Готовый перевод 48 Hours a Day / 48 часов в сутки (ЗАВЕРШЕНО): Глава 66: Линия Маннергейма приветствует Вас VIII

Чжан Хэн по-прежнему не имел понятия, где находится, лишь примерно понимая, что движется на северо-запад.

Он несколько раз останавливался по пути, чтобы перевести дух. К счастью, дальше они не встретили ни крупных, ни мелких советских отрядов. Чжан Хэн предположил, что теперь они, вероятно, вышли из зоны боевых действий.

Пройти ещё некоторое время, и он почувствовал, как кто-то хлопает его по плечу. Он остановился, нашёл чистый камень и усадил на него замаскированного снайпера.

Хотя выражение лица последнего было скрыто, по потухшим зрачкам Чжан Хэн мог понять, что тот испытывает сильную боль. Пятно крови на животе расползалось всё больше. Лежать на спине у Чжан Хэна было удобно для передвижения, но тряска усиливала страдания, хотя снайпер стиснул зубы и не проронил ни звука.

Лишь убедившись во временной безопасности, он позволил себя опустить.

В душе Чжан Хэна поднялось дурное предчувствие. Он огляделся и понял, что они по-прежнему находятся в глухой лесной чаще.

Он изначально рассчитывал, что снайпер приведёт его к лагерю партизан или, на худой конец, к другим его товарищам. Но судя по его виду, он вряд ли дотянет до этого момента. Если он умрёт по дороге, даже если Чжан Хэн в итоге найдёт лагерь партизан, его наверняка встретят пулями.

Теперь было не до опасений. Чжан Хэн собрал хворост, развёл костёр, чтобы поддержать температуру тела снайпера, растопил немного снега и поднёс ему воду. Снайпер на мгновение заколебался, но в конце концов снял белую маску с лица.

Когда маска спала, Чжан Хэн замер. Он не ожидал, что этот меткий и бесстрашный снайпер окажется молодой девушкой со светлыми волосами, едва достигшей совершеннолетия. Чжан Хэну было трудно связать её юное, почти детское лицо с той хладнокровной фигурой, которая на поле боя нажимала на курок, отнимая жизни.

Он вдруг вспомнил, что во время Зимней войны Финляндия с населением в три миллиона человек противостояла могущественному Советскому Союзу, уровень мобилизации в стране превосходил даже позднейшие показатели Японии и Германии. Чтобы изгнать захватчиков со своей земли, они сделали всё возможное — вплоть до того, чтобы выпустить последнюю пулю из своих стволов.

Это были настоящие герои.

Чжан Хэн смотрел, как девушка-снайпер делала несколько глотков горячей воды. Затем он поджарил на огне две сосиски, но она лишь покачала головой.

На мгновение оба не знали, что сказать.

Чжан Хэн был в замешательстве: состояние девушки-снайпера явно не позволяло ей продолжать путь. В реальности всё было не так, как в кино, где герой после ранения сам извлекал пулю из тела, в реальной войне никто так не поступал.

С одной стороны — риск заражения, с другой — опасное кровотечение от вскрытия раны. Учитывая уже значительную потерю крови, ситуация выглядела серьезной.

Чжан Хэну пришлось заново обдумать сложившуюся ситуацию: стоит ли ему рисковать, оставаясь здесь и ухаживая за ней, или продолжить путь в одиночку?

Основная проблема заключалась в языковом барьере — они могли общаться лишь жестами. Чжан Хэн не знал, как далеко до лагеря партизан, и даже не был уверен, движутся ли они в правильном направлении.

Он взглянул на девушку-снайпера. Та сохраняла спокойное выражение лица. Но Чжан Хэн не мог понять, есть ли у неё способ преодолеть кризис или она уже смирилась со смертью.

Конечно, он надеялся на первое, хотя всё указывало на второе.

……..

Вскоре наступила ночь. Чжан Хэн в итоге решил не уходить. Поужинав, он собрал ещё сухих веток, подбросил в костёр для тепла, вытряхнул половину содержимого рюкзака, чтобы сделать девушке-снайперу подушку под голову. Закончив, он начал изучать винтовку, пробуя заряжать, взводить затвор и целиться.

Он не любил убивать, но, оказавшись на войне, был вынужден учиться защищать себя. Хотя он отдавал себе отчёт, что его дилетантская стрельба вряд ли поможет при встрече с советскими солдатами, это не было поводом, чтобы сдаваться без борьбы.

Девушка-снайпер молча наблюдала за ним. Иногда Чжан Хэну казалось, что она больше похожа не на человека, а на дерево — только дерево могло сохранять вечное спокойствие, без малейших эмоциональных колебаний, что бы ни происходило вокруг.

В темноте лишь огонь костра продолжал мерцать.

Чжан Хэн некоторое время возился с винтовкой, затем обернулся и заметил, что цвет лица девушки изменился. Её кожа была бледной, губы почти без крови, на лбу выступил пот, а тело слегка дрожало.

Он потрогал её конечности — они были холодными.

Её тело теряло температуру, переходя в гипотермию.

Кровопотеря лишила её тела большого количества тепла, особенно из-за снижения уровня эритроцитов, которые переносят кислород и энергию. Сейчас количество эритроцитов сократилось, снабжение кислородом упало, а вместе с ним и температура тела. Её тело не могло вырабатывать тепло, и никакая тёплая одежда не помогала.

В больнице можно было бы сделать переливание крови, но здесь, в глуши, возможности были ограничены.

У Чжан Хэна не было другого выбора: он снял свою одежду, чтобы стать источником тепла, максимально прижался к ней и накрыл их обоих шинелью.

Выражение лица девушки-снайпера стало сложным, но в этот критический момент она не сопротивлялась.

У Чжан Хэна тоже не было двусмысленных чувств. Оба не мылись много дней, запах пота и крови перебивал любые желания. К тому же, на груди у девушки была тугая повязка.

Они были ближе, чем влюблённые пары, но даже не знали имён друг друга. Даже если бы они хотели спросить, не было способа это сделать — поэтому оба продолжали молчать.

…….

Чжан Хэн мог поддерживать температуру тела девушки, но не мог вернуть ей потерянную кровь.

С течением времени её состояние ухудшалось: дыхание стало учащённым, пульс ускорился.

Чжан Хэн чувствовал, что она вряд ли переживёт эту ночь. И как раз в этот момент он услышал посторонний звук.

Перед наступлением темноты Чжан Хэн разбросал вокруг на снегу сухие ветки, как учил его Белл, в качестве сигнальной ловушки. Сейчас он услышал, как кто-то наступил на эти ветки.

Услышав это, Чжан Хэн резко вздрогнул, вскочил с земли и потянулся к винтовке, но не ожидал, что кто-то уже подобрался так близко. Рядом с костром на корточках сидел финский партизан, направляя на него автомат.

Перевод: Флоренс

http://tl.rulate.ru/book/35928/1600652