Готовый перевод My Dangerous Billionaire Husbаnd / Мой Опасный Муж Миллиардер: Глава 68:Позвольте Мне Показать Вам Волшебный Трюк

- Нин Цин, мне очень любопытно. Это медведь-самец или самка?

Почему он задал такой странный вопрос?

- Женщина! – Нин Цин была раздражена.

- Ну и что? Дайте-ка подумать. Где же разница между мужчиной и женщиной?

В чем разница… между ногами?! Как только Нин Цин вернулась к реальности, она посмотрела на него, и в его глазах мелькнул кокетливый огонёк. Он наблюдал за ней, лениво прислонившись к краю кровати. Он нахмурился, будто был очень серьёзен. Казалось, он глубоко задумался о разнице между мужчиной и женщиной! Она никогда в жизни не видела такого бесстыдного человека. Как он мог так неприлично пошутить?

- Лу Шаомин, я недооценила тебя! – Нин Цин упрекнула его и покраснела.

Лу Шаомин не возражал против её обвинения, но сказал:

- Ты только сейчас поняла? Но уже слишком поздно.

Нин Цин решила не обращать на него внимания. …

Девушка не обращала на него внимания, и Лу Шаомин стоял у двери, прикуривая сигарету. Он изящно скрестил ноги и закурил. Нин Цин стояла у своего гардероба, и она спросила:

- Может, мне принести свою одежду?

Лу Шаомин затушил сигарету и ответил глубоким голосом:

- Не нужно. Я попросил кое-кого приготовить тебе одежду.

- О, – ответила Нин Цин, и лицо её стало неловким. – Тогда я только упакую своё нижнее бельё.

- Там ещё есть нижнее бельё.

Нин Цин почувствовала себя неловко. Мужчина приготовил ей нижнее бельё. Она была так застенчива. Девушка опустила глаза и надула губы.

- Может быть, размер, который ты купил для меня, не подходит. Я лучше принесу немного.

- Как же это может быть непригодно? Я измерил его руками. Очень точно.

Измерено его руками? Нин Цин вспомнила, что это было полмесяца назад, когда она сидела у него на коленях в той комнате общежития. Он поддерживал её за ягодицы своей рукой…

Она посмотрела на красивого мужчину, стоявшего у двери, и сказала:

- Ты измерил мои ягодицы, но что, если верх не подойдет?

Лу Шаомин услышал и медленно поднял на неё глаза. Он выпустил ей в лицо облако дыма с расстояния двух метров. Окутанное дымом, его скульптурное лицо приобрело оттенок необузданной дикости. Он уставился на её хорошо развитую грудь и сказал:

- 34В, я оценивал своими глазами.

Нин Цин мысленно выругалась: "Глупая, ну почему я обсуждаю с ним такую нездоровую тему!". Она отвела взгляд, и то, как он курил, всё ещё было у неё в голове. Это было так, словно дым сам стремился к её лицу. Это вызвало у неё озноб. 34В… это был действительно её размер. Он был достаточно точен. Однако, если человек мог судить так точно, он должен был иметь некоторый опыт. Настроение Нин Цин мгновенно испортилось. Она чувствовала себя неловко. Учитывая его возраст, он бы уже встречался по меньшей мере с семью или восемью девушками. Она глубоко вздохнула и отважно посмотрела в сторону. Она сверкнула счастливой улыбкой и заговорила небрежным тономболтовни:

- У тебя, должно быть, было много практики.

Лу Шаомин усмехнулся и посмотрел вниз, когда он положил окурок в пепельницу. Он сунул руки в карманы и серьёзно ответил:

- Я только изучал тебя. Только тебя.

Нин Цин не могла ему поверить. И кому же, по его мнению, он пытался лгать? Он изучал только её, и мог быть настолько точен? Или… он был талантлив в этом? Как бы то ни было, он был болен! Слишком болен! Но Нин Цин перестала хмуриться, и её настроение волшебным образом поднялось. …. Пока она размышляла, Нин Цин лениво перелистывала книгу, лежавшую рядом с ней. Лу Шаомин увидел комикс на её столе, и он подошёл, чтобы перевернуть его своими изящными пальцами.

- Лу Шаомин, не смотри! – Нин Цин заметила его, и она была удивлена, что встала и подбежала, чтобы взять комикс. Она настороженно посмотрела на него: – Это личное, ты не можешь смотреть!

Лу Шаомин пожал плечами и улыбнулся:

- Кто этот мальчик в твоём комиксе? Сюй Цзюньси?

- Нет! – Нин Цин покачала головой и смущённо покраснела. Она положила комикс в бумажный пакет: – Не спрашивай. Я не скажу тебе, даже если ты спросишь.

- Хорошо, – кивнул Лу Шаомин. Он не был человеком, который был привязан к прошлому. Прежде чем он женился на ней, он знал, что у неё когда-то были отношения с Сюй Цзюньси. Поэтому он не возражал. В любом случае, это он на ней женился, так чего же волноваться? Должно быть, с тех пор, как она была в своём первом цветении любви; тайна в глубине сердца Нин Цин вернулась в тот день. Он не заставит её раскрыть это.

- Ты закончила? Пойдём. – Лу Шаомин пошёл за несколькими бумажными пакетами. …

Мужчина шёл впереди, а Нин Цин следовала за ним, неся своего любимого плюшевого мишку. Она следила за твёрдыми шагами мужчины, и с каждым его шагом уголки бежевых брюк образовывали красивую дугу. Она впервые увидела мужчину, который нёс бумажные пакеты с очарованием человека, несущего портфель.

- Почему ты такая медлительная? Поторопись! – Лу Шаомин остановился и подождал девушку позади него.

Нин Цин быстро отбросила прочь свои романтические мысли и побежала к нему. Она что-то вспомнила и достала из сумки сломанные часы, чтобы передать ему.

- Я уронила часы на землю, и они больше не двигались. Где ты их купил? Отправь их обратно и посмотри, можно ли их починить.

Лу Шоумин взял часы и внимательно осмотрел их:

- Нин Цин, хочешь посмотреть фокус?

- Ну и что же? – Нин Цин ничего не поняла. Лу Шаомин положил бумажные пакеты на землю и застегнул часы на запястье.

- Магия. Я встряхну их три секунды, и часы будут в порядке.

Чушь. Магия – это всё подделка. Пытаешься одурачить меня, как будто я трёхлетний ребёнок…

Они стояли в коридоре возле общежитий. Был полдень, и там ходили студентки. Студентки увидели Лу Шаомина и, прикрыв рты руками, воскликнули:

- Ого!

- Красивый дядюшка собирается исполнить волшебный трюк. Все, подойдите и посмотрите. – Студентки мгновенно окружили их обоих. Нин Цин была очень недовольна сложившейся ситуацией.

- Дядя?! Ей лучше следить за своим языком! Вокруг Лу Шаомина собралась толпа. Он был подобен принцу, спустившемуся с небес. Его губы изогнулись в кокетливой улыбке, а блестящие чёрные глаза остановились на фигуре перед ним.

- Послушай, – мягко сказал он, – я сделаю это сейчас. Раз, два, три. – Он поднял часы и трижды встряхнул их. Затем он показал их Нин Цин…

Нин Цин посмотрела. Часы действительно тикали!

- Снова воскликнули девушки вокруг них. – Ух ты! Этот дядя не просто выполняет магический трюк. Он явно разыгрывает шутки, чтобы сделать свою девушку счастливой. Это так романтично. Я так тронут, что сейчас заплачу.

Нежное лицо Нин Цин покраснело от смущения. Он...

- Как он себя ведёт? Разве тридцатилетний мужчина не ведёт себя так немного по-детски? Где же его карета? Где же его неприступная элегантность? Где же этот диктаторский президент? Она решила, что часы вовсе не остановились. Он просто лгал ей. «Лу Шаомин, ты! Я… Мне уже не девятнадцать и не двадцать! В этом году мне исполняется двадцать один!» — Нин Цин сердито сплюнула и повернулась, чтобы убежать. Лу Шаомин рассмеялся, глядя на тень убегающей девушки.

Чёрный «Бентли» ехал оживлённой улице. Нин Цин смотрела на мир за окном, и её внимание вдруг привлекла лавка мороженого «Хаген-Даз». «Хаген-Даз» — её любимое мороженое. Месяц назад она ходила здесь, но этого магазина не было. Глядя на удаляющуюся разноцветную витрину с мороженым, Нин Цин обеими руками держалась за неё и жалко смотрела на тень магазина. Тут кто-то пошутил: «Хочешь мороженого? Не забудь, тебе уже двадцать один!»

Нин Цин украдкой взглянула в зеркало на красивого мужчину рядом с ней и спросила: «Какое отношение возраст имеет к мороженому?»

«О…» — она услышала его магнетический, но ленивый голос. — «Ей двадцать один, и она замужем. Ей следует больше склоняться к таким сладким вещам, как леденцы!»

Она тут же закрыла лицо руками. Она не понимала, действительно не понимала!…

Они вдвоём ужинали с Юэ Ваньцин в больнице. В семь часов вечера «Бентли» был припаркован на огромном поле. Нин Цин вышла из машины, и её встретила вилла в европейском стиле с тускло-жёлтыми стенами, голубой крышей и круглыми окнами. Нин Цин была потрясена. Хотя она знала, что Лу Шаомин богат, такую прекрасную виллу можно было увидеть только в газетах и журналах. Лу Шаомин открыл дверь и вошёл. Нин Цин быстро последовала за ним: «Госпожа». В доме жила очень добродушная тётушка. «Это тётя Чжан, — коротко представил её Лу Шаомин. Нин Цин тут же показала нежную и сладкую улыбку: «Здравствуйте, тётя Чжан».

«Привет, мадам. У мастера отличный вкус. Мадам выглядит молодой и красивой», — улыбнулась тётя Чжан. Чем больше она смотрела на Нин Цин, тем счастливее себя чувствовала. Нин Цин была застигнута врасплох, её назвали «госпожой». Лу Шаомин взял бумажные пакеты одной рукой, а другой придержал её за плечо и повёл наверх: «С сегодняшнего дня это будет твой дом. Поторопись и привыкай к этому. Стеклянная дверь перед гостиной внизу ведёт к бассейну. Здесь есть главная спальня, гостевая спальня, кабинет, винный погреб и кинотеатр на втором этаже. Ты можешь смотреть фильмы, когда будешь свободна. На третьем этаже у него стеклянный балкон. Ну, вот и всё. Если есть что-то, что тебе не нравится и ты хочешь изменить, измени вещи по своему вкусу. Нет нужды спрашивать у меня».

Нин Цин осмотрела виллу. Декор и мебель были изысканными и роскошными. На лестнице она увидела люстру в гостиной. Она была яркой и не была испачкана ни пылинкой. Даже когда свет не был включен, её глубокий блеск был чрезвычайно сильным. Нин Цин была на сто процентов уверена, что он из тех людей, кто держится в тени, но при этом знает, как наслаждаться жизнью. «Я знаю», — сказала Нин Цин, чувствуя себя так, словно упала в золотую яму. Она испытывала беспокойство. Они вдвоём стояли перед комнатой, и Лу Шаомин открыл дверь: «Это наша спальня. Давай войдём».

«В спальне?» — «В нашей?!» — «Подожди», — Нин Цин остановилась и с трудом выдавила: — «Шаомин, можно мне остаться в гостевой спальне?»

Она отказалась спать с ним. Лу Шаомин убрал руку с её плеча и сунул в карман. Он поднял брови и бросил: «Нет!»

Она вся напряглась. «Ты можешь занять хозяйскую спальню, а я буду спать в гостевой», — спокойно сказал мужчина. Нин Цин просияла и подняла глаза. Она посмотрела на красивого мужчину, который был на голову выше её. В этот момент она не могла скрыть своего намерения улыбнуться, но она усмехнулась и сказала смиренно: «Ну, как я могу иметь наглость…»

«Давай примем душ и пораньше ляжем спать».

Нин Цин быстро вошла в комнату и закрыла дверь своим телом. Она выхватила бумажные пакеты из его рук и сказала с очень серьёзным лицом: «Я устала. Я иду спать. Спокойной ночи».

Она закрыла за собой дверь спальни. Но дверь не могла быть закрыта, так как человек блокировал её рукой. «Это кредитная карточка. Используй её, когда тебе понадобится», — Лу Шаомин протянул ей золотую карточку. Нин Цин колебалась, но в конце концов протянула руку, чтобы взять её. Она уже потратила много его денег. Если бы она начала принимать это во внимание сейчас, это было бы неразумно. Она взяла золотую карточку и внезапно растерялась, не зная, что сказать. В этот неловкий момент Лу Шаомин коснулся её волос и подошёл ближе, чтобы поцеловать в лоб: «Разве ты не хотела хорошо жить со мной? Муж и жена не следят за тем, что происходит между ними. Чувствуй себя непринуждённо и принимай вещи, когда твой муж даёт их тебе. Спи крепко. Спокойной ночи».

…

Нин Цин достала вещи из бумажного пакета и разложила их в комнате. Комната была бело-голубой, простой, но тёплой. В номере была гардеробная. Она открыла дверь и вошла. Там была одежда для осени и зимы. Классический «Шанель» и элегантный «Диор», два больших бренда. Там были сумки «Луи Вюитон» и «С», нижнее бельё «Жилсон»…

Кроме роскошных брендов, она увидела, что одежда была разделена на две категории в гардеробе. Одна — простая, но модная одежда, в которой она могла выйти на улицу, точно такая же, как и та, что была на ней. Её любимая вязаная одежда и джинсы. Они были знакомы всего полмесяца, а он уже знал её стиль. Он был готов потратить на неё время и силы. Он понимает её, он заботится о ней. Нин Цин была тронута. Как она могла отплатить ему? «А разве ты не хотела хорошо жить со мной?» — эхом отдавалось в её ушах. Да, она была его женой. Его дом, всё превосходное состояние, которое он предоставил, было правильным и заслуженным. И она будет упорно трудиться, чтобы выполнить свои обязанности жены. Лицо Нин Цин вспыхнуло. Тук-тук! Кто-то постучал в дверь. Нин Цин побежала открывать дверь, и тётя Чжан остановилась в дверях. «Мадам, «Хаген-Даз» только что прислал мороженое. Попробуйте, посмотрим, хорошо ли оно на вкус».

Нин Цин посмотрела на тарелку в руках тёти Чжан. На позолоченной горелке стояла белая изящная фарфоровая чаша. Она была наполнена чистым молочно-шоколадным соусом. На соусе было мороженое «матча», и оно было украшено мягкой вишней. Это было фондю из мороженого «Хаген-Даз». Нин Цин посмотрела, и у неё потекли слюнки.

Она находила это невероятным. Когда раньше они проходили мимо магазина «Хаген-Даз», Лу Шаомин дразнил её за девчачьи вкусы. А потом он прислал мне мороженое. — Мадам, я говорила хозяину, что ему нельзя позволять вам есть холодное на ночь, но он сказал, что вам нравятся такие блюда, и всё будет хорошо, если вы не будете есть слишком много. Посмотрите, как мастер вас обожает.

Нин Цин взяла мороженое и покраснела. Она украдкой взглянула в коридор, потом опустила голову, но нигде не увидела тени Лу Шаомина. Тётя Чжан заметила её замешательство и усмехнулась. — Мадам, он в кабинете. Обычно он работает допоздна. Вы можете принять душ и лечь спать.

«Ай-яй, она не стала ждать, когда он придёт спать», — подумала она.

http://tl.rulate.ru/book/36677/918532