Готовый перевод Chu Wang Fei / Чу Ван Фэй: Глава 167.2. Императорский уровень

 – Юная леди… Юная леди... – внезапно раздался взволнованный шёпот, и перед ней, едва переводя дыхание, появилась служанка Хуань'эр. Её грудь бурно вздымалась, а на щеках горел румянец от быстрого бега. – Я... я всё выяснила... Ван... Чу Ван...

 – Что с Чу Ваном?! – в одно мгновение старшая юная леди Чжу выпустила из рук платок и корм, её ранее томный взгляд вспыхнул лихорадочным блеском. Вся её фигура, ранее расслабленная, теперь напоминала натянутую тетиву, готовая выпустить стрелу нетерпения. Её глаза, широко раскрытые, впивались в лицо служанки, жадно выискивая малейший намёк на желанную информацию.

Однако кто бы мог представить, что служанка Хуань'эр внезапно начала тяжело и прерывисто дышать, словно рыба, выброшенная на берег, её грудь судорожно вздымалась, а из горла не вырывалось ни единого членораздельного звука. Это зрелище настолько разгневало старшую юную леди Чжу, что та, недолго думая, схватила стоявшую рядом изысканную фарфоровую чашу с кормом для декоративных карпов и со всей силы швырнула её в несчастную служанку, при этом её прекрасное, но искажённое яростью лицо выражало неподдельное возмущение, когда она сквозь стиснутые зубы произнесла:

 – Что это за недостойное поведение?! Как ты, презренная рабыня, смеешь заставлять меня, благородную девицу из знатного рода Чжу, томиться в ожидании целую вечность?!

Хуань'эр ощущала жгучую несправедливость этого наказания – ведь она спешила как только могла, – но врождённая покорность и годы дрессировки не позволили ей даже помыслить о возражении. Вместо этого она лишь с силой, граничащей с самобичеванием, несколько раз ударила себя сжатым кулаком в грудь, пытаясь унять предательскую одышку, и, едва восстановив дыхание, тут же выпалила долгожданную новость:

 – Юная леди, нуби добыла сведения! Его Высочество Чу Ван намерен покинуть наш Цзянчжоу... послезавтра!

 – Что ты сказала?! Послезавтра?! – старшая юная леди Чжу вскочила с изящной бамбуковой скамьи с такой стремительностью, что её широкие парчовые рукава взметнулись, словно крылья испуганной птицы. – Ты уверена в достоверности этих сведений? Не смеешь ли ты обманывать свою госпожу? – её тонкие брови изогнулись дугой от потрясения, а в груди внезапно сжалось от мысли, что этот божественный мужчина, подобный бессмертному, сошедшему с небес, скоро исчезнет из её жизни. Волна невыносимой тоски накатила на девушку, и в тот же миг её сердце воспылало новой ненавистью к законной жене Вана – этой наглой женщине, которая, словно дракон, охраняющий своё сокровище, эгоистично удерживала его возле себя, не желая делиться.

 – Нуби тайком поднесла несколько кувшинов лучшего рисового вина личному советнику Вашего почтенного отца, – поспешно зашептала Хуань'эр, робко приближаясь. – И только таким недостойным способом смогла выведать эту информацию! Юная леди, что нам теперь предпринять? Если Его Высочество покинет Цзянчжоу, он, возможно, никогда более не удостоит нашу скромную префектуру своим присутствием! А вы Ведь, как дочь префекта, не можете самовольно покидать пределы подведомственной ему территории... В таком случае... – видя, как благородная юная леди закусила свою алую нижнюю губу до белизны, Хуань'эр почувствовала, как и её собственное сердце начало бешено колотиться от тревоги.

Ведь если бы её юной леди удалось добиться положения Цэ Фэй (1) Вана, то и сама Хуань'эр, как преданная служанка, поднялась бы в социальной иерархии. Госпожа могла бы тогда милостиво выдать её замуж за кого-нибудь из управляющих Ван фу или даже за капитана личной охраны – и тогда она сама превратилась бы из простой служанки в уважаемую жену чиновника, почти что госпожу!

Но теперь, когда Чу Ван собирался уехать уже послезавтра, как же можно было оставаться спокойной?

Тем временем старшая юная леди Чжу ощущала себя точно муравей, попавший на раскалённую медную сковороду – она металась по галерее, её изящные шёлковые туфельки беспокойно выбивали нервную дробь по полированным деревянным доскам. Мысль о скором отъезде Чу Фэй Яна – этого совершенного мужчины, чья красота могла затмить само солнце – вызывала в её душе настоящую бурю. Но что она могла поделать, если постоялый двор, где он проживал, со всех сторон был окружён тройным кольцом вооружённых стражников, посланных её же отцом? Хрупкая знатная барышня, с детства воспитанная в строгих конфуцианских традициях и не знавшая ничего тяжелее вышивальной иглы, как могла противостоять десяткам закалённых в боях воинов с острыми как зимний ветер мечами у поясов?

В конечном итоге, вся её решительность испарилась, и девушка, тяжело вздохнув, снова опустилась на резную скамью в крытой галерее, а её обычно живые глаза, напоминавшие спелые сливы, потухли и наполнились горьким разочарованием.

 – Юная леди! – в этот момент Хуань'эр, собравшись с духом, робко коснулась рукава её платья. – Его Высочество ведь должен будет покинуть постоялый двор, иначе как же он уедет из Цзянчжоу? Может... может нам попытаться перехватить его кортеж, когда он будет выезжать... – в отчаянной попытке предложить хоть какое-то решение служанка начала выдвигать необдуманные, почти безумные идеи.

 – Это... – старшая юная леди Чжу заколебалась, её тонкие пальцы с идеально обработанными ногтями непроизвольно сжали край шёлкового платья.

В отличие от простолюдинки-служанки, она с молоком матери впитала знания о придворном этикете и политических тонкостях. Какой бы всепоглощающей ни была её страсть к Чу Вану, мысль о том, чтобы перехватить кортеж Вана, получившего титул по милости самого Императора, была равносильна государственной измене. Это могло привести не только к её немедленной казни, но и к опале всего рода Чжу, вплоть до конфискации имущества и казни девяти поколений родственников (2).

Да, она страстно желала занять место Цэ Фэй Вана и ненавидела его законную супругу, но Чжу Чжун был её родным отцом, который всегда баловал свою единственную дочь. Как она могла ради своих эгоистичных амбиций поставить его перед выбором между долгом и любовью к дочери?

Разочарование в её глазах постепенно сменилось холодным, почти металлическим блеском, когда она резко повернулась к услужливо склонившейся Хуань'эр и отрезала ледяным тоном, каким обычно объявляли смертные приговоры:

 – Невежественная рабыня! Если не разбираешься в делах государства – храни свой глупый язык за зубами! Перехват кортежа благородного Вана – это не детская забава! Нас на месте изрубят на куски, как свиней на бойне, а моего отца снимут с должности и, возможно, казнят вместе со всей нашей роднёй! Если ещё раз услышу от тебя подобную глупость – вышвырну тебя из усадьбы Чжу, и тогда можешь идти куда глаза глядят – хоть в публичный дом, хоть в мусорную канаву!

Хуань'эр, выросшая в деревне и не искушённая в тонкостях политики, буквально окаменела от ужаса, услышав такие перспективы. Её лицо приобрело цвет грязного полотна, колени сами собой подогнулись, ударившись о каменные плиты пола, а всё тело затряслось, как лист на осеннем ветру.

_____

1. 侧妃 (cè fēi) – исторический термин – Цэфэй, особый класс наложниц, принадлежащих только наследному принцу и прочим Императорским принцам, уступает разве что главной супруге.

2. 九族 (jiǔzú) – дословный перевод – девять поколений. Сюда входят члены семьи обвиняемого от его прапрадеда до его же праправнука. Иногда, когда предков и потомков для кары не хватает, могут наказать близких друзей и соседей, поэтому от преступников, которые совершили что-то настолько ужасное, что может привести к каре девяти поколений, все старались держаться подальше.

http://tl.rulate.ru/book/3195/7277130