Готовый перевод Sevens / Семёрка: Пролог.

Человек, с которым я столкнулся во внутреннем дворе особняка, был моей сестрой.

Идеальное существо.

Если бы где-то существовал человек, безгранично любимый богом, то это, вероятно, был бы кто-то вроде неё.

(Почему всё дошло до этого?)

Я затаил дыхание и обеими руками сжал саблю. Её острие дрожало.

Дело было не только в усталости. В самом клинке ощущался страх.

— Хаа... Хаа...

Сабля в моих руках была настоящей. Рапира моей сестры — тоже.

Я никогда бы не подумал, что это нормально — всерьез бросаться друг на друга с оружием. Однако той, кто предложил эту дуэль, несомненно, была она.

Одетая в платье, она заговорила, глядя на меня без малейшего интереса:

— Ты всё ещё собираешься продолжать, брат?

Хотя сейчас она назвала меня братом, обычно она даже не произносит моего имени. «Ты», «это» и прочие подобные выражения — вот как она обычно обращалась ко мне.

Но никто из окружающих никогда не видел в этом ничего плохого.

На ней было платье цвета слоновой кости и красные туфли. Несмотря на то, что мы оба обменивались ударами, в отличие от меня, она совсем не вспотела.

Ее наряд был в полном порядке, словно она собиралась на какой-то официальный прием. Рапира, которую сжимала сестра, была творением искусного мастера. Она была украшена орнаментом, а в эфес была инкрустирована желтая сфера. Этот драгоценный камень, который невозможно создать в нынешнюю эпоху, был особым инструментом, пробуждающим специальные Навыки.

Рапира, в которую он был вставлен, являлась Магическим Предметом, оружием, именуемым Магическим Мечом. Это была редкость, которую нельзя было купить даже за сотню золотых монет.

С мечом в руке, который совершенно не вязался с её внешностью, фигура моей сестры выглядела обманчиво. В этом году ей должно было исполниться тринадцать. Струящиеся золотые волосы колыхались на ветру. А её фигура, не по годам развитая, была довольно пышной.

Ее голубые глаза холодно смотрели на меня. Холод пробежал по моей спине.

Страшно. Я хотел убежать. Но не мог.

— Ещё нет. Мы ещё не закончили!

Я с силой подавил страх и шагнул вперед.

Я верил в свои отточенные навыки владения мечом. Я был уверен, что не проиграю даже взрослым. Семья Уолт... чтобы унаследовать наш дворянский род, я с ранних лет проходил суровые тренировки. Я был уверен в своем клинке.

Но...

— Ха, ты и правда медленный.

В прошлом я тоже был вундеркиндом. Чудо-ребенком. Меня всегда осыпали похвалами. Чтобы оправдать ожидания родителей и семьи, я отчаянно старался изо всех сил.

Но перед сестрой, которая была на два года младше меня, все эти усилия оказались бесполезны.

Очевидно, что моя сестра — девушка. Поскольку считалось, что фехтование ей ни к чему, она годами не брала в руки оружие. Ей преподали лишь основы: всё, что она должна была знать — это как держать меч и как им махать. И даже так я не мог победить её.

— Агх!

Мы скрещивали оружие бессчетное количество раз, и мое тело было покрыто множеством неглубоких порезов. Даже когда я наносил удары, она легко уклонялась минимальными движениями. В то же время её гибкий, как кнут, клинок рапиры обрушивался на мое лицо, руки и живот.

— Только что я могла нанести тебе три смертельные раны, Лайл.

Девушку, которая с улыбкой произнесла моё имя, звали Селес Уолт. Если кто-то и был любим небесами, то любой бы подумал, что это стоящая передо мной сестра. Единственным, кто по-настоящему ненавидел её, был я.

После того как она уклонилась от моей атаки, мои ноги подогнулись, и я упал на газон. Моё тело было в крови. Одежда прилипла от пота. Мои синие волосы тоже прилипли ко лбу, но я не обращал на это внимания. Попытавшись встать, я увидел приближающиеся красные туфли.

— Гх!

Я закрылся руками, но не смог погасить инерцию. Моё тело немного подлетело, прежде чем я снова покатился по земле.

— Как неприглядно.

— Да, и правда... подумать только, что это наш сын, какое убожество.

Там, где я рухнул, стояли мои мать и отец.

Нас окружало большинство вассалов, но ни один из них не высказал мне ни слова поддержки.

(Отец... мама... почему...)

Мне хотелось плакать. Превозмогая боль, я встал и обернулся, чтобы увидеть ожидающую меня улыбку Селес.

— В чём проблема? Это всё, на что ты способен, Лайл?

Она намеренно назвала меня по имени, чтобы спровоцировать.

— Боже мой. И это при том, что Селес изучила лишь самый минимум фехтования.

— Должно быть, именно Селес унаследует дом Уолт.

Слова моих родителей были брошены мне в спину. Даже если сейчас они говорят такие вещи, когда-то они были добры ко мне. Сабля, которую я держал в руках, была предметом, который они подготовили для меня давным-давно.

«Лайл, ты тоже мужчина из дома Уолт. Лишь лучшее оружие достойно твоей руки».

«Она тебе идет, Лайл. Как и ожидалось от нашего сына».

Они продолжали дарить мне добрые улыбки примерно до тех пор, пока мне не исполнилось десять. После этого родители начали баловать мою сестру Селес. Именно тогда они потеряли интерес к такому, как я.

И это не ограничивалось только семьей. Вассалы, которые всегда относились ко мне так, как подобает будущему главе дома, начали относиться к Селес как к своей госпоже. Они говорили обо мне гадости за моей спиной и твердили, что я не гожусь в наследники. До моих десяти лет семья и народ с нетерпением ждали, когда я возьму бразды правления. Но теперь всё было иначе. Такова была реальность.

— Теперь наследницей станет Селес.

— Боже, даже если бы они не устроили ничего подобного, нам нужно было просто выгнать мальчишку.

— Всё равно у него не было ни единого шанса против госпожи Селес. Какой дурак.

Было так обидно, что на глаза наворачивались слезы.

(Что я такого сделал? Почему меня так ненавидят?!)

Ведь Селес была моей сестрой. Не то чтобы я ненавидел её. Я относился к ней так, как и должен брат. Неужели Селес нашла в этом повод для ненависти?

— Ара, ты собираешься заплакать? Ты и правда жалок.

Она начала смеяться про себя. Казалось, ей действительно весело.

— Зачем ты это делаешь! Что я тебе сделал?!

Когда я повысил голос, выражение лица Селес сменилось с улыбки на полное безразличие.

— ...Как громко. Тебя это не касается. Мне, по большому счету, всё равно, есть ты или нет. Но раз уж ты стал мозолить глаза, я вышвырну тебя отсюда.

— Ч-что ты такое говоришь...

Она подняла на меня левую руку и направила палец.

(Она собирается использовать магию?!)

Оглянувшись, я увидел, что родители и остальные домочадцы заметили её действия и отошли в сторону. Они дали молчаливое согласие на её атаку.

— Чёрт! Ледяная Стена!

Передо мной возникла стена льда.

Это магия атрибута воды, и её свойство — «Щит». Чтобы заслужить похвалу... чтобы заставить родителей повернуться в мою сторону, я с головой ушел в тренировки. Не только меч. Магия, верховая езда и даже науки... но перед существом, стоящим передо мной, всё это не имело никакой ценности.

— Огненная Пуля.

Демонстрируя свое превосходство, Селес начала читать заклинание уже после того, как я закончил свои приготовления. В отличие от моего, это было заклинание огненного атрибута, причем его уровень был среди самых базовых.

К тому же, оно было довольно простым в использовании и просто создавало огненный шар. Ледяная стена, которую я создал, была слишком легко разрушена огнем.

И это был не одиночный выстрел.

С кончика пальца Селес сорвались несколько сотен повторений одного и того же заклинания. Мощность каждого была невероятно высока, и хотя моя магия должна была иметь преимущество по атрибуту, я не мог победить даже заклинания начального уровня Селес.

— Кх, Земляная Рука!

Из земли вокруг меня выросли четыре руки, созданные из почвы. Каждая из них повиновалась моей воле атаковать её.

— Как скучно.

Селес улыбнулась и рапирой в руке срубила их все. Рапира — это, по сути, оружие, предназначенное для колющих ударов. Но она использовала магию, чтобы с легкостью резать ею.

— Земляная Пуля.

Чтобы выиграть за счет разнообразия, я активировал следующую магию. Камни вылетели из земли, словно пушечные ядра, разрывая газон.

Но у меня нет времени думать о чем-то подобном.

— Щит.

Не меняя выражения лица, она с улыбкой произнесла это. Простая стена из чистой маны полностью заблокировала мою Земляную Пулю.

Это был не уровень Селес, но я выпустил несколько десятков снарядов. И всё же ни один не прошел.

(У меня не осталось маны. Придется закончить это здесь...)

Даже я понимал, что у меня нет никаких шансов на победу. Но я должен был сразиться с ней, несмотря ни на что.

Иначе меня выгнали бы из дома, так и не дав ничего сделать. Всё началось, как я и думал, со слов Селес.

«Эй, отец. В этом году брату исполнится пятнадцать, и он станет совершеннолетним. Не пора ли провести поединок, чтобы определить будущего главу дома Уолт?»

Обычно наследниками становились мужчины. Но родители сказали, что она права. Они одобрили наш поединок.

«Проигравший покинет дом. Тебя ведь это устраивает, правда, братик?»

Она ненавидела меня, или, возможно, я просто был ей неприятен. Так началась моя битва с Селес.

Изначально такого никогда не должно было случиться. То, что девушка наследует дом, не было чем-то неслыханным. Но в таких случаях существовали определенные обстоятельства, например, основные принципы семьи.

В доме Уолт на протяжении поколений наследниками были мужчины. С момента основания первым главой прямая линия мужчин передавала семью друг другу. Это род с более чем двухсотлетней историей.

Тем не менее, отец и мать послушались слов Селес и одобрили поединок со мной, старшим сыном.

— Селес, никогда, кому-то вроде тебя!..

Шагнув вперед, я полоснул Селес со всей силы. Я обрушил всю мощь на сестру, которая выглядела как хрупкая девочка. С точки зрения стороннего наблюдателя, я определенно был бы виноват. Но где-то в глубине души я понимал это. Мои сотни, тысячи, сотни тысяч тренировочных взмахов были вложены в этот удар. Атака, в которую была вложена вся сила, разрубила бы её надвое, если бы достигла цели.

Если бы достигла.

Хорошо, что мне удалось сократить дистанцию. Атака была сильнейшей, на которую я был способен в тот момент. Но мой клинок так и не коснулся её.

Развернувшись вполоборота, чтобы уклониться от вертикального удара, она взмахнула рапирой, нанося ответный удар. Словно издеваясь надо мной, она продолжала оставлять легкие порезы на моем теле.

Такими темпами это никогда не закончится.

— Ещё нет!

Когда мой меч, от которого уклонились, вонзился в землю, я отпустил его левой рукой и нанес удар правой снизу вверх. Вместе с первым ударом меча это очертило в воздухе букву V.

Увидев это, глаза Селес широко распахнулись. Это было моё последнее средство.

Это прием, который я отрабатывал втайне, но даже он не достиг её. Клинок прошел вплотную к её платью.

(Она смогла среагировать даже на это?)

Это был мой особый козырь, но рефлексы Селес превзошли и его. Однако, если считать разрез на её платье, это действительно сработало.

(Достал. Мой меч достал Селес!)

Со стороны вид брата, взбесившегося на свою младшую сестру, должно быть, отвратителен. Но так как моим противником была Селес, это не имело значения. Просто увидеть, как её хорошенькое личико на мгновение исказилось от боли, стоило того. Мы оба отступили на шаг, и, задыхаясь, я приподнял уголки губ.

Это было самое большое сопротивление, которое я мог оказать. Прямо сейчас это было всё, что я мог сделать.

— Что случилось, Селес?

Она смотрела на меня сверху вниз с бесстрастным лицом, подрагивая. Должно быть, она чувствует себя униженной. Сколько раз я вообще видел свою сестру Селес по-настоящему смущенной?

— ...Не произноси моего имени, мразь.

— ...А?

К тому времени, как я заметил, она исчезла из моего поля зрения. Её голос раздался у меня за спиной. Когда я обернулся, в поле моего зрения попал её кулак.

(Ч-что?)

Боли не было. К тому моменту, как я осознал происходящее, сабля вылетела из моих рук, а сам я растянулся в воздухе. В моем зрении, где всё казалось движущимся в замедленной съемке, только Селес двигалась нормально. Она приблизилась и на этот раз пнула меня этими красными туфлями.

Я посмотрел на неё снизу вверх, пролетая по воздуху, и увидел, что она готовится выпустить магию.

(Плохо дело, я умру!)

Я попытался немедленно выставить магическую защиту, но магия, которую применила Селес, была высокого уровня. Это была магия, требующая значительного мастерства от мага. Она действительно собирается убить меня.

— Огненный Шторм.

Услышав её безразличный голос, я тоже начал читать заклинание.

— Водяной Шар!

Я выжал остатки сил и развернул свою магию вокруг себя. Буря пламени поглотила меня, пытаясь сжечь заживо. Я тоже активировал магию, но не знал, заблокирует ли она удар. Всё, что я понимал — магия, которую она только что использовала, была выпущена с искренним намерением убить меня.

— Я... я действительно настолько тебе мешаю, Селес?!

Крикнув это, я шлепнулся на землю. Удар сотряс моё тело, и боль пронзила всё вокруг. Вкупе с болью, которую я не чувствовал до этого момента, удар заставил меня корчиться на земле. А рядом со мной упала моя собственная сабля.

Её острие вонзилось в землю, а металл стал тускло-красным от жара. Если я схвачусь за него, то определенно обожгусь, но всё же я протянул руку. Я больше ни о чем не думал, я просто не хотел расставаться с ним. Для меня клинок перед глазами был последней связью с родителями.

— А-ах...

Окружающие смотрели на меня. Даже не помышляя о том, чтобы спасти меня, они просто наблюдали. Глядя на то, как я жалко ползу к оружию, некоторые даже смеялись. Единственной, кто подошел ко мне, была Селес с вульгарной улыбкой на лице.

— Так тебе и надо. Хотя я немного удивлена, что ты всё ещё цепляешься за жизнь.

Сказав это, она сломала меч у меня на глазах. Возможно, из-за жара или благодаря её мастерству, сабля была перерублена так, словно была сделана не из металла, а из бумаги. Моя протянутая рука тщетно упала на землю.

Она вцепилась в траву; я поднял глаза, полные слёз. Теребя волосы левой рукой, Селес вовсю улыбалась.

— О, это был твой любимый, верно? Какая досада.

Она выглядела так, словно ей было весело, когда она с радостью смотрела на меня сверху вниз. Однако, услышав слова родителей, она обернулась.

— Селес, этого достаточно, не так ли? Твоя одежда испорчена. Как насчет того, чтобы потратить день на покупку нового платья?

— О, звучит неплохо, дорогой.

Не нашлось ни одной души, которая взглянула бы на избитого и обожженного меня. Они уже относились ко мне так, словно меня здесь и не было.

— П-пожалуйста, подождите! Отец, мама!

Я напряг голос и протянул руку. Но они лишь раз повернули ко мне глаза. Их взгляд всё ещё был таким, словно они смотрели на что-то грязное. И вот так я уронил голову на землю. Я дал волю голосу и закричал, не обращая внимания на окружающих. Интересно, сколько времени прошло, но вряд ли много, прежде чем я потерял сознание.

Я помню, как рыдал на газоне, но к тому времени, как я заметил, я был на кровати. Моё тело было обмотано бинтами, и, похоже, мне оказали какую-то помощь.

— Кто же... Отец? Нет, этого не может быть.

Не уверен, стоит ли мне это говорить, но отец никогда бы не спас меня. Дело в том отношении, с которым он меня оставил, но, что более важно, это место не было внутри поместья.

Я посмотрел на деревянные балки на потолке и понял, что это не мой дом. Интересно, кто меня спас. Двигаться было больно, поэтому я повернул только голову, чтобы осмотреться.

Я был в деревянном доме, нет, скорее в хижине. Мои глаза вернулись к потолку. Я проснулся, но моё тело всё ещё чувствовало, что ему нужен сон. К тому же, я не хочу сейчас ни о чём думать.

(Значит, меня бросили...)

После того как семья бросила меня, в памяти всплыло лицо Селес. Её вульгарная улыбка, когда она высмеивала меня.

В этот момент...

— ...? Кто здесь?

Вокруг меня раздался звук чьей-то речи... нет, скорее ощущение, что кто-то произносит речь. Меня охватило странное чувство.

— Здесь ведь никого нет?

Я не чувствую ничьего присутствия вокруг. Решив, что ошибся, я закрыл глаза.

Не знаю кем, но я был вылечен. Я посплю немного и восстановлю силы. Тело казалось тяжелым, и мне хотелось закрыть глаза.

(Прямо сейчас я не хочу ни о чем думать...)

Вероятно, это случилось вскоре после того, как я закрыл глаза. Я услышал голос.

«Эй-эй, значит, получилось, да? Точно получилось!»

Голос звучал не столько весело, сколько неистово. Он был громким и раскатисто смеялся.

(К-кто? Может быть, человек, который спас меня?)

Не похоже было, что мой голос достиг его. Более того, почему-то я чувствую себя довольно уставшим. Словно из меня высасывают ману...

«Отец, пожалуйста, помолчи немного».

На этот раз это был усталый голос молодого человека.

(Несколько человек? И всё же, что это за тревожное чувство...)

Я не могу подать голос. Мои мысли не доходят до них.

«Постарайся понять, что пытается сказать дедушка, пап. В смысле, это наш первый разговор. И я чувствую, что прямой потомок рядом. В нём определенно течет наша кровь».

На этот раз голос действительно был бодрым.

(Трое? Нет, их может быть больше.)

Больше, чем голос, возможно, присутствие. Я не мог поверить, что их только трое.

«Я понимаю, о чём говорит дедуля~. Сначала давайте успокоимся и подтвердим это».

Я услышал нового. Раз он сказал «дедуля», это была семья? Но все их голоса звучали молодо, или, по крайней мере, они не казались старыми.

«Ну, видишь ли, это наш первый разговор. Но, знаешь, есть вещи, которые мы такими темпами не заметим, я думаю, понимаешь».

(Опять. С этим уже пятый голос?)

Раздался еще один.

«Ты слишком пессимистичен, папаша. Что важнее, я хочу знать, что с ним стало. Было бы здорово, если бы он заметил, но... что скажешь, Брод?»

Прозвучало имя Брод, что потрясло меня. Ведь Брод было именем моего собственного деда.

(Это... это может означать, что я умер.)

Вас это устраивает? — кричали мои внутренние мысли, пока я напряженно вслушивался в голоса.

«Это мой внук! Это Лайл! Нет сомнений, это мой внук!»

Это так напоминало голос моего деда, что мне захотелось горько улыбнуться. Он был тем, кто был чуточку слишком мягок к своему внуку, но даже эти эмоции чувствовались в его голосе. И всё же он звучал немного моложе. В нем не было хриплых ноток пожилого человека.

Что всё это значит? — подумал я, пока на некоторое время повисла тишина.

«『『『Серьёзно!?』』』»

Какая шумная компания. Все их голоса казались шокированными.

(...В какой же ситуации я оказался?)

В тот день моя судьба начала меняться.

http://tl.rulate.ru/book/356/227908