Я провела молодого человека в гостиную и жестом пригласила его разместиться на диване. Лабрадор аккуратно присел, сохраняя идеально прямую осанку. Гости в нашем доме бывают редко, хотя, если не учитывать ночной визит Хэйдена, то посетителей у нас и вовсе не бывало. Пока Лаборадор обустраивался на ветхом диване, я заварила нам чай. Вернувшись с кухни, заметила, что поза этого мужчины ни чуть не изменилась: «Неужели ему так комфортно?.. Мог бы и поудобней сесть» – я сделала отстраненное лицо, будто моя голова – белый лист, и заняла место напротив него.
Повисла тишина. Мы смотрели друг на друга и молчали. Я смиренно сидела, попивая свой чай, и ждала, что Лаборадор вот-вот начнёт свой рассказ. Его взгляд переместился на мою, держащую чашку, руку. Столь пристальный взгляд застал меня врасплох и, стараясь перебить это неприятное чувство, я протянула чашку, которая предназначалась для него. Однако Лаборадор даже не притронулся к ней, сконцентрировав всё своё внимание на тыльной стороне моей ладони. Поняв, что это бесполезно, я как ни в чём не бывало поставила обе чашки на стол. Взгляд Лабрадора, опустившийся вслед за моей рукой, снова смягчился, и только тогда он будто бы очнулся:
– Извините... Я и не заметил, как снова уставился на Ваши руки, мисс Лилиан. Они просто идеальны для меня...
«Идеальные руки...» – безусловно, это был хоть и странный, но довольно забавный комплимент. Румянец начал проступать на милом лице парня. Заметив это, я тускло улыбнулась. Человек с телом таких внушительных размеров и очень застенчивым лицом выглядел достаточно забавно. Но это не значит, что мне было неприятно от его вида, наоборот, мне нравилось наблюдать за тем, как Лабрадор смущённо царапает ногтём свою щеку. Может, поэтому улыбка долго не сходила с моих губ?.. Я улыбалась так спокойно, как не делала этого уже очень давно. Настолько давно, что я даже не могу припомнить, когда в последний раз на моём лице была такая искренняя улыбка.
Лабрадор оторвал взгляд от моей руки, взглянув в мои глаза. В его взгляде читалось сожаление:
– Меня отстранили от службы из-за моего странного влечения к рукам... Я не знал, как мне дальше жить. Но потом я познакомился с Вашим отцом.
«Отстранили от службы». Так значит, Лабрадор был наказан в том месте, где раньше зарабатывал на жизнь. И всё из-за его увлечения.
– Ваш отец заметил моё смятение и сказал, что я могу поделиться своими переживаниями с его дочерью. По его словам, если поделиться с кем-то секретом, о котором не можешь рассказать другим людям, то на душе станет немного легче.
– ...
– Я решил рискнуть, и мы назначили дату встречи на сегодняшний день. Ваш отец сообщил мне, в какое время и куда подойти. – Лабрадор провёл своей большой ладонью по лицу. – Но возникла проблема...
– ...
– У Вас такие руки. Такие я видел только в своих снах, – его голос начал дрожать.
Дрожал ли его голос от того, что он был очень счастлив увидеть руки, являющиеся ему только во снах, или же он считал себя жалким, раз так пристрастился к чьим-то рукам? Я украдкой посмотрела на свои руки. Мои пальцы были длинными и тонкими, но это не было чем-то необычайно красивым. Костяшки пальцев были крупные и немного грубоватые из-за того, что я с самого детства занималась своим садом. Когда я очнулась, золотистые глаза Лабрадора вновь были направлены на мои руки. Похоже, он понял, зачем я опустила свой взгляд:
– Мои представления о красивых руках немного отличаются от представлений других людей.
– ...
– Для меня самые красивые в мире руки – это те, что похожи на руки моей матери, покинувшей наш мир пять лет назад, – он полностью склонил голову.
Как бы странно это ни звучало, но его подавленное лицо выглядело очень мило. И снова я подумала о том, что это не сочетается с его телосложением.
– Наверное, всё потому, что я очень скучаю по своей внезапно ушедшей из жизни матери. Когда я вижу руки, похожие на её, мне очень хочется их потрогать и... Облизать... – Лабрадор выглядел очень растерянно. – К-конечно, у меня никогда не было каких-то странных мыслей о матери! Я Вас уверяю! Фух... Я и сам не понимаю, почему так происходит, – он обессиленно опустил плечи.
Казалось, что если бы здесь была мышиная норка, он бы тут же спрятался в ней: «Знает ли он, что здесь ему негде спрятаться, как бы он это ни желал?..» – мой мысленный вопрос повис в воздухе. Лабрадор явно стыдился этой своей особенности. Было видно, что глубоко в душе он сильно корит себя за возбуждение, которое испытывает при виде рук. Я аккуратно встала со своего места. Не имея возможности сказать слова поддержки, я хотела утешить его хотя бы своими руками и, сделав пару шагов, остановилась прямо перед Лабрадором. Я протянула руку и пару раз похлопала его по плечу, выказывая свою поддержку.
– Вы не думаете, что я с-странный? Не считаете меня противным? – Лабрадор взглянул на меня, будто извиняясь.
Я покачала головой. Подобные действия могли привести меня в смятение, но никак не могли вызвать во мне отвращение. В своей жизни я достаточно повидала того, от чего мне было крайне неприятно. Взять хотя бы ту странную ситуацию, когда двое мужчин, открывших мне свои тайны, на самом деле оказались братьями. Или тот до дрожи отвратительный случай, когда отец продал мою сестру, чтобы вернуть свой долг.
История Лабрадора, у которого из-за тоски по матери появилось странное влечение, никак не сравнится с предыдущими. По крайней мере для меня это так. Я ощутила внезапный порыв сказать ему, что всё хорошо, но как и всегда не смогла издать и звука. Тишина. Тишь. Безмолвие. Внутри как-то странно что-то упало: «Разочарована?.. Огорчилась, потому что не смогла вымолвить ни слова?..» – я пальцем указала на его руки, что мирно лежали на его больших коленях.
– М-мои руки?.. – я кивнула.
Тогда с нескрываемым замешательством на лице Лабрадор протянул ко мне руки. Повернув их ладонями вверх, я начала писать пальцем на них то, что хотела ему передать. Так как я лишь немного владела этим навыком, то делала это очень медленно. Лабрадор терпеливо ждал, слегка дергаясь, когда я касалась его ладони кончиком пальца. «Похоже, Вы очень сильно любили свою мать», – таково было моё послание.
«Может, из-за того, что он так сильно любил её, появилась эта тяга к рукам?..» – поняв то, что я хотела ему сказать, золотые глаза Лабрадора наполнились слезами. Он начал плакать так, будто весь его мир рухнул. Из золотистых глаз по щекам катились горячие слезы. Добираясь до подбородка они ненадолго задерживались на лице, после чего капали на пол.
Плач Лабрадора был очень печальным. Это был звук, раздирающий сердце и душу. Его слёзы вызывали во мне даже больше жалости, чем слёзы Изабель. Я мягко хлопала его по плечу, пока Лабрадор не успокоился. Какими бы горькими ни были слёзы, они всегда подходят к концу. Так и плач Лабрадора понемногу утих.
Всё ещё всхлипывая, он продолжил говорить:
– Любил... Среди моих знакомых есть много парней, у которых плохие отношения с родителями, я же очень сильно любил своих родителей.
– ...
– Я любил их обоих, но всё равно к маме был привязан немного больше. Мне нравилось то, с какой теплотой она гладила меня своими мягкими руками по голове. А теперь я никак не могу ощутить ту нежность...
– ...
– Время от времени во сне и после пробуждения у меня текут слёзы. В такие дни мне снится мама. Она гладит меня по голове и говорит: «Лабрадор, ты самый очаровательный ребёнок на всём белом свете»...
«Интересно, каково это быть любимой своей матерью?..» – я не могла даже в самых смелых фантазиях представить этого.
– Мисс Лилиан... Не могли бы Вы погладить меня по голове? – я без раздумий опустила руку на его русые волосы.
«Лабрадор, ты самый очаровательный ребёнок на всём белом свете» – я мысленно повторяла эти слова, будто хотела выучить их. Слова, которые я не могла произнести... Мы смотрели друг на друга, и мне показалось, будто он смог прочесть моё послание. Чувство, которое я могла передать лишь взглядом.
– Мисс Лилиан, это наша с Вами первая встреча. Мы знакомы всего ничего, и если я скажу Вам кое-что прямо сейчас, то буду выглядеть очень странно... Возможно, это даже принесёт вам неудобства... – Лабрадор начал сбивчиво говорить.
Прервавшись на несколько секунд, он хотел было что-то сказать, но никак не решался. Его губы то открывались, то закрывались в нерешительности. Тогда он полностью наклонился и наконец вполголоса сказал:
– Пожалуйста, станьте моей хозяйкой, – до меня не сразу дошёл смысл его слов. – Когда я буду делать то, что Вам по душе, в качестве награды Вы будете меня гладить... И конечно, я буду рад, если Вы позволите мне лизать ваши руки.
– ...
– Н-нет никакого сексуального подтекста! Пожалуйста, поверьте!.. Мне лишь нравятся Ваши руки, мисс Лилиан. Мне всё равно, если Вы будете обращаться со мной, как с домашней собакой.
– ...
– Мне достаточно Ваших прикосновений, чтобы наконец почувствовать облегчение...
«Было ли когда-то настолько легко спасти кого-то?..» – мне было грустно от мыслей, что я живу в той реальности, где и сама не могу надеяться на спасение. «Лабрадор же нашел меня и набрался мужества признаться в том, что с ним происходит. И он очень точно передал мне свои чувства. Конечно, они мне немного непонятны, но всё же он сильно постарался, чтобы наконец освободиться».
Тогда ко мне пришло осознание: «Спасти себя можешь только ты сам», – если ничего не предпринимать, то нельзя будет и спастись. Никакой герой сам собой не появится. Моё бегство из этой выгребной ямы должно начаться с моего стремления. Моя воля приведёт к моему спасению. Нет никого, кто мог бы спасти меня, кроме меня самой.
«Мне очень жаль, но мой ребёнок не работает в ночные часы. Пожалуйста, имейте это в виду. Девственные невесты очень ценятся», – я должна сама себя спасти, пока отец не продал меня кому-то в жены.
Ilin Imperium
Перевод: mabletailor
Редакт: atir_dav
Бета: Vivian
http://tl.rulate.ru/book/42776/1553529
Использование: