В гостиной герцогского поместья Дома Левиаус, расположенного в центре Бирна, столицы империи Сарте.
Рука дворецкого, разливающего чай, была такой же сдержанной, как и атмосфера заведения.
Над медленно поднимающейся поверхностью чая по всей комнате разлетелись отблески хрустальной люстры.
Действительно, это соответствовало чести принадлежности к величайшему дому в империи Сарте. Разве это не был Дом Левиаус, предположительно даже более влиятельный, чем сам императорский дом.
Хотя это были всего лишь слухи, основанные на словах назойливых людей, никто не мог отрицать эту правду.
На самом деле, если проследить его происхождение от основания империи, то можно прийти к выводу, что Дом Левиаус - самый выдающийся дом, как по названию, так и в реальности.
От власти и богатства, накопленных поколениями, до прославленного благородного характера его членов, невозможно в полной мере выразить, насколько сильным влиянием герцогский дом обладает в империи.
Но чем он знаменит больше всего, так это…
“Стой”.
А именно этот человек, Карзе Левиаус.
По руке, которая широким движением остановила дворецкого, чувствовалась его дисциплина.
Ярко-красные глаза, сияющие сквозь его удивительно темные иссиня-черные волосы, и слегка бледная кожа подчеркивали внешность аристократа самого высокого ранга, к которому было нелегко подобраться.
Выглядящий резным нос и острая линия подбородка также заставляли задуматься, действительно ли они были созданы человеком.
Божественный шедевр, благодаря которому легенда о том, что благословение богини Сарте впервые достигло Дома Левиаус, не кажется таким уж преувеличением.
Даже черное гусиное перо, которым он подписывал пергаментную бумагу, казалось величественным в его руке.
“Здесь”.
“... Да, мой господин”.
Дворецкий взял пергаментную бумагу, переданную герцогом, и слегка пробежал по ней глазами.
Нет необходимости упоминать его элегантный почерк, хотя он и получился немного жестковатым, принимая во внимание характер этого документа.
Подавив вздох сожаления, который по какой-то причине вырвался у него, он быстро подошел к краю противоположного стола.
“Почему бы вам тоже не прочитать это, миледи?”
Опустив документ, дворецкий взглянул на женщину с каштановыми волосами, сидящую в своем кресле.
Ее изумрудные глаза, которые были прикованы к документу, моргнули, как будто она была удивлена, в то время как ее розовые щеки раскраснелись до жалкой степени.
‘Конечно, она чувствовала бы то же самое’.
Старый дворецкий с жалостью опустил глаза.
Разве она не была на том этапе жизни, когда у людей было много мечтаний?
Содержание было не тем, что леди примерно этого возраста, которой всего двадцать, могла бы легко принять.
Не говоря уже о том, что она постоянно ловит на себе взгляды дворецкого с противоположной стороны, что может быть для нее чересчур.
“Мисс, вот оно”.
“О ... спасибо”.
Предположительно, дворецкий был не единственным, кто пожалел ее, когда стоявший рядом слуга протянул ей носовой платок.
Рука, коснувшаяся бледной, почти полупрозрачной кожи, была нежной.
Обмен нежными взглядами. На лицах двух женщин была большая степень близости, чем можно было бы ожидать между типичной парой слуги и леди.
‘Должно быть, у нее более теплый характер, чем я ожидал’.
Губы дворецкого растянулись в улыбке, когда он остался доволен необычной деталью. Но также верно и то, что чем больше она казалась нормальной, тем больше он беспокоился.
Леди, которая захотела бы заполнить подобный "брачный контракт’, не нашлась бы нигде в империи.
“Хм-хм”.
Он не мог ждать вечно. Помня, что его хозяин находится на противоположной стороне, дворецкий прочистил горло.
“Хотя ваша светлость, вероятно, уже знает, перед вступлением в брак я хотел бы ознакомиться с условиями предыдущего соглашения. Я лично получил этот документ от архиепископа. Если Ваша светлость согласится и подпишет бумагу, с этого момента, используя силу богини Сарте, контракт будет выполнен.
“... Я понимаю”.
Ее голос слегка дрожал. Только после того, как слуга позади нее схватил ее за руку, словно подбадривая, она слабо улыбнулась.
Перед ее невинным, хрупким поведением дворецкий заставил себя оставаться сильным.
‘С ней действительно все будет в порядке?’
Ее подрядчиком был герцог Левиаус. Самый завидный холостяк в империи, а также мужчина, который был самой горячей темой в высшем обществе. Но по иронии судьбы, причина, по которой он был таким известным, заключалась не только в его внешности, богатстве или статусе.
“……”
О нем ничего не было раскрыто.
Это была самая очевидная причина славы дюка Левиауса.
Поскольку он был наследником той почтенной семьи, которая заложила основы империи с самого начала, было само собой разумеющимся, что взгляды людей были прикованы к каждому его слову и каждому шагу.
Однако Карзе появлялся только по своим прошлым следам.
Когда он был молод, следуя примеру предыдущих герцога и герцогини, он иногда раскрывал себя, но и только; в соответствии с желанием его отца строго воспитывать наследника, его отправили в академию на другом конце континента.
Он остался в академии даже после окончания учебы и вернулся ненадолго, когда предыдущие герцог и герцогиня скончались в результате несчастного случая.
После этого он снова вернулся в академию в Королевстве Белькре.
Прошло всего около двух месяцев с тех пор, как он вернулся в империю Сарте после трех лет учебы.
Проще говоря, было бы уместно назвать его необработанным драгоценным камнем, скрытым вуалью.
Несмотря на то, что все смотрели на него больше, чем на кого-либо другого, о нем было известно не так уж много информации, что еще больше усиливало его загадочность.
Некоторые утверждали, что он страдает от социальной фобии, а другие настаивали, что он все еще не оправился от смерти своих родителей.
Но, в конце концов, герцог вернулся на свое законное место.
Таким образом, было очевидно, что отныне его действия будут привлекать внимание всей знати.
Используя всевозможные связи, они будут пытаться завоевать его расположение, и семьи, особенно с дочерьми брачного возраста, могут практически выстроиться в очередь у его дверей, даже сейчас.
Если бы только ‘этого слуха’ не существовало…
Вспомнив об этом слухе, дворецкий на мгновение вздохнул.
“Я еще раз просмотрю контракт. Если вы подпишете этот документ, начиная с предстоящего Дня основания, Ваша светлость станет герцогиней Левиаус на год ”.
“... Да, я знаю”.
Отвечая дворецкому, который изо всех сил старался говорить как можно более профессионально, она кивнула, дрожа. Ее каштановые волосы, которые казались такими мягкими, что, казалось, тают, еще больше укололи совесть говорившего.
Желая покончить с этим как можно скорее, дворецкий заговорил довольно торопливо.
“Как вы слышали, 100 000 рублей будут предоставлены авансом по контракту. Кроме того, каждый месяц в личное пользование будет предоставляться 10 000 рублей, а в случае успешного выполнения условий контракта вы получите 1 миллион рублей.
“……”
10 000 рублей были бы равны годовой зарплате высокопоставленного чиновника императорского двора. Следовательно, умноженное на десятки, нет, сотни, это означало бы, что даже для известных дворян это будет уникальная возможность изменить свою жизнь.
“Ммм, миледи?”
“Ах, да”.
Однако никто не мог радоваться перед лицом такой непомерной суммы денег. Даже самые алчные благородные дома — если бы родители были в здравом уме — не заставляли бы своих отпрысков вступать в подобный брак.
“Вашей светлости не стоит особо беспокоиться. Нам требуется всего лишь...”
“Я знаю. Молчи, как будто я мертвый”.
“……”
“И будь верен”.
Слушая, как она повторяет слова своим мягким голосом, дворецкий, наконец, смог расслабиться. Судя по ее спокойному поведению, не было необходимости сильно беспокоиться.
“Тогда остается только последнее предложение”.
Прежде чем он успел забыть, дворецкий украдкой упомянул последний пункт. За исключением денег, это была статья, которая подарила невесте больше всего надежд.
“Этот контракт истекает ровно в ...”
“Как долго мне нужно было бы ждать?”
“.....Мой господин”.
Почему именно сейчас, из всех времен.
В ответ на строгий голос герцога дворецкий, на мгновение забывший о присутствии главы семьи, обернулся.
Учитывая, что он не такой, как обычно, его светлость также не мог найти такой брак приятным.
“Я скажу ей сам”.
Подняв свои спокойные глаза, герцог обошел дворецкого и прямо столкнулся с ней.
“У вашей светлости есть какие-либо вопросы по поводу ‘нашей помолвки”?"
Поверх сложенных рук на нее уставились его красные глаза. Сильные, но безмятежные зрачки смотрели так, словно гипнотизировали ее своей элегантностью.
“……”
Единственным недостатком на его безупречном в остальном лице был едва заметный шрам на кончике брови, из-за которого один ее глаз щурился.
Когда он, предположительно осознав, куда она смотрит, приподнял уголки губ, она подпрыгнула от шока.
“……О, ничего.”
“Это облегчение”.
Что ты делаешь, не подписываешь бумагу?
Его короткий кивок ясно выразил его желание. Поколебавшись мгновение, она схватила гусиное перо, сильно надавила на него и начала подписывать свое имя.
[Айрис Перцен]
“……”
Как только Сайзел написала свое имя, по углам листа разлился золотистый свет.
Пораженная, она отпрянула, и, подтверждая это, герцог, наконец, встал со своего места.
Она ни в коем случае не была невысокой, но он был долговязым мужчиной, который был на голову выше ее, и к тому же Сайзел сидела; ее плечи дрожали.
“Я сам найду выход”.
Когда он жестом показал, что сначала уйдет с головой, каждое его движение было лаконичным.
Его иссиня-черный плащ развевался, когда он выходил, каждым шагом демонстрируя его самообладание.
Клак.
Сайзель, которая оставалась сидеть, не в состоянии нормально дышать до того момента, как закрылась дверь гостиной, закрыла свои изумрудные глаза, как будто почувствовала себя обессиленной.
Дворецкий, который наблюдал за ними с середины, был еще более взбешен.
“Обычно он не такой, но, похоже, у его светлости есть неотложные дела”.
“...... А он?”
“Это правда. Поскольку он был немногословным человеком с рождения, он не проявляет своих эмоций снаружи. Возможно, он вел себя так сегодня, потому что, вероятно, нервничал ”.
Даже если это по контракту, брак есть брак. Надеясь, что новая пара поладит, дворецкий защищал главу дома, как будто это было его делом.
“Со временем, когда ваша светлость привыкнет к герцогству, он начнет меняться.
“... Все в порядке. Тебе не нужно слишком беспокоиться”.
“Что вы имеете в виду под этим? Я могу полностью представить, что ваша светлость чувствовала бы в этот момент”.
Улыбка пожилого дворецкого стала чуть более интимной.
В целом, "первая герцогиня" может оказаться гораздо более порядочной женщиной, чем он себе представлял.
“На самом деле, в этом нет никакого смысла. Матриарха этого Дома Левиаус постигнет ‘та ужасная участь’ в течение года ”.
“……”
Глаза пожилого дворецкого затуманились печалью, когда он вспомнил слух, который некоторое время распространялся по Северу.
‘Женщина, которая первой выйдет замуж за герцога Левиоса, погибнет от проклятия в течение года ”.
Это было настолько ужасное заявление, что едва ли можно было произнести его вслух, но из-за его ужаса нельзя было промолчать.
“Если бы в этот момент мы могли поймать придурка, распространившего такую злобную клевету, мы бы уничтожили его, даже если бы нам пришлось мобилизовать все войска поместья. Итак, Ваша светлость может просто рассматривать это как годовой отпуск. Слухи есть слухи, в конце концов.”
“......Сэр”.
Губы Сайзель дрогнули от попыток дворецкого утешить ее любыми способами.
Под столом ее кулак встретился с кулаком служанки, и ее глаза затрепетали, закрывшись так доброжелательно, как только могла любая пара глаз.
“Я действительно в порядке”.
Этот слух,
Было распространено мной.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://tl.rulate.ru/book/45335/3997674
Готово:
Использование: