Готовый перевод Ninth Special District / 9 Специальный Район: Глава 1042. Канун великой войны, внутреннее упорядочивание

Спустя день.

В Синьсяне, в деревне Жизни, в конференц-зале флигеля поместья третьей ветви собрались Ван Цзунтан, Ван Цзунмин, Ван Тяньхуэй, а также уважаемые старейшины, управляющие соседними деревнями Жизни — всего около сорока-пятидесяти человек. При этом значительная часть "среднего управленческого звена" отсутствовала. Если бы на встречу были приглашены все управляющие команды каждой деревни Жизни, присутствовали бы сотни людей.

Во главе стола Ван Цзунтан, затягиваясь сигаретой, с нахмуренными бровями сказал: — Не пустые слова, говорите прямо: если дело дойдёт до настоящей схватки, сколько людей каждая из ваших зон может выставить?

Присутствующие переглянулись, их лица были серьёзными, но никто не спешил отвечать.

В тишине комнаты Ван Цзунтан оглядел всех и назвал имя: — Лао Чжэн, ты первый, сколько человек можешь выставить?

— Я… — Лао Чжэн почесал затылок, с немного затруднённым выражением лица ответил: — Ты же знаешь, мои земли находятся ближе к Лунчэну. Стоит выйти за ворота, как сразу видишь либо родственников, либо сватов. Если начнётся война, там будет столько сложных человеческих отношений, что будет очень трудно… Но, думаю, собрать тридцать-пятьдесят человек не составит труда.

— Тридцать-пятьдесят человек? — холодно спросил Ван Цзунтан: — Сколько управляющих в вашей деревне Жизни?

Лао Чжэн остолбенел.

— Десяток или около того, включая тебя? — безжалостно рявкнул Ван Цзунтан: — Управляющих столько, а ты в итоге можешь выставить всего тридцать-пятьдесят человек? Ты что, шутишь?!

Лао Чжэн молчал.

— Бум!

Ван Цзунтан резко ударил по столу, поднял глаза и крикнул всем: — Когда мы не были врагами с Лунчэном, вы ежедневно приходили ко мне втихаря, жалуясь на несправедливое распределение ресурсов, на то, что вам достаётся меньше денег, и постоянно подталкивали меня действовать в одиночку. Теперь, когда мы открыто порвали отношения, у вас такое отношение? Тогда какой смысл во всём этом, расходитесь к чертям!

Все молчали.

— Вы можете открыть глаза и посмотреть на ситуацию? Что сейчас за момент, момент жизни и смерти! — Ван Цзунтан медленно поднялся: — Если вы собираетесь бездельничать, тогда давайте разойдёмся пораньше, и не будем ничего начинать.

— Я… я постараюсь, соберу тебе больше людей, — тут же поправился Лао Чжэн.

— Ты собираешь людей для меня? — Ван Цзунтан властно посмотрел на него, непрерывно стуча правой рукой по столу, крикнул: — Вражда с Лунчэном защищает интересы всех вас, интересы каждой деревни Жизни, а не только меня, Ван Цзунтана! Если дело пойдёт, мы создадим собственный бизнес, и каждый, кто участвует в этом, получит выгоду, понимаешь?!

Все снова замолчали.

Ван Цзунтан обеими руками оперся о стол и кратко, но ясно произнёс: — Я вам прямо скажу: капитал найден, связи наверху тоже установлены, а постоянный вид на жительство в районе будет только увеличиваться, а не уменьшаться. Если дело дойдёт до войны, люди из моей семьи Ван Тяньфу тоже будут в первых рядах. Но вы не можете относиться ко мне как к какому-то бандиту. Если вы сами не будете бороться за своё дело, разве мы можем победить?! Если я буду всё тянуть на себе, а потом упаду, разве жизнь каждой вашей деревни Жизни будет лёгкой?

— Цзунтан, не волнуйся так, — вмешался пожилой мужчина средних лет: — Мы действительно раньше были слишком близки с другими ветвями. В разных деревнях браки между жителями, переехавшие родственники — обмен людьми слишком распространён. Если дело дойдёт до войны, обе стороны будут иметь свои опасения и трудности, это факт. Однако это наше общее решение, поэтому мы должны приложить все усилия. Давай так: сколько людей тебе нужно, что нужно делать внизу, дай чёткие указания, и мы просто будем выполнять.

Ван Цзунтан долго раздумывал, затем кратко сказал: — Я вам намекну: с юга придёт охранная компания, возможно, до тысячи человек. В будущем она, возможно, будет постоянно дислоцироваться в окрестностях Синьсяна. Если начнётся война, они — основная сила, они сильнее всей этой группы людей, так что, возможно, ваши собранные люди и не пригодятся. Но отношение должно быть соответствующим, нельзя, чтобы нож приставили к горлу, а вы всё ещё хитрили. У меня нет конкретных цифр, решайте сами. В конце концов, раз уж мы связаны одной цепью, то если один падёт, то падут все.

— Охранная компания численностью почти в тысячу человек, откуда она? Как называется?

— Кто их пригласил?

— Почему я ничего не знаю об этом?

— …!

Присутствующие в комнате, услышав это, с волнением спрашивали.

— Кто пригласил эту охранную компанию, вы узнаете в ближайшие дни, пока я не могу сказать, — Ван Цзунтан сохранил интригу и продолжил свою мысль: — В общем, одним словом, договориться точно не получится, конфликт неизбежно произойдёт в ближайшее время. Раз у нас всех есть свои требования, то не нужно быть вялыми. Если мы, чёрт возьми, решили сражаться, то нужно сначала действовать, перевернуть стол и сокрушить модель распределения ресурсов, которая существовала в Лунчэне десятилетиями, и перетасовать козырь!

Ван Цзунтан с воодушевлением обратился к собравшимся: — Одним словом! Если дело пойдёт, мы все по-прежнему будем сидеть за этим столом и делить ресурсы; если нет, пусть Ван Тяньфу и Ван Цзунхань первыми убьют меня. Столько лет мы терпели, и терпения точно хватило. Получится или нет, давайте рискнём всем и посмотрим.

— Давай!

— Какая разница, Твою мать!, когда у меня не было ни дома, ни еды, мне глаз выбили из-за кукурузных семян в теплице, а сейчас я боюсь этого? Давай с ним!

— Цзунтан, как скажешь, так и сделаем. Если не получится, побежим, чёрт возьми, в территорию Безвластия копать руду, разве не так же живётся?!

— …!

Несколькими словами, сочетающими мягкость и твёрдость, Ван Цзунтан сумел поднять боевой дух собравшихся, и окрестности Лунчэна по-настоящему вошли в состояние, когда две силы были готовы открыли огонь в любой момент.

…

После совещания.

Ван Цзунтан повернулся к Цзунмину и распорядился: — Сколько денег ты можешь найти?

— Меньше трёхсот, — кратко ответил Ван Цзунмин.

— У меня самого, плюс у моего тестя, плюс у тестя Тяньхуэя, в общей сложности можно собрать около тысячи наличными, — очень расчётливо сказал Ван Цзунтан: — Мы соберём эти деньги и под предлогом субсидий из-за полной остановки промышленности Лунчэна быстро раздадим их всем деревням Жизни.

— Сразу раздать деньги? — с некоторым удивлением спросил Ван Цзунмин.

— В такой момент всё остальное бесполезно, только настоящие деньги имеют значение, — нахмурившись, сказал Ван Цзунтан: — Люди в деревнях Жизни ищут пространство для выживания, стабильность. Они не станут рисковать жизнью, пока не окажутся в безвыходной ситуации. Но пока они с тобой, ты никогда не падёшь. В эту эпоху сначала нужно раздать деньги, а потом уже можно раздавать оружие.

— Почему бы не попросить эти деньги у Цинь Юя? — спросил Ван Цзунмин.

— Сотрудничество должно быть взаимным. Если я, ничего не сделав, буду только пить его кровь, это не продлится долго, — нахмурившись, ответил Ван Цзунтан: — Сначала нужно что-то сделать, пусть он и военные с правительством посмотрят.

— Хорошо, тогда раздадим, — кивнул Цзунмин.

…

Пять дней спустя.

Три грузовика бесшумно въехали в деревню Жизни Синьсяна. Ци Линь, выйдя из машины, сказал Ван Цзунтану: — Этот товар дядя Ли оставил для вас заранее.

Ван Цзунтан откинул брезент на задней машине и увидел ящики с Сянэром: — Вернись и скажи Лао Ли: раз он так чётко всё расставил, то пусть не бездельничает. Если дело дойдёт до схватки, пусть он руководит.

— Хорошо, — кивнул Ци Линь.

Тем временем.

Ван Цзунсяо встретился со своим адъютантом дома: — Как обстановка?

— Расспросил. В тот день никто не преследовал Хань Фэя, — тихо ответил адъютант: — Когда Хань Фэй бежал, тот Ли как раз был окружён к северу от Синьсяна. Ван Цзунтан и его люди, услышав выстрелы, первым делом бросились туда. А побег Хань Фэя был организован Ван Цзунтанем из четвёртой ветви, так что люди в Синьсяне, вероятно, об этом не знали.

Ван Цзунсяо постучал пальцем по столу: — Примерно так я и предполагал.

— Угу.

— А Дун Фэн? — снова спросил Ван Цзунсяо.

— Он бежал один. Кроме людей из его окружения, никто не знает, как он вернулся, — правдиво ответил адъютант.

Ван Цзунсяо, услышав это, прищурился.

http://tl.rulate.ru/book/39235/13414642