Готовый перевод Ninth Special District / 9 Специальный Район: Глава 1065. Разговор между братьями

Цинь Юй остолбенело смотрел на военного врача, дрожащим голосом сказал: — Ему… ему всего чуть за двадцать, может быть…?

— Нет, его почка сильно повреждена и постоянно кровоточит. Оставить её — будет очень плохо для организма. Если в будущем возникнут осложнения, он может даже умереть, — военный врач понял смысл слов Цинь Юя и ответил более прямо: — Её обязательно нужно удалить.

Цинь Юй закрыл глаза и помолчал пару секунд, затем, скрипнув зубами, ответил: — Хорошо… тогда делайте.

— Хорошо.

Военный врач кивнул, затем тут же крикнул медсестре: — Позовите главврача Линя, готовьтесь к операции.

В битве на вершине горы, Фу Сяохао, всегда действовавший решительно и смело, получил лишь лёгкие ранения; травмы всестороннего воина, инструктора Ли, также не были слишком серьёзными. Однако Дин Гочжэнь, обычно добрый и осторожный, получил столь тяжёлые ранения.

Жизнь спасена, но левую почку придётся полностью удалить, кость левой руки сильно сломана, и для коррекции нужно вставить три стальных штифта… И такие тяжёлые травмы для молодого человека чуть за двадцать, несомненно, были несколько жестокими.

… …

Три дня спустя.

Состояние Дин Гочжэня значительно стабилизировалось. Цинь Юй пришёл в палату интенсивной терапии и поговорил с ним наедине.

— Толстяк, я неоднократно спрашивал у лечащего врача о твоём состоянии, — Цинь Юй, помогая Дин Гочжэню, резал фрукты и тихо утешая, сказал: — Он сказал, что почки обычного человека, если они работают хотя бы на пятьдесят процентов, вполне могут обеспечивать все потребности организма. Если удалить одну, и в дальнейшем хорошо за ней ухаживать, это не сильно повлияет на повседневную жизнь.

Дин Гочжэнь с некоторым оцепенением посмотрел на Цинь Юя: — Брат… я… я ведь не стану бесполезным, да?

— Это у тебя просто неправильное мышление, — Цинь Юй покачал головой. — Я спрашивал у доктора, с одной почкой ты всё равно сможешь иметь детей и жениться.

Дин Гочжэнь долго смотрел на Цинь Юя, затем внезапно произнёс: — Если смогу жениться, этого достаточно… Если… если, чёрт возьми, я стану бесполезным, какой смысл тогда жить? Даже обычных мужских радостей буду лишён.

Цинь Юй остолбенел надолго, затем с беспомощным выражением лица улыбнулся ему: — Да ты, чёрт возьми, духом не падаешь.

— Родители… вырастили меня таким большим, я ведь должен оставить наследника для семьи, — простодушно ответил Дин Гочжэнь Цинь Юю.

— Поешь фруктов, — Цинь Юй кормил Дин Гочжэня, нахмурившись, сказал: — Толстяк, я… я тоже простой смертный. Хотя в душе я и хочу защитить всех, но в реальной жизни всё часто идёт не так, как хочется. Сколько времени прошло… ты всегда называл меня братом, эх, прости, я не уберёг тебя.

Дин Гочжэнь, услышав это, покраснел глазами: — Брат, этот путь мы выбрали сами. Тяжёлый ли он, или лёгкий — на самом деле, нельзя никого винить… Если ты считаешь меня братом, то не говори таких грустных слов… Я… я смогу сам справиться со своими чувствами.

Цинь Юй немного помолчав, тяжело кивнул: — Я посоветовался со Старым Котом, чтобы отправить тебя в отдел логистики полицейского участка на должность начальника. Поработаешь там несколько лет, когда наберёшься опыта, я добьюсь для тебя звания в полицейском участке и дам тебе должность заместителя начальника отдела… Когда твоя карьера стабилизируется, ты выберешь хорошую женщину, а компания поможет тебе создать семью.

— Так ты… отправляешь меня на пенсию? — со смехом спросил Дин Гочжэнь.

— Я просто хочу сохранить твою другую почку, чтобы обычные мужские радости не простаивали.

— …!

Они переглянулись и улыбнулись.

… …

Полчаса спустя Цинь Юй покинул палату и в коридоре встретил Старого Кота. Они переглянулись и бок о бок пошли вниз по лестнице.

— …Как состояние Толстяка? — спросил Старый Кот.

— Он довольно оптимистичен, — Цинь Юй нахмурившись, ответил. — Однако… чем больше он такой, тем тяжелее мне на душе.

Старый Кот замолчал.

— В полицейском участке он трудился не покладая рук, не жалуясь, в компании не боролся за выгоду. Он и Фу Сяохао пришли со мной вместе, но в карьере Фу Сяохао всегда опережал его на шаг. Если бы это был кто-то другой, он бы давно уже чувствовал себя несправедливо обиженным, но у него никогда не было других мыслей, — Цинь Юй, заложив руки за спину, вздохнув, сказал: — …После этого инцидента мы должны обеспечить ему более спокойную жизнь.

— Угу, — Старый Кот кивнул.

— Пусть останется при мне, займётся административной работой, так будет надёжнее, — Цинь Юй, заложив руки за спину, сказал: — Раньше структура нашей компании была слишком хаотичной. При малейшем происшествии полицейские, наземные сотрудники, грузчики — все напрямую вмешивались в конфликт. Это неразумно. После того как эти переговоры закончатся, мы должны чётко разделить функции и полномочия: профессиональную работу должны выполнять профессионалы.

— Переговоры начнутся скоро? — спросил Старый Кот.

— Думаю, не очень скоро, — Цинь Юй покачал головой. — С большой вероятностью противнику сначала придётся решить проблему Лунчэна, только после этого они официально назначат встречу.

Старый Кот после долгого раздумья с некоторым беспокойством посмотрел на Цинь Юя и спросил: — Сюй Яна удастся спасти?

— Если противник захочет приговорить Сюй Яна к смертной казни, я прикажу устранить Хань Яо, — Цинь Юй с холодным блеском в глазах ответил. — Это моя красная черта; если они её пересекут, я продолжу воевать.

Старый Кот знал, что Цинь Юй говорит не на эмоциях, а демонстрирует решимость во что бы то ни стало спасти Сюй Яна.

… …

Пять дней спустя.

В Лунчэне семья Ван провела коллективные похороны. Глава клана, Ван Тяньнань, Ван Цзунсян, а также все члены семьи, погибшие в конфликте, были похоронены в родовом склепе.

Похороны были организованы при поддержке Русского сектора. Ван Цзунсяо появился лишь ненадолго, затем вместо Ван Цзунханя отправился в Фэнбэй, а затем вылетел в Восьмой район. Сам же Ван Цзунхань окончательно слёг и даже не мог встать с постели.

Отец, сын, жена — вся семья погибла. После такой тяжёлой битвы состав его семьи сократился более чем вдвое. Этот моральный удар для Ван Цзунханя, несомненно, был смертельным, и болезнь была вызвана изнутри.

После похорон семьи Ван Русский сектор Лунчэна пережил очень спокойный месяц. Не только обе стороны прекратили бои, но даже прежние мелкие стычки и конфликты на местах прекратились. Казалось, устали не только участники конфликта, но даже простые граждане ощущали себя так, будто пережили катастрофу.

За это время Коко создала спасательную команду группы Тяньчэн Баофэн, получила пять миллионов наличными, на которые закупили медицинское оборудование и предметы первой необходимости, а также создала временные пункты помощи. Кроме того, группа выделила медикаменты на сумму десять миллионов, которые безвозмездно раздавали простым гражданам Русского сектора Лунчэна, спася многих раненых во время войны.

Этот шаг привлёк внимание СМИ. Люди из партийного руководства брали интервью у Коко за пределами Русского сектора и резко спросили: — Некоторые говорят, что военный конфликт был спровоцирован группой Тяньчэн Баофэн. Так то, что вы делаете, это показуха или коммерческий замысел?

— Как вы это понимаете, неважно. Показуха это или коммерческий замысел — всё это не так важно. Главное, что население получило реальную помощь и лечение, этого достаточно, — прямолинейно ответила Коко.

Через неделю после выхода интервью в эфир Старый пёс Гу позвонил Цинь Юю и лаконично сказал: — У Ди тебе сказал?

— Сказал, — Цинь Юй кивнул. — Разве не собираемся начать переговоры?

— Да, в Наньху Седьмого района, ты приезжай как можно скорее, — тихо ответил Гу Янь.

http://tl.rulate.ru/book/39235/13798848