Готовый перевод Dark Blood Age / Эпоха Темной Крови: Глава 218

Глава 218. Чертовщина

Так называемая экономия времени означала, что Чу Юньшэн хотел вернуться и доспать — сейчас он уже не спешил уходить. В посёлке всё-таки нашлось несколько разумных людей, которые не пошли на поводу у безумства Чжан Цзычжао.

Ночью в тёмную эру не было ни сверкающих звёзд, ни ясного лунного света; ни шума проносящихся машин, ни бесконечных огней электрических ламп — даже собачий лай сменился стрекотом «гу-гу» насекомых.

В ледяной ночной выси изредка падали редкие снежинки, кружась и порхая в мерцающем свечении высоченных споровых растений, словно в ледяном сказочном мире из мифов.

Если и была единственная польза от тёмной эры, подумал Чу Юньшэн, так это чистый воздух — лишённый круглосуточного загрязнения современной цивилизации, тяжёлая ци осела, а лёгкая разлилась по земле.

Конечно, за исключением споровитых токсинов.

Чжан Ху, в отличие от Чу Юньшэна, не мог долго выдерживать ночной холод снаружи. Он притопнул ногами, сжимая в руках мясо насекомого, которое передал ему Эдгар, стиснул зубы и вручил Чу Юньшэну фотографию, испачканную грязным снегом. На ней были он и его так называемая девушка. Он попросил Чу Юньшэна во что бы то ни стало помочь ей, после чего нырнул обратно в шалаш.

Чу Юньшэн посмотрел ему вслед и покачал головой. Хотя он и обещал спасти его девушку, но кто знает, не обнаружили ли её за это время насекомые? Даже если ей повезло — в тёмном подземном отсеке, в одиночестве, женщина, без возможности даже справить нужду, сможет ли она продержаться до сих пор, не сломавшись от отчаяния?

Даже если она ещё жива, то наверняка стала ни человеком, ни призраком!

— Господин Луннон, спасибо, что спасли меня, — голос Цзин Моую был тихим и мягким, с присущей женщинам нежностью.

— Не стоит благодарности. Я спас тебя, потому что ты спасла моих людей. По сравнению с «ценой», которую ты заплатила, спасая жизнь ценой собственной, моя «цена» не так уж высока, — Чу Юньшэн говорил правду, вовсе не желая принизить её способности.

Однако, судя по всему, девушка неправильно его поняла. Опустив голову от стеснения, она произнесла: — Я знаю, мои силы слишком слабы. Иначе многие не погибли бы. И ещё, спасибо за ваш витамин C, моя мать…

Чу Юньшэну действительно было не до пустых разговоров. Он решил, что она тянет время, стесняясь прямо спросить о том, что её раздели догола. Подумав, что лучше сразу прояснить ситуацию, чем тратить время на пустую болтовню, а потом всё равно нужно будет идти спать, он прервал её и твёрдо сказал:

— Тебя ведь зовут Сяо Цзин, верно? Я знаю, зачем ты ко мне пришла.

— Вы знаете? Вы… — Цзин Моую внезапно подняла голову, хлопая глазами от изумления.

Чу Юньшэн остановил её и продолжил: — Я знаю! Мой процесс лечения и выведения токсинов отличается от ваших тёмных воинов деревянной энергии — нет, Небесных странников. Во время лечения произошёл небольшой несчастный случай: твоя одежда и постельное бельё сгорели от моей энергии. Но и только. Ничего такого, о чём могли подумать твои люди, не было. Можешь не волноваться. Я не хотел объяснять эту ерунду, но ты добрая девушка, и если будешь всё время переживать об этом, будет неловко нам обоим.

Цзин Моую слегка опешила, и её бледные уши сразу покраснели. Она не ожидала, что Чу Юньшэн так прямо заговорит об этом, и поспешно ответила:

— Я верю вам, господин Луннон! Проснувшись, я обнаружила, что остатки токсина в моём теле полностью вычищены. Я никогда так не думала… Я пришла к вам не за этим, а по другому делу.

Чу Юньшэн удивился: — Есть ещё что-то?

Цзин Моую неловко кивнула и, без малейшей уверенности в голосе, спросила:

— Я хотела бы… господин Луннон, могу ли я научиться вашему методу очистки от яда?

Чу Юньшэн нахмурился и уже собирался отказать. Цзин Моую, заметив его суровое выражение лица, занервничала и тихо взмолилась:

— Простите, правда простите, господин Луннон. Я знаю, это слишком. Пожалуйста, простите меня, не сердитесь.

Цзин Моую так нервничала потому, что после пробуждения от своих спутников в посёлке узнала обо всём, что произошло на тайной тропе. Будучи Небесным странником, она лучше обычных людей вроде Шаньюй Сюна понимала, насколько ужасающими могут быть Небесные странники.

Чу Юньшэн покачал головой: — Дело не в том, что я не хочу учить тебя или того старика. Просто вы всё равно не сможете научиться. Впредь не поднимай эту тему.

Он отчётливо выделил слова «старика» и «вы», давая понять, что уже отказывал старику в этом раньше.

Услышав это, надежда в глазах Цзин Моую постепенно угасла, но она слегка успокоилась, увидев, что Чу Юньшэн, похоже, не рассердился.

Чу Юньшэн сложил карту и рекламную листовку, с которыми возился, сунул их за пазуху ватника и повернулся к Эдгару:

— Эдгар, пошли!

Проходя мимо Цзин Моую, в ноздри Чу Юньшэну ударил лёгкий аромат, пропитанный живительной деревянной энергией. Она скользнула вдоль его тела Жунюань и, мелькнув, проникла в один из Юаньфу. Всё произошло за мгновение — Чу Юньшэн не успел её уловить, как она уже исчезла.

Чу Юньшэн нахмурился и, продолжая идти, запустил по всему телу свою основную изначальную ци, пытаясь обнаружить аномалию. Вдруг он замер, резко остановился и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, словно голодный волк, завидевший овцу, впился горящим взглядом в только что обернувшуюся Цзин Моую.

Цзин Моую от этого хищного взгляда невольно вздрогнула. Сказать, что ей не было страшно, — ложь. Даже если она и верила, что в прошлый раз с ней ничего такого не случилось, откуда ей знать, что у этого незнакомого Небесного странника, с которым она знакома всего день, не проснётся звериная натура?

Она инстинктивно отступила на шаг, но увидела, что господин Луннон, кажется, колеблется, борется с собой или о чём-то раздумывает. Он пристально смотрел на неё сверху донизу и шаг за шагом надвигался.

Даже Эдгар почувствовал неладную атмосферу. У него отвисла челюсть, и он мысленно воскликнул: «Неужели господин Луннон и правда запал на эту девчонку…»

— Г-господин Луннон? — Чу Юньшэн приблизился к ней на расстояние меньше шага. Дыхание Цзин Моую участилось, она так напряглась, что даже ноги свела вместе.

— Тсс… Не двигайся! — то ощущение, которое Чу Юньшэн испытывал мгновение назад, походило на танец на стальном канате — малейшая помеха, и оно могло рассеяться без следа.

В это время Шаньюй Сюн и остальные тоже один за другим вышли из шалаша. Первым был Ли Си. Он остолбенел, увидев, как нос Чу Юньшэна приблизился к лицу Цзин Моую менее чем на десять сантиметров, и он «жадно» глубоко вдохнул, после чего на его лице отразилось полное неудовлетворение.

Это было откровенное и наглое домогательство! У каждого из вышедших из шалаша выживших в голове была одна и та же мысль.

Некоторые даже втайне облегчённо вздохнули: хорошо, что Чжан Цзычжао оглушили и заперли, иначе, если бы он увидел это, он, возможно, и жизни бы не пожалел.

Но как бы то ни было, эти семеро-восьмеро оказались в неловком положении — ни уйти, ни остаться. Особенно когда Цзин Моую бросила на них умоляющий взгляд, у них защемило и закололо сердце, словно ножом.

На мгновение некоторые, успокаивая свою совесть, подумали: «Если всё действительно закончится так, как сказал тот чернокожий, может, это и не так уж плохо».

Короткие несколько мгновений для Чу Юньшэна пролетели быстро, но для не смевшей пошевелиться Цзин Моую и её спутников они тянулись невыносимо долго и мучительно.

В их глазах выражение лица Чу Юньшэна уже сменилось с «неудовлетворённости» на ещё более зловещее «вкушение послевкусия».

Цинь Жэньбо, набравшись храбрости, шагнул вперёд, но Ли Си изо всех сил вцепился в него. Однако сила обычного человека не могла сравниться с Небесным странником, даже с тем, кто владел деревянной энергией.

Может быть, Ли Си слишком крепко вцепился и тянул слишком сильно. Цинь Жэньбо рванулся — одежда порвалась, и он вылетел вперёд.

Ли Си и Шаньюй Сюн готовы были расплакаться. В посёлке было всего два Небесных странника, от которых зависела жизнь всех. Они могли различать и обрабатывать съедобные грибницы. И теперь оба оказались втянуты в это дерьмо. Поступок старшего Циня вынуждал их, скрепя сердце, тоже ввязаться!

Цинь Жэньбо по сравнению с Ли Си был как тигр с цыплёнком, но перед Чу Юньшэном он сам стал цыплёнком, а Чу Юньшэн — тигром.

Не успел он опомниться, как Чу Юньшэн, нахмурившись, одной рукой остановил его, а затем прижал ладонь к его лбу, с непроницаемым лицом.

Ли Си и Шаньюй Сюн, уже занёсшие ноги для шага, резко замерли. В голове у них пронеслось: «Всё, похоже, старшему Циню конец!»

Ситуация, казалось, выходила из-под контроля. Среди всех только Эдгар держался в стороне, не вмешиваясь. Но мгновенно оценив обстановку, он со свойственной ему сообразительностью вытащил пистолет и преградил путь Ли Си и остальным, которые уже собрались броситься вперёд. Он решил, что, раз уж он человек господина Луннона, сейчас самое время сделать хоть что-то.

Он вытащил оружие и насильно загородил дорогу — это было словно подтверждение того, о чём думали выжившие. На мгновение стало так тихо, что было слышно, как падает иголка.

В этот момент Цзин Моую, увидев, что Цинь Жэньбо схвачен одной рукой Чу Юньшэна и тот прижимает ладонь к его жизненно важной голове, прикусила нежную губу, поддержала дрожащего Цинь Жэньбо и с униженным видом произнесла:

— Господин Луннон, отпустите дедушку Циня. Я сделаю всё, что вы скажете…

— Хорошо! — рассеянно ответил Чу Юньшэн, отпуская руку старика, и пробормотал себе под нос: — Почему так? Оба — тёмные воины деревянной энергии, и энергия у них тоже деревянная. Почему её действует, а его — нет? Странно. Раньше у Ведьмы деревянная ци была вроде не такой…

С этими словами он снова потянулся к голове Цзин Моую, намереваясь проверить ещё раз, но девушка слегка отстранилась, и его рука схватила пустоту. Тут он очнулся — он был полностью поглощён проблемой ци и не заметил, что вокруг собралось столько народу.

— Эдгар, зачем ты достал пистолет? — нахмурился Чу Юньшэн. Он даже не подумал, как его выражение лица выглядело со стороны, и не расслышал слов Цзин Моую — действительно понятия не имел, что произошло.

Но едва он произнёс это, как осознал: «Неужели они опять неправильно поняли из-за того, что я прижал старика к голове? Впрочем, я тогда поторопился и не успел объяснить».

Причиной спешки было то, что деревянная ци, которую Чу Юньшэн вдохнул от Цзин Моую, вызвала некоторые аномалии, но в столь малых количествах они были почти незаметны. Когда он в прошлый раз лечил Цзин Моую, он этого не заметил, но сейчас случайно уловил.

Тщательно проверив и проведя несколько повторных опытов по впитыванию, он с удивлением обнаружил, что эти потоки проходят через тело Жунюань и попадают на запечатанного Фиолетового Пламенного Демонического Жука, который находился в состоянии покоя и восстановления.

Этот тяжело раненный демонический жук отреагировал на нить деревянной ци. До сих пор его восстановление шло равномерно, беся Чу Юньшэна своей медлительностью, но тут — скачок! Чу Юньшэн пришёл в восторг: наконец-то есть способ ускорить его выздоровление, иначе, полагаясь только на свою изначальную ци, он не знал, сколько ещё ждать!

Однако при сравнении с деревянной ци, впитанной от старика, Чу Юньшэн с удивлением обнаружил, что ци старика не давала такого эффекта. Вот так чудеса!

(Конец главы)

Спасибо что читаете, для вас cтарался HoodRichLife

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://tl.rulate.ru/book/4378/350521