Готовый перевод Ninth Special District / 9 Специальный Район: Глава 1072. Новый глава семьи

В Лунчэне, в доме семьи Ван, некогда оживлённый главный двор старшего сына, где даже вечером за ужином собиралось несколько десятков человек, теперь казался крайне пустынным, даже немного зловещим.

Ван Тяньнань умер, Сяо Цинь тоже мертва, состояние здоровья Ван Цзунханя вызывало серьёзные опасения, и вся атмосфера во дворе была крайне угнетающей. Многие из тех, кто здесь работал, чувствовали себя неуютно и массово подавали в отставку. Обычно оставались лишь несколько других детей Ван Цзунханя и двое управляющих, которые по очереди ухаживали за больным главой семьи.

В комнате.

Ван Цзунхань, резко похудевший более чем на тридцать цзинь, выглядел странно и даже пугающе. Его лицо было бледным, губы посинели, глаза ввалились, а каждое движение конечностями сопровождалось неконтролируемой дрожью.

— Не садись, ложись скорее, — Ван Цзунсяо протянул руку, чтобы поддержать его.

— Ничего... ничего...! — Ван Цзунхань несколько раз тяжело вздохнул и обратился к детям и управляющим: — Выходите, я хочу поговорить с четвёртым.

Все переглянулись и молча удалились.

— Есть... есть сигарета? — Ван Цзунхань повернул голову к своему брату и спросил.

— Не кури, — нахмурился Ван Цзунсяо и отказал.

— Человеку, которому суждено умереть, не повредит одна сигарета, — Ван Цзунхань протянул дрожащую ладонь и с усилием провёл ею по лицу: — Дай мне одну!

Ван Цзунсяо помедлил, затем опустил голову, достал пачку сигарет, зажёг одну и поднёс к его губам.

Ван Цзунхань глубоко затянулся, и его постоянно дрожавшее тело почему-то стало более спокойным: — Четвёртый, пока я ещё могу... говорить, нам с тобой нужно решить важные дела.

— Какие важные дела? — спросил Ван Цзунсяо.

— У меня... осталось недолго, — Ван Цзунхань кашлянул дважды и, тяжело дыша, ответил: — Ты должен взять на себя дела семьи.

— Эй, не думай ерунды. Врач же проверил, у тебя нет ничего серьёзного... — нахмурился Ван Цзунсяо и попытался утешить.

— Моя болезнь в душе, — медленно покачал головой Ван Цзунхань: — Четвёртый, наш старший брат не переживёт этого удара...

После этих слов в комнате повисла тишина, Ван Цзунсяо смотрел на него долго, не говоря ни слова.

— Папы нет, Тяньнаня нет, Сяо Цинь нет, даже Цзунсяна я не уберёг... — Ван Цзунхань опустил голову и безмолвно заплакал: — Я дошёл до такого, что семья разрушилась, люди погибли.

Ван Цзунсяо сжал его руку, но не нашёл слов; он знал, что некоторые вещи можно утешить, а некоторые — нет, даже если они родные братья.

— Когда папа был жив, среди всех сыновей он больше всего ценил тебя, — Ван Цзунхань опустил голову, слёзы капали: — Несколько лет назад он уже не хотел заниматься делами, несколько раз говорил со мной наедине, всегда намекал, спрашивая, не стоит ли позвать тебя обратно из Наньху, чтобы ты управлял семьёй вместе со мной. Я знал, папа хотел, чтобы ты унаследовал его место, но... но у меня были свои корыстные мотивы, четвёртый, я хотел стать главой семьи.

— Не говори об этом.

— Папа намекал много раз, но я не подхватывал, и он понял, что я хочу занять его место, — Ван Цзунхань, дойдя до этого, сломался эмоционально и разрыдался: — Все сыновья, он не мог отдавать предпочтение кому-то, так что больше не поднимал этот вопрос, лишь наставлял меня, как хорошо управлять семьёй... Четвёртый, чёрт, я жалею, я действительно хуже тебя! Если бы у меня не было этой корысти, и я позвал бы тебя раньше из Наньху стать главой... то семья не распалась бы, папа, Тяньнань, Сяо Цинь... Цзунсян — они бы не умерли.

Ван Цзунсяо, услышав это, с покрасневшими глазами отвернулся в сторону.

— ...Я всеми силами старался уничтожить третью ветвь, и это тоже из корысти. На самом... деле я давно знал, что смерть папы никак не может быть делом рук Ван Цзунтана, он просто хотел независимости, но открыто не посмел бы бунтовать таким способом... Я всё равно решил его наказать: с одной стороны, из-за смерти Тяньнаня, с другой... чтобы захватить третью ветвь и быстро утвердить своё положение главы... Я знал, что среди братьев кто-то не подчиняется мне, даже Цзунсян в душе не поддерживал меня на этом посту... — Ван Цзунхань закрыл лицо иссохшей ладонью и горько заплакал: — Я жаден до власти, я недооценил Ван Цзунтана, Цинь Юя и остальных... Если бы мы не ввязались в жёсткую борьбу, до чего бы дошло? Я погубил их... четвёртый!

Эти слова Ван Цзунхань не мог сказать своим детям, тем более не мог признаться в них родственникам семьи Ван. Вина, самообвинения, сожаления и другие тёмные эмоции копились в нём давно.

— Четвёртый... этот дом слишком тяжёл для меня, я задыхаюсь... — голос Ван Цзунханя дрожал: — Я передаю его тебе.

Ван Цзунсяо стоял у кровати, наблюдая за каждым его движением, и в душе возникло необъяснимое отчаяние. Он знал характер старшего брата и понимал, что тот вряд ли выйдет из этого состояния...

Братья говорили больше часа, после чего Ван Цзунхань лёг в постель и позвал детей, а также родственников из второй и четвёртой ветвей, чтобы передать им множество дел.

...

На следующий день Ван Цзунсяо лично поехал в известную частную больницу в Фэнбэе, пригласил медицинскую команду, которая специально лечила Ван Цзунханя в Лунчэне, но это мало помогло.

Через месяц.

Ван Цзунхань умер дома в начале первого ночи, к моменту смерти его вес не превышал ста цзинь.

После похорон Ван Цзунсяо специально съездил в Наньху, нашёл связи в верхах гарнизонной бригады и быстро оформил увольнение.

Ещё через неделю Ван Цзунсяо естественно занял пост главы семьи и созвал собрание ключевых родственников.

Ван Цзунсяо, сидя во главе стола в конференц-зале, бесстрастно обвёл взглядом всех присутствующих и тихо сказал: — Несколько направлений. Первое: что бы ни происходило раньше, но начиная с этого момента мы не должны инициировать никаких конфликтов с людьми Ван Цзунтана. Если я узнаю, что кто-то нарочно провоцирует или устраивает беспорядки, я строго накажу. Второе: в ближайшие пять лет основной акцент на развитие внутри района, мы сократим внешние предприятия и постепенно переориентируем семейный бизнес на основное направление. Третье: основные семейные предприятия нужно реформировать, перейти от модели, где каждый управляет своим участком, к единому управлению новой группой компаний, и нанять профессиональную управленческую команду, чтобы по результатам оценок определить, способны ли наши люди сидеть в офисах и отдавать приказы.

После этих слов лица всех присутствующих стали кислыми, поскольку большинство из них носили титулы директоров заводов и менеджеров, но на деле просто бездельничали. Если Ван Цзунсяо так поступит, они окажутся вне центра власти?

— Никто не должен чувствовать несправедливость или думать, что я кого-то целю, — нахмурился Ван Цзунсяо: — Реформы начнутся не с других, а с моей семьи, моей жены, моих родственников по жене. Если они не справятся, я тоже их сниму, все следите.

Все услышали это и замолчали.

...

В то же время.

В Сунцзяне тоже стало оживлённо, поскольку компания «Тяньчэн» по охране официально открылась, и через три дня состоится церемония с перерезанием ленты.

http://tl.rulate.ru/book/39235/13968420