Они гнали лошадей во весь опор, безжалостно нагружая животных. К тому времени, когда они приблизились к Тёкёкаве, бока их скакунов покрылись пеной, а изо рта обильно текла слюна.
- Куда теперь, господин? - нетерпеливо спросил Роккаку.
Здесь Гэнгё предстояло принять решение. Город, несмотря на поздний час, был ярко освещен, а стража усердно патрулировала улицы. В их одеянии они вряд ли были бы желанными гостями.
Но вспомнив карту, он решил, что они могут миновать главную дорогу и направиться наискосок, прямиком к месту, где правая дорога начинала сужаться.
Таким образом они избегали большей части жилых кварталов. Но это сильно зависело от того, насколько точно была соблюдена пропорция при составлении карты: ему предстояло ориентироваться по ее масштабу, чтобы определить, как далеко им нужно держаться.
- Пошли.
Он двинулся по диагональной траектории, пересекая травянистое поле. Они все еще миновали много домов, но они не были залиты светом факелов, как на главной дороге, поскольку располагались ближе к окраине города.
В какой-то момент их чуть было не поймали. Юный мальчик открыл деревянные ставни, чтобы проветрить комнату, но, к их счастью, не выглянул наружу, иначе непременно бы их заметил.
Наконец, они добрались до середины правого участка дороги. Путь все еще был вымощен брусчаткой, но здесь он был тускло освещен и патрулировался нерегулярно. Если посмотреть вниз, можно было увидеть главную дорогу. Это определенно был путь, описанный Изабеллой.
Ускорив шаг, он направился вперед, стремясь поскорее удалиться от света факелов. Дорога начала сужаться, появились деревья. Дома постепенно исчезли. Из-за узости тропы им пришлось идти гуськом.
Грунтовая дорожка вилась точно так, как она описала, и им оставалось лишь следовать за ней, пока вскоре они не достигли внешней ограды дома ювелира.
Лошадей оставили подальше, чтобы стук копыт не выдал их приближение. Затем двинулись вперёд.
У входа в здание стояли двое охранников, как и говорила Изабелла. Но были ли другие, патрулирующие вокруг, они не знали.
Гэнгё задумчиво прикусил губу, решая, как быть дальше.
Охранники выглядели полусонными. Если броситься на них сейчас, они погибнут. Но проблема в том, что у каждого в руке факел, и их заметят задолго до того, как успеют убить.
– Следуйте за мной.
Придумав план, они обошли здание. С одной стороны двери не было, но и охраны там не оказалось. Зато сзади были и дверь, и ещё пара охранников.
Используя преимущества тёмной одежды, он повёл их через двор, покачав головой, когда Китадзё попытался вытащить оружие. Клинок мог поймать свет и отразить его.
Там, куда они пришли, было окно. Оно было закрыто, но всё равно оставалось уязвимым местом.
Сначала он попробовал, не заперто ли оно, хоть и закрыто.
– Не повезло, – сказал он с лёгкой усмешкой. Впрочем, он и не ожидал, что будет так просто. Но тонкое дерево, из которого была сделана ставня, вряд ли остановит клинок его меча.
Он вынул оружие – оставаясь в тени – и просунул его в маленькую щель между двумя створками. Деревянный запор, после небольшого усилия, сломался.
Посмотрев на своих людей – он улыбнулся под маской – он толкнул ставню, открывая их новый вход.
Окно было узким, и такие как Роккаку и Сасаки не смогли бы протиснуться, но им это и не нужно было.
Пальцем он указал на Морохиру и кивнул головой, призывая его забираться. Тот, всегда импульсивный, не раздумывая, что там может быть, сразу же полез внутрь.
Он легко и бесшумно приземлился на другой стороне.
Плоской ладонью он показал остальным, чтобы те остались и ждали, а затем сам последовал за отцом.
Они оказались в чем-то вроде гостиной или столовой, с маленьким столом посередине. Но им было наплевать на мебель и все остальное. Их интересовал только выход.
Морохира быстро нашел дверь, и Гэнгё последовал за ним. Отец уже угадал его намерения и направился к главному входу, где над бумажным окном виднелись тени двух стражников с факелами.
Они двигались бесшумно, стараясь не скрипеть половицами под ногами. Хотя их движения были медленными, и они не прилагали усилий, оба сильно потели от напряжения.
Они подошли к двери, присели за ней и кивнули друг другу.
Медленно, бесшумно они сдвинули дверь, стараясь не привлечь внимания стражников, стоявших меньше чем в метре.
Когда проем стал достаточно широким, чтобы выйти вдвоем, они заняли позиции вдоль стен и двинулись как одно целое, выхватив клинки.
Один из стражников, почувствовав неладное, обернулся и ахнул. Но было поздно. Рука демона уже закрыла ему рот, а клинок пронзил сердце.
Так погибли оба мужчины, не зная, что их убило.
Гэнгё быстро затоптал факелы, чтобы свет не выдал их в будущем, а затем они обогнули здание, чтобы забрать своих товарищей.
Мужчины последовали за ними обратно к главному входу, стараясь перешагивать через два трупа, лежавших теперь там.
Тихо они двинулись по коридору, шаг за шагом. Вскоре они достигли перекрестка, о котором упоминала Изабелла, и оказались всего в шаге от того, чтобы заполучить свое богатство.
Гэньё двумя пальцами указал на Ии и Сасаки, приказав им устранить двух охранников сзади. Это была превентивная мера, чтобы избежать проблем, если те вдруг изменят позицию.
Мужчины кивнули в знак согласия и отошли.
Оставшиеся сделали последний шаг и бесшумно открыли дверь ювелира. Тот спал в своей большой западной кровати, громко храпя, явно пребывая в полном довольстве и не подозревая о проникших в его комнату людях в масках.
Гэньё смотрел на него, склонив голову, словно из любопытства.
Предупрежденный каким-то инстинктом, мужчина открыл глаза и издал крик. Мгновение спустя крик был заглушен рукой Гэньё.
- Прости, друг. Мы пришли тебя ограбить, - произнес он, медленно вонзая лезвие меча в горло мужчины. Тот захлебнулся и захрипел, пытаясь вздохнуть, но его голос больше не мог прозвучать. Гэньё убрал руку, оставив его умирать.
Люди вопросительно смотрели на него, пока он сам осматривал комнату в поисках чего-нибудь ценного.
Он быстро заметил большой сундук. Гадая, не о нем ли говорила Изабелла, он откинул крышку.
Внутри оказались рулоны шелка и связки разнообразных мехов. Неважно, было ли это именно то, о чем она говорила - вещи такого качества принесли бы немалую прибыль.
Мужчины принялись набивать мешки товарами, а Гэньё тем временем попытался найти сумку, в которой, по словам Изабеллы, хранились все драгоценности.
На полу в комнате ее не было видно, поэтому он инстинктивно проверил под кроватью. И она оказалась там. Вот она, простота ума простого человека, полагающего, что под кроватью - подходящее место для сокрытия своих самых ценных вещей.
Он с трудом вытащил дорожную сумку – она была тяжелой, выдавая количество оставшихся внутри драгоценностей. Открыв ее, он разделил содержимое между их мешками, чтобы уравнять ношу.
Они взяли все, что упомянула Изабелла, но там наверняка было больше. Вряд ли он каждый день носил все свое состояние в порт и обратно.
Возле кровати стоял прикроватный столик в западном стиле, и он взломал его ящики. Бумага, немного чернил. Бесполезно. Он вытащил этот ящик и бросил на кровать.
В следующем – несколько жалких золотых монет, но он все равно взял их.
А затем, в последнем ящике, лежал небольшой металлический сейф. Он осторожно поднял его, тряхнув у уха. Вес и звук – без сомнения, он был полон монет. Но пока что он не мог его открыть, поэтому просто бросил в свой мешок.
Он жестом велел мужчинам следовать за ним и вышел из комнаты, направляясь назад, где были заняты Сасаки и Ии. Стражники были так же мертвы, как и ювелир, но факел еще горел, пока Ии пытался его потушить.
Гэнъё похлопал его по плечу, останавливая, прежде чем сам поднял факел и бросил его внутрь здания.
С этим он побежал. Хотя он любил огонь, он не хотел быть рядом, когда начнется пожар, поэтому они поспешно пересели на лошадей. К тому времени, когда они были на безопасном расстоянии от Токиокавы, весь особняк ювелира был охвачен пламенем.
Они остановились там, чтобы с удовольствием полюбоваться зрелищем, снимая маски. Их преступление было скрыто ревущим пламенем, поглощающим все улики, что было идеально. Ключом к хорошему хаосу было отсутствие знаний.
Они могли бы просто оставить тела как есть, а комнату разбросанной и разрушенной. Но тогда было бы слишком очевидно, что это ограбление. Однако с пятью обгоревшими трупами трудно будет с уверенностью сказать, было ли это результатом преступления или просто несчастным случаем. И эта неопределенность, это незнание было их козырем.
- Мы сравняем твою провинцию с землей, Имагава, прежде чем ты поймешь, что произошло, - пообещал он.
Скоро они смогут свершить свою месть. Когда он вернется домой после неудачной войны, его встретят лишь пепел того, что когда-то было его.
Остальные мужчины согласно кивнули. Их первое задание в качестве людей Красного Пера увенчалось полным успехом, и теперь, благодаря этому, они были несметно богаты. Если это предзнаменование будущих событий, то у Имагавы нет ни единого шанса.
Они были довольны, что впервые за долгое время совершили нечто стоящее, хотя некоторые из них сожалели, что не смогли испачкать руки в крови. Но их время придет, уверял их молодой господин.
У него был ряд любопытных планов, в которых эта монета сыграет свою роль. Без сомнения, скоро наступит хаос, и кровопролития будет больше, чем они смогут вынести.
С этими мыслями они поскакали домой, когда первые лучи рассвета только начинали пробиваться. Они вернулись к своему народу победителями и были встречены с почестями. Тем не менее, лишь немногие узнают об их подвиге.
http://tl.rulate.ru/book/31106/6503642
Готово:
