой доспех, достойный ожившей легенды.
Он увидел Альфонса Манаду, дрейфующего среди ледяной пустоты космоса в полном одиночестве. Он неотрывно смотрел на Землю, а в его глазах стояло тяжелейшее сожаление. Кто знает, может, когда-нибудь он вернется обратно уже совершенно другим человеком. А еще видение краешком выхватило космический саркофаг Гуля и истошно вопящего бессмертного заключенного внутри.
Курьер радостно вскинул кулак, когда увидел, как Феликс, Фортуна и Покров сражаются с обезумевшим Геномом-военачальником в идеальной командной связке... В настоящей семье. Солнышко со своим Карнавалом зачищали мобов на фоне, но круче всех отжигал, конечно же, Панда. На фоне поверженного врага Мистер Волна дружески похлопал медведя по спине и протянул ему шикарный монохромный смокинг из чистого кашемира.
Он подглядел, как Алхимо возится с душевнобольными бедолагами в датской клинке, а Кукла в форме медсестры помогает ему на обходах. Блондинка — Райан сразу узнал в ней матушку Матиаса — живо беседовала с Тости [4], а сумасшедший священник наконец получал достойное лечение. Наступит день, и Отец Торке вернет себе рассудок... а может, даже отыщет путь к искуплению.
Он возликовал при виде Саймона, Мартины и других выживших в Монако, с гордостью водружающих триколор Франции на ржавеющий каркас Эйфелевой башни. Далеко оттуда непробиваемый стеклянный купол навсегда изолировал проклятый город от внешнего мира, превратив его в гигантский гнилой сувенир, неспособный убить ни одного туриста.
Он увидел, как Нарциния выращивает чудесный сад в гигантской оранжерее, которая однажды спасет от голода половину Европы. Видение резко взяло масштаб выше, демонстрируя сияющий, утопический мегаполис на останках Сараево, лично спроектированный самой Архитектором. Огромные человекоподобные динозавры уверенно таскали стальные балки.
Зрение Райана выхватило странного кролика на фоне пурпурного мира, и сгусток вязкой тьмы [5], плавающий в космической пустоте. Оба загадочных существа застыли по ту сторону занавеса времени, ожидая курьера на самом краю вечности.
[ЭТО БУДУЩЕЕ, ЗА КОТОРОЕ ТЫ СРАЖАЛСЯ], — голос Абсолюта прокатился громом сквозь саму ткань пространства, и божество растаяло без следа. [ОНО МОЖЕТ СБЫТЬСЯ, А МОЖЕТ И НЕТ. ВСЕ ЗАВИСИТ ЛИШЬ ОТ ТЕБЯ].
Возможно, высшая сущность хотела, чтобы эти картины послужили для курьера предупреждением, не позволяющим расслабить булки. Или это был стимул двигаться дальше. Но как бы там ни было, Райану чертовски зашло то, что он сейчас увидел.
Сохранение прошло успешно. Поток времени мгновенно перезапустил свой ход, но поцелуй не прервался. Губы Ливии были со вкусом клубники, любви и страсти.
Вкус настоящего дома.
И, как и все прекрасное в этой реальности, этот поцелуй закончился катастрофически быстро. Парочка робко переглянулась, а затем завороженно наблюдала, как огненный диск солнца растворяется за горизонтом.
Райан Романо прошел свой Идеальный забег.
И теперь он, наконец-то, был счастлив.
---
КОНЕЦ
---
СПАСИБО ЗА ПРОХОЖДЕНИЕ ИДЕАЛЬНОГО ЗАБЕГА!
[ТИТРЫ]
Автор, геймдизайнер и левел-дизайнер — Максим Ж. Дюран, он же Void Herald.
Бета-тестер и корректор — Дэниель Зогби.
Художник обложки — Виталий С. Алексиус.
---
ПОСЛЕСЛОВИЕ
И вот все закончилось.
Прежде всего, я хотел бы выразить особую благодарность моему давнему редактору и корректору Дэниелю Зогби, чьи бесценные отзывы очень помогли превратить «Идеальный забег» в тот роман, которым он стал сегодня.
Насколько я помню, у меня всегда были своеобразные отношения со временем. Одной из моих первых идей для истории был человек, способный видеть, сколько «часов» осталось людям до смерти. Я всегда задавался вопросом: что бы произошло, если бы я мог прожить свою жизнь заново, принять другие решения и так далее... Думаю, каждый из нас в той или иной степени задумывался об этом.
Я также размышлял о том, каково это — проживать одну и ту же жизнь снова и снова. В какого человека превратится тот, кто заперт в вечном возвращении? Сойдет ли он с ума или достигнет некоего просветления и состояния смиренного принятия, как считал Ницше? Существует ли сила выше нас, которая предопределяет наши действия, некий космический порядок за случайностью существования?
В итоге я написал «Идеальный забег» отчасти для того, чтобы исследовать эти вопросы в развлекательной форме... а также потому, что я огромный фанат историй с временными петлями, но не мог найти ни одной в супергеройской вселенной. Мне всегда казалось это странным: супергерои популярны, временные петли тоже, так почему их никто не объединил?
Так... что было запланировано, а что нет? Финал у меня был в голове всегда. Я знал, что «Идеальный забег» закончится дуэлью Райана с Августом и беседой с Абсолютом о природе времени. Дело Кровотока, многолетний роман с Ливией, природа Эликсиров и Алхимика, Мрачняк — все это было задумано с самого начала.
Другие вещи появились органично, как, например, первоначальный роман Жасмин и Райана или весь «Забег Мета-банды» (пожалуй, этот забег был для меня самым веселым в написании). Я намеревался дать Ланке и Джейми более значимую роль, но в итоге Панда, Гардероб и Феликс привлекли больше внимания из-за их химии с Райаном. Я считаю, что сюжет всегда должен отходить на второй план, уступая место органическому взаимодействию персонажей, потому что в конечном счете именно люди делают историю живой.
Я знаю, что многие из вас хотели возвращения Жасмин, но... что ж, ее исчезновение ощущается наиболее остро именно потому, что его невозможно отменить. Я хотел, чтобы читатели поняли, что чувствует Райан: обладая силой отматывать само время, все равно терять людей, к которым привязался, из-за обстоятельств, неподвластных его контролю. Быть всего в одном мгновении от того, чтобы начать все сначала.
Некоторые полагали, что история закончится окончательной смертью Райана, но «Идеальный забег» никогда не был историей о бессмертном человеке, ищущем конца своей вечной жизни. Это была история о геймере, достигающем своей идеальной концовки; о бессмертном, находящем смысл и счастье. Неслучайно по ходу сюжета Райан становится менее одержимым, а его петли длятся дольше. Он начинает с того, что его не волнует ничего, кроме развлечений, притупляя эмоциональную боль адреналином, и постепенно заново открывает в себе человечность. К концу он находит то, за что стоит бороться, и он больше не одинок. Он нашел семью в лице Лен, новую любовь в Ливии и друзей среди людей, которых встретил в Новом Риме.
Райан нашел смысл жизни.
В этом всегда заключался смысл финала: жизнь прекрасна и за нее стоит бороться. Люди могут поддерживать друг друга, чтобы достичь более светлого будущего.
Значит ли это, что вселенная «Идеального забега» окончена? Что ж, скорее всего, нет. На самом деле я давно влюблен в идею спин-оффа по «Листу и Семя» (по сути, смесь «Метроид» [7] и вестерна, где крутая женщина-Гений странствует по руинам Америки после войны Геномов со своим отважным напарником без способностей), и я обязательно вынесу эту концепцию на голосование в будущих историях на Patreon. Но это подождет до завершения либо «Кайроса», либо моей новой истории «Подземье» [6]; и, конечно, это будет лишь один из вариантов выбора истории. Посмотрим.
Что касается Райана? Что ж, как и в случае с Ванкьёром или Уолтером Таем [6], его история завершена. Он достиг лучшего из возможных финалов, увязал все концы и победил своего сильнейшего врага. Если он и появится в спин-оффе, то только в качестве второстепенного персонажа. Я рассказал историю, которую хотел рассказать, и пришло время позволить Райану Романо насладиться отдыхом.
Потому что он ОБЯЗАТЕЛЬНО женится на Ливии, они ОБЯЗАТЕЛЬНО заведут семью и будут жить долго и счастливо.
Итак, что дальше в плане проектов? Моя новая история «Подземье» уже доступна на Royal Road, хотя она будет сильно отличаться от моих предыдущих работ: это более короткая история в жанре лавкрафтовского хоррора и темного фэнтези с почти полным отсутствием комедийных элементов. Я обязательно опубликую здесь ссылку, как только она выйдет, для всех заинтересованных. Надеюсь, вам понравится эта новая сказка.
Итак... спасибо всем. Спасибо, что следили за «Идеальным забегом» до самого конца. Надеюсь, он принес вам много радости, смеха и помог расширить кругозор. Желаю вам отличного дня, и до встречи в «Подземье».
С наилучшими пожеланиями,
Ваш друг Войди.
---
Отсылки в тексте:
[1] Башня из слоновой кости — устойчивая литературная метафора (от фр. «tour d'ivoire»), означающая оторванность от реальной жизни и уход в мир возвышенных размышлений подальше от мирских забот.
[2] Похититель колыбелей — прямой и точный перевод популярной английской идиомы «cradle robber», которая применяется к человеку, чья романтическая пара существенно младше него самого по возрасту.
[3] Папа-Бобёр — персонаж французского мультсериала «Истории папы Бобра» (Père Castor), в котором мудрый бобер рассказывает познавательные сказки и истории детям.
[4] Тости (говорящий тостер) — вероятнее всего ироничная отсылка на культовое дополнение Old World Blues для игры Fallout: New Vegas, где игроку встречался Тостер, наделенный маниакальным искусственным интеллектом.
[5] Странный кролик и сгусток тьмы — мета-отсылка от самого автора произведения. Сгусток тьмы (Voidy) является аватаром-талисманом писателя Максима Ж. Дюрана (Void Herald), в то же время кролик (зачастую с часами) олицетворяет тематику временных петель и его прошлые работы.
[6] Ванкьёр, Уолтер Тай, «Кайрос», «Подземье» — отсылки писателя (Void Herald) на собственные популярные вебноввеллы: Vainqueur the Dragon, Kairos и Underland.
[7] Метроид — культовая научно-фантастическая франшиза видеоигр от Nintendo (Metroid), давшая миру не только знаменитую героиню Самус Аран, но и целый популярный жанр игр («метроидвания»).
http://tl.rulate.ru/book/47272/25349696
Готово:
