Во второй половине дня Фан Цзюньжун продолжала бродить по залу. Затем она услышала новость, что Су Циньмэй резко ушла после обеда и не выглядела при этом счастливой. Шафран и «куриное сокровище», которые она принесла с собой, были необычным товаром, и многие хотели купить их у нее. Поэтому многие искали ее. Су Циньмэй обвела их всех вокруг пальца. Кроме того, она поспешила покинуть зал, как будто за ней гнались призраки.
Любой, у кого было хоть немного мозгов, мог сказать, что она была очень амбициозна, когда приехала. Поэтому многие начали строить догадки, почему девушка так резко ушла.
Может быть, боялась, что снова столкнется с ней? Она не выглядела хрупкой. Фан Цзюньжун думала, что кожа Су Циньмэй уже настолько толстая, что стала практически пуленепробиваемой.
Фан Цзюньжун узнала истинную причину появления Су Циньмэй в отделе вскоре после этого, причем непосредственно от президента Цзя.
Когда мужчина подошел к ним во второй половине дня, он сгорбился и посмотрел на Чу Ко, как будто тот смотрел на него свысока.
— Просто скажи, что у тебя на уме, и прекрати эти глупые жесты.
Цзя Хунъюань покачал головой туда-сюда и сказал:
— Лао Чу, тебе нужно поработать над своим умением читать людей. Ты помогаешь людям из-за прошлых отношений с ними, но это не значит, что твои действия ценятся, — немного помедлив, он сказал Фан Цзюньжун: — Сяо Фан, я говорю не о тебе. Ты хороший ребенок.
Фан Цзюньжун, которой уже исполнилось сорок два года, почувствовала себя не в своей тарелке, когда ее назвали ребенком. Тем не менее, учитывая, что Цзя Хунъюань был намного старше нее, она, несомненно, была ребенком в его глазах. Глядя на президента Цзя и президента Чу, она почувствовала, что то, как эти двое ладят друг с другом, довольно интересно. Они были похожи на детей. Посторонний человек мог бы легко принять их перебранку за враждебное отношение.
— Хм, девушка из семьи Су пришла ко мне сегодня днем и специально обзывала вас обоих, чтобы задобрить меня. За кого она меня принимает? Может, мы и не близки друг с другом, но это не повод для того, чтобы ругать вас.
Цзя Хунъюань продолжил и рассказал им все, включая то, что так сильно отругал ее, что чуть не довел до слез.
— Вот, почему она так поспешно ушла. Наверное, ей было стыдно перед остальными. А тебе, тебе нужно в будущем лучше читать людей и перестать воспитывать белоглазых волков, — тот, кто обладал собственными принципами и умел читать людей, как он, несомненно, должен был стать следующим президентом Торговой палаты лекарственных трав. Лао Чу должен принять роль его правой руки.
Чу Ко был немного расстроен. Нахмурившись, он сказал:
— Она была очень хорошим ребенком, когда была маленькой. Что с ней случилось? Это из-за фэншуя?
Это был типичный взгляд на вещи. Если ребенок стал плохим, то, естественно, на него кто-то повлиял.
Фан Цзюньжун нахмурилась. Су Циньмэй взяла личность Су Циньин. Любой ее злонамеренный поступок будет засчитан Су Циньин и испортит репутацию родной матери Цзян Вэньюя. Нужно найти способ раскрыть ее истинную сущность. Су Циньмэй была так бесстрашна, потому что на кону стояла не ее собственная репутация.
Прежде всего, ни семья Чжан, ни семья Су не стали бы добровольно раскрывать правду. Как только она будет раскрыта, репутации обеих семей будет нанесен ущерб. Брат Су Циньмэй явно был на стороне девушки. Она бы никогда не поверила в то, что настоящий брат не может отличить своих сестер. А старый господин Су, единственный, кто мог быть на стороне Су Циньин, уже умер.
Но был и другой способ. Нужно было придумать план, который заставил бы девушку признаться во всем самой. Фан Цзюньжун нужно было время, чтобы все обдумать. Су Циньмэй не призналась бы в соделанном при обычных обстоятельствах. Нужно начать со сбора почерка обеих. Почерк тоже можно использовать в качестве доказательства.
Фан Цзюньжун болтала с остальными, размышляя об этом.
http://tl.rulate.ru/book/36774/2840756
Готово: