Из соседней комнаты второпях выбежала Рэйчел.
- Оппа… Правда... Неужели... Ты взаправду не прогонишь меня отсюда? - спросила она сквозь слезы, вцепившись в ноги Сонджина.
- Я ведь обещал тебе давным-давно, - Сонджин ласково погладил ее по голове с улыбкой, словно спрашивая, почему она так переживает. Сейчас он был не кровожадным хищником, а просто заботливым старшим братом.
- Но... те мужчины... Они сказали, что дадут тебе целую гору денег и...
- Не бывать тому, чтобы я отдал кого-то, о ком забочусь, в обмен на деньги.
- Но... но... эти мужчины... Он сказал, что не успокоятся...
- Конечно, они будут атаковать. Но ты не волнуйся. - Сонджин погладил Рэйчел по голове.
- Я их... Нет, я им задам хорошую трёпку, - хотел он сказать "наступлю на них", но смягчил слова, выразившись проще.
- Спасибо тебе, Оппа.
- Можешь расслабиться. С тобой ничего не случится.
- Спасибо. Эхе-хе, - всхлипнула Рэйчел, но уже с улыбкой.
Впервые ее кто-то принял так тепло. Все остальные так быстро хотели принести ее в жертву, ведь она была проклятым дитём.
Это был он, как и говорил Куга. Этот Оппа был тем, кого послала богиня, чтобы защитить ее, чтобы спасти. Именно благодаря этим словам она могла доверять ему и полагаться на него. Он оказался еще удивительнее, чем она себе представляла.
- Оппа, должно быть, и впрямь послан богиней, - Рэйчел смотрела на Сонджина блестящими глазами.
Сонджин с гордостью потер нос от непоколебимой веры, которую девочка ему подарила.
"Похоже, я нашёл себе младшую сестру."
Эрика смотрела с теплотой, а Юстасия - с выражением безнадёжности.
- Богиня. Хм-м, - Сонджин почесал подбородок.
- Почему бы тебе сначала не представиться и не объяснить про проклятие? Мне нужно знать подробности, чтобы спланировать решение.
- Я не проклятое дитя! То есть, я проклята, но я не такая! - она пыталась объяснить, но слова не вязались.
- Я объясню за неё, - вмешался Куга.
- Это дитя божье. Она дочь богини исцеления и милосердия, а не рупеллионского божества Ангроманью. Я служу богине и являюсь духовным наставником этого дитя.
Куга откашлялся, словно напоминая, чтобы о нем не забывали.
- Хорошо. Но чтобы быть божьим дитя...
- Вы слышали о таком?
- Я читал в исторических летописях. Если обычные герои получали героические силы из других миров, созданных богами, то будет один бог, который изберет особое дитя, которое родится под его защитой.
- Да, и Рейчел именно такое дитя.
Эрека хлопнула в ладоши, показывая, что поняла.
- Ах, вот почему вы говорите, что прокляты, но не прокляты. Для Рупеллиона она была бы проклятым дитя, а для других - ребенком, одаренным божьим благословением и защитой.
- Именно. Изначально Рейчел должна была использовать свои силы для исцеления больных. Но Рупеллион узнал о ее рождении за несколько континентов и похитил ее, чтобы использовать как жертву своему богу. Они не убили ее сразу, потому что хотели принести в жертву повзрослевшее дитя.
- Значит, Рейчел росла в заточении до сегодняшнего дня?
- Да. Она никогда не видела внешнего мира, пока мне не поручили ее спасти. Я вызволил ее при первой же возможности.
- Подумать только, она никогда не видела внешнего мира.
- Такова... была ее жизнь.
***
Девочка не знала, как работает солнце. Она никогда его не видела. Мир, который ей был знаком, состоял из небольшого прямоугольного пространства, где едва можно было лечь и отдохнуть, холодных стен и пола, и металлических цепей, сковывающих ее ноги. Только это.
Она не знала, что такое доброта; она никогда не получала ее прежде. Единственные слова, которые она когда-либо слышала из-за закрытой двери, были полны злых намерений.
[Ахх. Когда же подохнет эта жертвенная тварь?
Знаю. Эта штука должна быстро умереть, чтобы мы могли покинуть этот надоедливый пост.]
Хотя она никогда не получала образования, она могла понимать их слова. Как «Божье дитя», она была наделена врожденным интеллектом, что позволяло ей изучать языки, которые она никогда не слышала; в конечном итоге, именно те слова, которые она воспринимала, причиняли ей боль.
Но слова были не единственным, что ранило ее. Каждый день они выгравировывали на ней новые татуировки, снова и снова. Нож глубоко вонзался в ее спину, раздирая юную кожу; лекарство, которым они заливали раны, всегда жгло.
Как только раны начинали затягиваться, они снова их открывали, день за днем. Они говорили, что она проклятое дитя. Именно поэтому она должна была ежедневно принимать это наказание. Когда она станет достаточно взрослой, они говорили, что ее принесут в жертву их богу, чтобы смыть ее проклятые грехи.
Она верила им, потому что другого никогда не слышала. Она ничего другого не знала, пока однажды не появился лев, который открыл дверь и спас ее.
- Это несправедливо... как они могли так с ребенком... - в глазах Эрики стояли непролитые слезы.
- Ах... - Юстасия тяжело вздохнула, выпуская эмоции.
Даже рыбий хвост Дженны поднялся от недоверия.
Уф. Даже если она моя будущая соперница, с ней обошлись слишком жестоко.
Сонджин не произнес ни слова, но его кулаки были сжаты так крепко, что могли бы раздробить воздух. Он молча кипел от гнева. Его гнев обещал, что подобное насилие не останется безнаказанным.
Той, кто изменил гнетущую атмосферу, была Рэйчел.
- А, но сейчас я в порядке! - Она помахала обеими руками в воздухе и ярко улыбнулась, как бы говоря им не беспокоиться о ней.
- С тех пор, как я встретила сэра Кугу, мне стало лучше.
Во время их побега лев рассказал ей многое: что она не проклятое дитя, а дитя богини исцеления, врага бога Ангро-Манью. Он научил ее, что у нее есть миссия использовать свою силу для спасения тех, кто болен.
Узнав, что она не проклятый ребёнок, а благословенный, Рейчел очень обрадовалась. Лев рассказал ей ещё кое-что: что люди, которые её заперли, – злые из страны Рупеллион; что на юге есть лидер по имени Сунцзинь, который выступает против этой злой страны.
Лев сказал, что богиня пожелала привести её к нему, чтобы он её защитил. Но ей придётся спасать больных под его покровительством. Пока она убегала, девочка представляла, как этот человек по имени Сунцзинь её спасёт.
Мир, который она увидела снаружи, был настолько прекрасен, что вернуться в Рупеллион было немыслимо.
***
– Теперь всё будет лучше, – пообещал Сунцзинь.
Это было обещание, которое Рейчел ждала больше всего, и оно шло от всего его сердца.
– Да, Оппа! Спасибо!
Её лучезарная улыбка делала почти неправдоподобным, что она выросла в таких жестоких условиях. Сунцзинь наконец понял, почему Рейчел так привязалась к нему с момента их приезда. Для него она была новым человеком; но для неё он был тем, кого она представляла себе во время побега. Человек, который спасёт её, по велению богини.
Хотя эта богиня никогда не спрашивала моего разрешения и отправила Рейчел так, как ей захотелось.
Как бы то ни было, он не собирался спорить о деталях спасения брошенного ребёнка. Он был благодарен за возможность защитить эту девочку, которую считал сестрой.
– Здесь ты можешь ходить куда угодно. Но Священное Государство может попытаться тебя похитить, поэтому рядом с тобой всегда должен быть кто-то из наших.
Сунцзинь легонько погладил Рейчел по голове. Он собирался дать ей то обычное счастье, которое должно быть у каждого человека.
– Хорошо.
Рейчел почувствовала, что рука Оппы очень тёплая. Она наконец поняла, что такое доброта и нежность.
*Как здорово встретить кого-то с такой нежностью. Когда Оппа гладит меня, это так тепло.*
– Ах. Кстати. Оппа, у меня есть для тебя подарок.
– Подарок?
- Да. Поскольку земли Оппы охвачены эпидемией и люди страдают, богиня хотела, чтобы я передала вам лекарство.
Рейчел достала ветку с трепещущими листьями. Она напоминала корейскую иву, но ветвь имела искрящийся золотистый оттенок и благоухающий аромат.
- Это и есть лекарство от эпидемии? – Сун Чжин был удивлен неожиданным подарком.
- Да! Если люди выпьют воду, заваренную с листьями этой ветки, они исцелятся! – воскликнула Рейчел без колебаний.
- Ты узнала об этом, потому что богиня говорила с тобой?
- Да, я слышу слова деревьев; видимо, так богиня общается со мной!
Сун Чжин встал с места. Если бы кто-то другой услышал, как ребенок говорит, что она нашла лекарство от эпидемии, которую не могли найти ни целители, ни знахари, они бы фыркнули от смеха. Но если это был ребенок, которого попытался вернуть Рупеллион, предложив баснословную сумму денег, то стоило попробовать решение, предложенное дитя Бога.
- Понятно. Давайте попробуем немедленно. Мы все отправимся в Падраль.
- Да.
Если это правда, то это очень важно. Лагерь Сун Чжина двинулся быстро.
***
Группа Сун Чжина прибыла в отделение карантина, где содержались наиболее тяжелобольные пациенты. Хотя это называли отделением карантина, на самом деле это было просто место, куда отправляли безнадежных больных умирать, возможно, лекарства лишь облегчали их медленную смерть.
Пациенты, разбросанные по больничным койкам, выглядели немногим лучше. Герои, которых Сун Чжин заставил ухаживать за ними, могли лишь обеспечивать минимальный уход.
- Уууу…
- Ухуууууу…
Одним из худших признаков эпидемии было то, что горло человека сжималось, делая нормальное дыхание невозможным. Даже если представить самую сильную боль в горле, мучения этих пациентов были в несколько раз сильнее.
Глядя на жестокую сцену перед собой, Рейчел сложила руки в молитве.
- Подумать только, все так страдали…
Слёзы почти навернулись на её глазах, но она замотала головой и звонко крикнула:
– Я вылечу всех, как богиня велела!
Она взяла веточку и положила её в миску с кипятком. Потом перелила воду в тарелки и подошла к больным.
– Выпейте и поправляйтесь.
Кхе-кхе.
Больной был так слаб, что даже встать не мог. Лицо Рэйчел оказалось забрызгано кровью и мокротой, которые вырвались из его рта.
– Ты бы лучше это взрослым оставила, – попытался остановить её Сонджин, но Рэйчел утёрла лицо белым рукавом и уверенно улыбнулась.
– Всё хорошо! Я сама справлюсь! Я же дитя богини исцеления! Мне такое по силам!
Видя её упрямство, которое так не вязалось с недавними слезами, Сонджин решил не мешать. Хоть она и юна, и слаба... Хоть она и жалкое, обиженное дитя, нуждающееся в защите, но что-то в ней подсказывало ему, что она больше, чем кажется на первый взгляд. Он решил просто понаблюдать за тем, что она будет делать для больных.
Рэйчел поддержала за шею взрослого, что был крупнее её самой, и дала ему выпить отвар. Положив одну руку на его тело, а другую на голову, она молилась, гладя больного по волосам.
– Богиня, пожалуйста, пусть мои силы избавят этого человека от боли.
Молитва была простой, без всяких правил и формальностей, но все слушали внимательно. Обладает ли дитя, называемое Дитям Божьим, особыми силами? Реальны ли силы богини, которой она служит? Через мгновение появился свет. Чистый, благородный, невинный белый свет, который охватил Рэйчел и всех больных.
http://tl.rulate.ru/book/30857/6489720
Готово:
