Готовый перевод Chu Wang Fei / Чу Ван Фэй: Глава 82.3. Рассмотрение тремя ведомствами. Чу сян спасает положение

У Вдовствующей Императрицы не было другого наследника, и она вложила все силы в Юй Цяня, проложив ему дорогу к трону. Их отношения матери и сына действительно глубоки, но даже так, Император не собирался доверять женщине, которая вырастила его и отдала всю себя ради его успеха. Очевидно, Император из тех, кто не полагается на родственников и не выказывает ни малейших поблажек семье.

Об этих умозаключения Юнь Цянь Мэн промолчала. Во-первых, она верила, что и у стен есть уши, так что её слова могли случайно долететь до Императора. А во-вторых, учитывая смекалку старой госпожи, она и так знала об этом.

Все присутствующие молчаливо переглянулись и достигли некоего взаимопонимания, не став продолжать эту тему.

 – Мэн'эр, тебе стоит вернуться в сян фу. Мы не можем позволить пострадать твоей репутации.

Старая госпожа была несказанно рада столь умной внучке, но учитывая ситуацию особняка Фу гогуна, Юнь Цянь Мэн должна была уйти, чтобы особняк Фу гогуна случайно не утащил её на дно с собой.

Юнь Цянь Мэн понимала, что всё это ради неё и не хотела уходить, но она не могла сидеть без дела, поэтому кивнула.

 – Бабушка, будь уверена, если что-то случится, Мэн'эр немедленно проинформирует!

 – Снаружи фу новости распространяются подобно лесному пожару. Запомни, чтобы ни случилось, безопасность прежде всего! Не нужно идти на необдуманный риск!

Юнь Цянь Мэн ещё раз согласно кивнула, поклонилась и покинула Жуй Линь Юань.

* * *

Вся столица гудела, словно растревоженный улей. Слухи и обсуждения ни на секунду не прекращались. Обычно граждане относились к особняку Фу гогуна с уважением, особенно, когда упоминался непоколебимый характер старой госпожи, но после внезапной и шокирующей новости, хотя они до конца не верили, но в сердцах зародилось сомнение.

* * *

От особняка Фу гогуна до сян фу поездка на карете занимала малое количество времени, но даже за этот промежуток Юнь Цянь Мэн заметила множество группок возбуждённо переговаривающихся людей. Как только карета подъехала к сян фу, Юнь Цянь Мэн приказала Му Чунь сказать кучеру, чтобы он направился к Тянь Фу Лоу.

 – Госпожа хочет купить какой-то десерт для старой госпожи? – озадаченно спросила Му Чунь. Судя по цвету неба, даже если они на всей возможной скорости бросятся к Тянь Фу Лоу, то любимых булочек старой госпоже с бобами мунг уже не будет.

Юнь Цянь Мэн ничего не ответила, она слегка отодвинула занавеску, чтобы посмотреть на оживлённую улицу.

* * *

В это время Цюй Чан Цин лежал в одной из камер Министерства уголовных наказаний. Всё окружающее пространство заполонили два особо выделяющихся запаха: вонь от плесени и крови. Его ноги и руки сковывали кандалы. Су Юань воспользовался своей властью, так как на шее Цюй Чан Цина было прикреплено ещё и железное кольцо весом примерно десять цзиней (1).

Из-за серьёзной травмы спины, которую он получил от подкравшегося убийцы, Цюй Чан Цин не мог сидеть, ему оставалось лишь неподвижно лежать. Вдобавок к отвратительному состоянию здоровья и кошмарной обстановке Су Юань отказался пригласить лекаря.

Но и этого оказалось мало: Су Юань приказал забросить в камеру множество пиявок. Менее чем через сутки Цюй Чан Цин, который за всё время ничего не ел и не пил, стал белым как мел. Вот только по своей природе он был бойцом, поэтому даже и не подумал жаловаться, просто молча продолжая смотреть в потолок своей заплесневелой камеры.

В кромешной тишине раздался звук отпираемой двери, а впоследствии и шагов. Цюй Чан Цин даже не пошевелился, словно человек, который только что вошёл, не имел к нему ни малейшего отношения.

 – Молодой господин Цюй, давненько не виделись. Надеюсь, Вы чувствуете себя прекрасно? – с улыбкой спросил Су Юань. Увидев потрёпанный облик ранее пышущего энергией молодого человека, гнев в сердце Су Юаня несколько развеялся, и он почувствовал переполнявшую его радость и веселье.

Цюй Чан Цин прекрасно понимал, что из-за второй тёти и Юнь Цянь Мэн клан Цюй и Су стали непримиримыми врагами. Цюй Чан Цин решил зря не сотрясать воздух и не тратить на него силы. Лучше спокойно дождаться суда, где от него потребуется максимум сил, сосредоточенности и именно там нужно будет держаться, как никогда в своей жизни.

Казалось, Су Юань совсем не обратил внимания на молчание Цюй Чан Цина.

 – Выдержке молодого господина Цюя можно лишь позавидовать! Кстати, я слышал, что Император приказал поместить всех жителей особняка Фу гогуна под домашний арест, а старая госпожа от этой новости упала в обморок. Ах да, молодой господин не знает, но месяц назад на господина Цюй хоу напали, и теперь он находится на грани смерти. Вдовствующая Императрица хотела было заступиться за молодого господина, но Император и её посадил под домашний арест. Ну и ну… Молодой господин, Вы подвели всю свою семью. Такое яркое будущее… Эх… Зачем же предавать такой почётный род? Что из этой затеи вообще могло выйти хорошего? Император всегда полагался на особняк Фу гогуна и уважал Вдовствующую Императрицу, а Вы взяли и разрушили эти отношения! Зачем подставлять семью и клан под такую угрозу?

Су Юань говорил медленно, наслаждаясь каждым словом. Его внимание было полностью сосредоточено на Цюй Чан Цине в ожидании его реакции.

Сердце Цюй Чан Цина заколотилось, однако он ожидал чего-то подобного, поэтому на его лице не отобразилось никаких эмоций. Плюс, одного взгляда на лицо Су Юаня было достаточно, чтобы отпало всякое желание злиться. Какой смысл верить врагу? Цюй Чан Цин спокойно закрыл глаза, чтобы не видеть лицо этого мерзкого человека.

Су Юань разозлился и, подняв ногу, нанёс удар в грудь Цюй Чан Цина. Последний помимо боли почувствовал, как по груди растеклась жидкость… Су Юань раздавил одну из пиявок. На действия Су Юаня Цюй Чан Цин лишь усмехнулся, чем заставил того успокоиться.

 – Молодой господин не стоит переживать, я, Су Юань, не из тех, кто пытается заполучить преимущество во время чьей-то слабости. Да и если завтра на суде на теле молодой господин увидят следы пыток или раны, то у меня могут возникнуть проблемы. Мы не будем пытать молодого господина. Пока что. Молодой господин, не переживайте, я позабочусь о Вас. Заходите! Перенесите молодого господина Цюй в передний зал!

Цюй Чан Цину казалось, что его грудь пылает. Он чувствовал, как по груди в район подмышки тонкой струйкой стекает кровь. Кандалы на запястьях и лодыжках вместе весили примерно тридцать цзиней. Учитывая обильную потерю крови и недавнее ранение, у Цюй Чан Цина просто не было достаточно сил, чтобы встать и идти самому. На ноги его поставили двое тюремщиков.

Стоило ему встать, как комнату заполнил смрад. Посмотрев вниз, двое тюремщиков увидели несколько толстых надутых пиявок. Хотя тюремщики и привыкли без особых вопросов пытать людей, но они испытали восхищение по отношению к молодому господину, о котором заботились и холили в резиденции Фу гогуна. Поэтому они не стали прилагать излишние силы.

 – Молодой господин, мы просим прощения. Пойдёмте, – тихонько сказал один из тюремщиков, посмотрев на бледное лицо Цюй Чан Цина.

_______________________

1. 斤 (jīn) – цзинь или китайский фунт – мера веса, равная десяти лянам или половине килограмма на западный манер.

http://tl.rulate.ru/book/3195/5598352